Разбитое сердце Алеиды (СИ), стр. 29

— Ничего, так к слову пришлось, — пожал плечами Асант и снова усмехнулся.

— Одевайтесь. Хватит разговоров, — скомандовал Шохог, отступая немного назад. Асант развернулся к Марисе и поднял её одежду.

— Я отвернусь, а ты оденься. Не беспокойся, никто не увидит.Мариса лишь кивнула. Она, сама того не ведая, поверила своему новому знакомому. Как можно быстрее натянула платье, поправила волосы и надела обувь. Когда она была готова, то объявила об этом Асанту. Он тоже уже оделся, снова развернулся к ней и прошептал:

— Я не дам тебя в обиду.

Затем взял её за руку. В этот момент взгляд Марисы метнулся в сторону. Она увидела как Туин Шохог с интересом её разглядывает. Захотелось выколоть ему глаза, но это сейчас было роскошью.

— Вперёд, — приказал начальник дворцовой стражи, и Асант, увлекая за собой Марису, ступил на мягкую, серебристую траву.

Глава 27 Темница эльфов

Они остались в сопровождении лишь Туина и ещё одного рыцаря, когда спустились в самый низ подземелья. Остальных Шохог отослал во дворец, причём одному из охраны поручил доложить королеве, что её гости теперь пленники, как она того и желала.

— Двойную игру ваша королева ведёт это понятно, но зачем быть такой жестокой, чтобы отправить нас в столь жуткое место, лишь за то, что мы нашли, что искали, — осмелилась произнести Мариса, ощутив очередную порцию холода, озноб и сырость вкупе со странной вонью, стоявшей в этих каменных стенах. Не такая уж и прекрасная оказалась Долина Лунного Света в своих недрах.

Туин Шохог серьёзно поглядел на девушку. Хорошо, что она не видела его суровый взгляд. Он будет почище хмурого взгляда Асанта. Глаза начальника стражи сверкнули в пламени факела, что он крепко держал в руке.

— Вы, милая леди, забыли упомянуть о краже книги заклинаний, а так же то, что покинули территорию замка без ведома королевы.

К слову, книгу у них забрали ещё на берегу озера Вины. Наверняка стражники уже вернули её обратно.

Шохог шёл прямо за спиной Марисы, она чувствовала его дыхание, оно временами касалось её мокрых волос, отчего мурашки пробегали по спине.

— Да ладно тебе, Шохог, эта девушка ничего не крала, украл я. Ей ничего не оставалось как пойти за мной. А твоя королева могла бы быть к ней помягче и не посылать в темницу, как отъявленную преступницу. Мне плевать, но Мариса не заслужила быть здесь, — более чем серьёзно произнёс Асант, сам чувствуя вонь и слыша как вода капает с каменных стен. Мариса не заслуживает быть здесь. И Бьянко тоже. Омбриэль слишком жестока. Такой она была и в прошлый раз. Её мотивы были не совсем понятны мужчине. Бросила бы в темницу его, а Бьянко и Марисе позволила бы спать в приготовленных комнатах. Никуда не делись бы. Хотя Бьянко наверняка попытался бы пройти мимо охраны и вызволить Асанта. Мариса пошла бы за ним... Упрямая девчонка. Мариса Грант. Он провёл рукой по влажным волосам.

Мариса оступилась, но не упасть ей неожиданно помог Туин. Он опустил ладонь на поясницу девушки и придержал от падения.

— Знаешь, Асант, прежде чем красть у королевы, нужно думать. Ты не думал в прошлый раз, не думал и сейчас. И о своих спутниках тоже. Ты не задумался, что они могли пострадать из-за твоих поступков. Мне жаль, леди, что приходится оставлять вас здесь, я бы этого по своей воли не желал, но это приказ королевы.

Мариса обернулась и посмотрела на начальника стражи. На его лице явно проступило выражение сожаления. «А он искренний», — подумала Мариса, заметив, что Туин до сих пор придерживает её за талию.Сбоку что-то сверкнуло. Мариса посмотрела в сторону. Серебристая стальная дверь, с какими-то светящимися знаками. Магия. Снова. Она тут повсюду.

— Пришли, — отвёл взгляд от девушки Шохог, убирая руку.

