Аллей-уп. Том 2 (СИ), стр. 51

— Как я и говорил, это работа серийного маньяка, — кивнул я. — А сидят невиновные люди.

— Хочешь сказать, что вы всегда побеждаете честно, без всяких игровых хитростей? — усмехнулся милиционер.

— Неудачный пример, — нахмурился я. — После наших хитростей люди годами не сидят в тюрьмах. Мы невинным людям жизнь не калечим. Кстати, зачем вы мне это всё сюда принесли?

— Посоветоваться не с кем, — признался Чванов. — Начальство и слышать ничего не желает про этого маньяка. А я всё голову ломаю, думаю, в каком месте он снова совершит нападение?

— Зимой он будет сидеть тихо и мирно, — задумчиво буркнул я разглядывая карту. — Так как зимой причиндалы можно отморозить. А вот весной или летом его снова потянет на подвиги. Особенно весной, когда из-за активного солнца у психов начинается обострение. Слушай, товарищ Чванов, — я посмотрел на милиционера, — а что если нам поставить себя на место преступника. Как он действует? Наверняка, он сначала ищет подходящее место. Ездит туда не один день. Наблюдает за пассажирами, особенно за пассажирками. Придумывает свои дальнейшие шаги.

— Ну и что?

— Так давай мы ему это место сами организуем, — усмехнулся я. — Вот допустим Рощино. Это посёлок городского типа. Там проживает много женщин и девушек. А 8-го марта будет много подвыпивших дам. Только там опасно хулиганить. В Рощино слишком много посторонних глаз. А вот если где-то 1-го марта около станции построить простенькую временную кладовку, то наш маньяк этой станцией точно заинтересуется. По-баскетбольному это называется — поставить заслон.

— Построить кладовку для маньяка? — захихикал Чванов. — Ничего глупее я в своей жизни ещё не слышал.

— Извините, дорогой товарищ, что я — баскетболист, а не сыщик, — хмыкнул я. — Тогда вам придётся его ловить до тех пор, пока кто-то из женщин не сможет от него отбиться, сбежать, а ещё и после всего опознать. Увы, но больше ничем помочь не смогу.

Я намекнул инспектору, что тому пора уходить. Чванов же покряхтел, почесал затылок и сказал, что до марта есть два с половиной месяца и может быть мой вариант с ложной кладовкой не так уж и плох. После чего мы мирно попрощались.

* * *

А потом моя жизнь понеслась с калейдоскопической скоростью. Пять дней до поездки в Вильнюс я только и делал, что пропадал в спортзале и в тренажёрке. Уже в Вильнюсе, куда собрались все двенадцать команд Высшей баскетбольной лиги, 21-го декабря мы обыграли «Калев» из Тарту со счётом — 107:76. 22-го числа нами был повержен киевский «Строитель», с Владимиром Ткаченко и Александром Сальниковым в составе — 91:85. Та игра с Киевом получилась тяжёлой. И в ней всё решилось только в последние пять минут встречи, где мои нервы и нервы Сергея Тараканова оказались крепче. А 23-го декабря под нашим молодым напором пало тбилисское «Динамо» — 99:72.

Далее 25-го числа мы обыграли рижский СКА — 90:47. Забросили немного, зато совсем мало пропустили, как следует поработав в защите. А то после матчей с киевлянами и тбилисцами Кондрашин за плохую защиту костерил нас и в хвост, и в гриву, напомнив каждому игроку команды, что мы — бараны и скобари. Затем 26-го декабря почти без напряга мы одолели свердловский «Уралмаш» — 104:66. И к заключительному матчу первого круга против московского ЦСКА наша баскетбольная дружина подходила в отличном настроении и хорошей спортивной форме.

Кстати, ЦСКА этот турнир в Вильнюсе тоже прошёл без поражений. 22-го декабря они разгромили РТИ — 118:77. 23-го декабря ЦСКА немного понервничал с местной «Статибой», победив её — 103:85. 24-го армейцы просто уничтожили ереванский СКИФ — 106:60. 25-го декабря им опять пришлось попотеть против московского «Динамо» — 100:87. А вот каунасский «Жальгирис» 26-го декабря так испугался москвичей, что буквально развалился на части — 108:63. Поэтому ЦСКА к нашему последнему баскетбольному поединку в этом 1975-м году приготовился во всеоружии.

