Аллей-уп. Том 2 (СИ), стр. 45

Поэтому в матче против московского «Динамо» от нас не требовалось ничего сверхъестественного. Нам нужно было уверенно и без нервов победить и идти дальше. Однако, висящее на мне обязательство в виде 50-и набранных очков, заставило меня с первых секунд работать и выкладываться на полную катушку. И начал я хорошо. К 10-ой минуте матча на моём счету уже значилось 16 очков, которые я набрал дальними попаданиями, в силовых проходах под кольцо и в быстрых отрывах. Кстати, вёл и наш «Спартак» — 31:18. И если бы не динамовский центровой Владимир Жигилий, номер 10, который принёс своей команде уже 12 очков, забрасывая мячи главным образом из-под кольца, разрыв был бы ещё больше.

А вот дальше дело застопорилось. Кондрашин убрал с площадки: Белостенного, Тараканова, Капустина и Белова, а вместо них выпустил: Макеева, Силантьева, Павлова и Аразмаскова. И мне пришлось вернуться к роли разыгрывающего защитника и таскать мяч через всю площадку. И каждый раз, когда мы приходили в нападение, я просто вынужден был заигрывать своих партнёров, которые не всегда действовали лучшим образом. Например, отдашь передачу Зяме, а тот, никого не видя, сам прёт с мячом в трёхсекундную зону. Ладно бы он удачно атаковал. А так — то потеря, то пас за боковую линию. Хорошо хоть Андрей Макеев и Миша Силантьев свои мячи забивали. Поэтому к 15-ой минуте матча мой лицевой счёт нисколечко не подрос. «Динамо» же сократило отставание до 5 очков — 42:37. Теперь у Жигилия стало — 14 результативных баллов, а у Сидякина, который ирал под 11 номером — 10.

И когда 205-сантиметровый динамовец Александр Болошев, номер 15-ый, переиграл под щитом нашего 215-сантиметрового гиганта Михаила Силантьева и сократил разницу в счёте до 3-х очков, сделав счёт — 42:39, Кондрашин не выдержал. Он обозвал всех нас баранами, идиотами и скобарями и живо вернул в игру моих юных друзей и Александра Белова. После чего наша команда вновь понеслась на всех парах к победе. И за оставшиеся 5 минут до перерыва мы оторвались на 9 оков — 57:48. А я довёл свой лицевой счёт до 24-х результативных баллов.

— Чё случилось? — спросил меня Белов, когда мы шагали в раздевалку. — Ты чего такой заведённый? Всё ведь нормально. Мы ведём в счёте. Вот увидишь, во втором периоде «Динамо» подсядет и мы их дожмём.

— Петрович пригрозил, что если сегодня я настреляю меньше полусотни, то завтра он меня оставит на лавке, — пробурчал я. — Кто-то стукнул, что я ночь провёл вне стен гостиницы.

На этих словах мы остановились перед входом в раздевалку. Белов почесал затылок и, припоминая детали вчерашнего вечера, изрёк:

— Я знаю кто. Мы вчера вернулись около двенадцати. Я только-только принял душ. И к нам в комнату вдруг заглянул Зяма и предложил сыграть пару партий в нарды. Я естественно отказался. Во-первых, после пива шумело в голове, а во-вторых, какие нарды после полуночи, когда завтра игра? Тогда он спросил про тебя. Я же ответил, что ты скоро придёшь, и что в нарды однозначно играть не будешь.

— Знаешь, что Саша, — криво усмехнулся я, — я давно хотел сказать, что команда у нас в целом неплохая. Только один человек весь коллектив портит.

— Может дать ему по шее?

— Нет, — помотал я головой. — Надо чтоб Петрович сам его отцепил и оправил куда подальше. Не потому, что Зяма — плохой игрок. Как раз играет он хорошо, когда захочет. Просто Зяма — редиска или нехороший человек.

* * *

35-летний корреспондент «Советского спорта» Алексей Орлов прилетел в Каунас из Москвы специально, чтобы посмотреть матч московского «Динамо» и ленинградского «Спартака». Он уже не один год наблюдал за интересной ленинградской командой и водил дружбу с главным тренером Владимиром Кондрашиным. К слову сказать, он даже пострадал на этой почве. Алексей Георгиевич как-то раз неосторожно пообещал на страницах своей газеты, что немедленно побреется после чемпионства «Спартака». И весной этого года, когда Ленинград впервые завоевал золото чемпионата страны, его прилюдно побрил администратор команды Виктор Харитонов.