Они всё это время двигались вдоль зарешётчатых камер, но остановились перед большой железной дверью. У Марисы в голове не вязался образ прекрасной Долины и эта сырая, пропахшая плесенью темница. Неужели тут и правда держат заключённых? Что они такое натворили, что их кинули в столь гиблое место? Тоже украли что-то? Хотя Мариса не увидела, чтобы в камерах были заключённые. А за серебристой стальной дверью? Там есть кто-то? И что за знаки начертаны на поверхности двери? Вряд ли стоит задавать вопросы об этом сейчас. Да и вообще. Что она может? Она сама пленница.

— Я не буду запирать вас в эти вонючие камеры, где спать можно только на подстилках из самой тонкой и поношенной шерсти. Здесь давно не было заключённых.

— Забалду атея, — обратился Шохог к стражнику за его спиной. Тот вышел вперёд, прогремел ключами и открыл тяжелую дверь.— Заходите. До утра к вам никто не придёт, но я распоряжусь, чтобы принесли воды и еды, — сообщил Туин пока путешественники шли в темницу, где темно хоть глаз выколи. — Факел оставляю вам.

— Как щедро с вашей стороны, господин начальник стражи, — хмуро произнёс Асант, осматривая помещение, освещая пространство с помощью факела.

— Я делаю это не для тебя, Алгаут, — хмыкнул Шохог, бросил быстрый взгляд, полный сожаления, в сторону Марисы, затем кивнул рыцарю закрыть дверь. Железная дверь захлопнулась, скрывая за собой и рыцаря и начальника стражи. Зазвенели ключи. Их оставили одних.

Асант тяжело вздохнул. Вставил факел в специальное углубление. Камера озарилась жёлтым светом.

— Не светляки... но всё же не будем сидеть здесь как крысы в тёмной норе, - прокомментировал Бьянко тусклый свет факела. Он приуныл.

Мариса осмотрелась. В помещении тоже было холодно, но хотя бы имелось нечто похожее на кровать, застеленную одеялом. И не так грязно как там, снаружи. В углу стоял стол с масляной лампой на нём и стул с накидкой. Потрёпанной и местами грязной. Бьянко фыркнул, но занял-таки место на стуле. Свернулся калачиком и закрыл глаза. Кажется он смирился с их положением, хотя если и нет, то всё равно ничего не смог бы сделать, сидя в подземелье, среди каменных холодных стен. Вдали от прекрасного леса, белоснежного дворца с мягкими подушками и горячим шоколадом, столь любимым Бьянко.

Мариса стояла в нерешительности на каменном полу, пока Асант зажигал лампу на столе. Поджёг фитиль с помощью факела. Стало ещё светлее. И даже чуть теплее. Ложное чувство, разумеется.

Ступни Марисы мёрзли. Как постепенно и всё тело. Нужно двигаться. Она стала ходить по камере, а Асант молча стоял у стены рядом с факелом. Он глубоко задумался о чём-то.

Вскоре вновь лязгнул замок. Им принесли несколько тёплых шерстяных одеял, еду и воду, пару свечей.

Когда стражник покинул темницу, Мариса взяла одну свечу и зажгла её, поставила у кровати. Вторую Асант зачем-то убрал глубоко в карман.

Бьянко спал. Друг накрыл его одеялом. Одеяла были чистые и вполне пригодные для использования. Асант постелил второе на кровати, а третье положил рядом.

Мариса завороженно смотрела на пламя свечи, стоя близко от спящего Бьянко.

— Мариса, иди присядь, согреешься немного. Поешь, еда горячая, — позвал тихо Асант. Мариса без лишних разговоров уселась на кровати, накрылась одеялом. Она приняла тарелку с горячим супом, что протянул ей Асант. Совсем недавно она ужинала в роскошном эльфийском саду деликатесами и разными мясными блюдами. Теперь, чтобы согреться, и суп в жестяной тарелке в радость. Всё быстро меняется.

Асант уселся на голый пол у кровати. Провёл рукой над пламенем свечи.

— Думаешь, эта еда нормальная? — спросила Мариса, глядя в тарелку. Ей памятны были воппи и вино со снотворным.

— Ешь, Омбриэль теперь незачем опаивать нас, мы итак сидим в её темнице. К тому же это распоряжение Шохога, думаю, исключительно его инициатива. Уж ему-то точно нет резона нас травить. Омбриэль его по голове за это не погладит.

Мариса, успокоенная речами Асанта, принялась за еду и нашла её довольно вкусной, питательной и сытной. Когда закончила и отставила тарелку, Асант передал ей кружку с водой. После Мариса устало облокотилась о стену головой. Она чувствовала как ноги немеют несмотря на съеденный горячий суп. Он не в силах был помочь ей в этом Богом забытом холодном месте.