А Александр Гомельский так и вообще задорно бегал по спортивной арене «Статиба», где игрались все матчи чемпионата страны, и весело что-то насвистывал. Ибо он считал, что вопрос с плей-офф чемпионата СССР практически решён. Следовательно отставание от нас на очко или на два для ЦСКА было некритично. К слову сказать перед последним игровым днём таблица первенства страны выглядела так: «Спартак» — десять побед и ноль поражений; ЦСКА — девять выигрышей; «Жальгирис» — восемь выигранных матчей; у «Динамо» Тбилиси и «Статибы» по шесть побед; у «Строителя» и московского «Динамо» половина на половину — пять побед и пять поражений; РТИ — четыре выигранных матча; «Калев» — 3; СКА — 2; и наконец «Уралмаш» и СКИФ — добыли всего по одной победе. И оставалось решить только один вопрос — кто на новый год уйдёт лидером чемпионата СССР?

Итак, в субботу 27-го декабря в девять часов вечера баскетбольная арена «Статиба» забилась любителями баскетбола под завязку. Вмещал этот вильнюсский зал примерно четыре тысячи человек. И отличался он от многих других спортивных сооружений странной архитектурой. Снаружи арена походила на гигантское железобетонное седло, а внутри под косым выгнутым потолком умещалась одна большая главная трибуна, и три маленькие трибунки по периметру игрового паркета, который почему-то выкрасили в непривычный глазу бежевый цвет. Кроме того, центральный круг и две трёхсекундные зоны были окрашены в яркий оранжевый колер.

Зал от нетерпения гудел, а вот телевидение на нашу решающую в этом году встречу не пожаловало. Вместо баскетбола сегодня советских зрителей первой программы развлекал чемпионат СССР по фигурному катанию. Странно, что танцам на льду, популярным всего в десятке стран, отдавалась большее предпочтение, чем игре, в которую играл весь мир. Справедливости ради надо отметить, что на матч приехали киношники. Они снимали документальный фильм о том как идёт подготовка сборной СССР к грядущей летней Олимпиаде. Впрочем как только судья подбросил спорный мяч вверх, я совершенно перестал думать и о кино, и о телевидении.

Наш юный центровой Саша Белостенный уверенно перепрыгнул центрового ЦСКА Сергея Коваленко. Мяч отлетел на нашу половину поля и им раньше всех завладел такой же юный разыгрывающий защитник — Гена Капустин. Однако он, сломя голову, вперёд не понёсся. Во-первых ему преградил путь разыгрывающий ЦСКА Иван Едешко. А во-вторых, я хорошо открылся на противоположной бровке и опекающий мня игрок армейской команды, Сергей Белов, застрял в районе центрального круга. Поэтому Гена сделал пас на меня и уже я побежал в атаку. А под кольцом соперника к этому моменту активно толкались: Белостенный и Коваленко, Александр Белов и Алжан Жармухамедов, а так же мой юный друг Сергей Тараканов и новобранец ЦСКА Анатолий Мышкин.

— Тарик, уйди в край! — гаркнул я, потребовав, чтобы Тараканов увел Мышкина чуть-чуть в сторону и освободил мне путь к кольцу.

Но в эту секунду передо мной вырос Сергей Александрович Белов и момент с проходом в краску был безвозвратно упущен. Я прикрыл от Саныча мяч корпусом. Дождался когда Саша Белов поможет с заслоном. Перевёл мяч за спиной и на 15-ой секунде владения рванул в проход. Наш ленинградский Белов и Белов из ЦСКА столкнулись, я ускользнул от Жармухамедова и, подобравшись на четыре метра к кольцу, по высокой траектории послал мяч в цель.

— Даа! — выкрикнул я, когда баскетбольный снаряд провалился в сетку армейского кольца.

И литовские болельщики встретили это попадание аплодисментами. Видать Вильнюс сегодня болел за нашу ленинградскую команду. На большом электронном табло зажглось, что «Спартак» повёл в счёте — 2:0. Правда игрового времени на этом табло было ещё немерено.