Но сегодня Алексей Орлов, у которого снова отросла маленькая бородка, такого бы не пообещал. Спустя полгода «Спартак», укрепившись дерзкой и талантливой молодёжью, неожиданно сделался грозной силой. Сначала сборная Кондрашина с этими молодыми ребятами навела шорох в США, обыграв сильные профессиональные команды. А сегодня «Спартак» уверенно крушил крепкое московское «Динамо». И за 3 минуты до финального свистка ленинградцы вёли со счётом — 90:63. Особенно старался 18-ый номер Кондрашинской команды, Михаил Юрьев.

Вот он снова получил мяч на периметре. Перевёл его между ног. Сделал шаг назад и, переведя мяч за спиной, двинулся в силовой проход под кольцо «Динамо». На Юрьеве буквально повис игрок бело-голубых Александр Сидякин. Но тот всё равно подобрался к кольцу на два метра и закинул баскетбольный снаряд в корзину соперника словно бомбочку, перекинув по высокой дуге 205-сантиметровго Владимира Жигилия. Счёт стал — 92:63 и нейтральные литовцы встретили этот непростой бросок аплодисментами.

«Неплохо», — пролепетал себе под нос Орлов и пометил в своём блокноте, что у Юрьева в активе набралось — 42 очка. И Алексей Георгиевич тут же вспомнил сегодняшний разговор с Кондрашиным. Он спросил Петрович об этом парне: «кто он и откуда?».

И Кондрашин ответил следующее: «Можно сказать, что ниоткуда. По документам он ещё летом служил на границе в горах Тянь-Шаня. В октябре приехал из Выборга на чемпионат города Ленинграда и сразу же огорчил с институтской командой ЛЭТИ дубль моего „Спартака“. Другими словами свалился как снежный ком на голову. Только меня не обманешь. Но я-то вижу, что он — не самоучка, что у него на лбу написано высшее баскетбольное образование. Я даже в Выборг позвонил в школу, где учился этот Юрьев. И мне ответили, что да — учился такой парень и баскетболом занимался в пределах школьной программы. Вот и думай после этого, что хочешь».

В эту секунду «Спартак» удачно отзащищался и быстро побежал в ответную атаку. Капустин лихо пронёсся с мячом через всю площадку. Скинул мяч назад на набегающего Юрьева. И Юрьев, завладев мячом, один раз ударил им в пол. А потом исполнил два шага по такой странной траектории, что игрок «Динамо» застыл от неожиданности на месте и увидел мяч лишь тога, когда тот провалился в кольцо. Счёт стал — 94:63, а Юрьев набрал уже 44 очка.

«Самородок, — пробубнил про себя Алексей Орлов. — Просто Юрьев — это баскетбольный Мальцев и никакой загадки тут нет и быть не может. Ибо всегда была богата русская земля на таланты».

* * *

— Быстрей, мужики! — прокричал я, когда за 10 секунд до конца матча мы пошли в последнюю атаку.

К этому моменту счёт на табло был — 100:67 в нашу пользу и мне требовалось последнее удачное попадание, чтобы выбить необходимые для Петровича 50 очков. Конечно, динамовцам было обидно уступать с таким разгромным чётом. Но основанная пятёрка «бело-голубых» основательно вымоталась, а парни, вышедшие со скамейки запасных откровенно не тянули уровень Высшей лиги. Однако в защите они играли прилично и просто так дарить мне два очка не намеревались.

Тем временем Гена Капустин на 7-ой секунде вывел меня на хорошую удобную позицию для дальнего броска. И я в полной уверенности, что непременно попаду, шамльнул по кольцу «Динамо». Но упрямый мяч, крутанувшись по ободу кольца, буквально вскочил наружу.

«Ёкарный бабай!» — схватился я за голову. Но тут Саша Белов в высоком прыжке взял подбор и моментально скинул мяч в моём направлении. И я снова без раздумий бросил по кольцу. Однако баскетбольный снаряд и в этот раз разминулся с целью. Он ударился в заднюю дужку, взмыл в воздух и стал опускаться в центр трёхсекундной зоны. Поэтому я что было сил рванул на подбор, с громким криком: «ааааа!» прыгнул вверх и ещё раз одним касанием ладони натравил мяч в кольцо. И о чудо — с третьего раза оранжевая баскетбольная сфера провалилась в сетку. И в этот момент я к своему облегчению услышал трель финального свистка, который зафиксировал окончательный счёт — 102:67.