Аверлон, стр. 1

Annotation

Девятнадцать лет назад принцесса Амелия, главная наследница Трона Аргариона, исчезла. Она уступила корону младшему брату и бежала в туманные болота Рендвуда, забрав с собой мужа и новорождённую дочь. Однако, все меняется, когда на границу великого королевства наступают захватчики во главе с Темным Царем.

«Аверлон» — это тёмное, эмпирическое фэнтези о запретной любви , королевских интригах и девушке, которая отказывается быть пешкой. Эпичная история о том, как далеко можно зайти ради свободы, и как легко потерять себя, когда в сердце поселяется тьма.

Добро пожаловать в Аверлон. Здесь никто не останется в стороне.

Аверлон

Предупреждение

Глава 1

Глава 2

Глава 3

Глава 4

Глава 5

Глава 6

Глава 7

Глава 8

Глава 9

Глава 10

Глава 11

Конец ознакомительного фрагмента.

Аверлон

Предупреждение

Данная книга предназначена ТОЛЬКО ДЛЯ ЛИЦ СТАРШЕ 18 ЛЕТ из-за обилия сцен, которые могут вызвать серьёзный психологический дискомфорт.

Книга содержит:

• Сексуальное принуждение и манипуляцию — сцены, в которых героиня вынуждена подчиняться под угрозой шантажа и насилия, с элементами доминирования, унижения и нарушения личных границ.

• Инцестуозную динамику — кровосмешение двусмысленность, токсичная привязанность и стирание моральных границ внутри семьи.

• Психологическое насилие — газлайтинг, эмоциональную манипуляцию, угрозы, шантаж, изоляцию, контроль над телом и разумом героини.

• Жестокие убийства и насильственную смерть — детальные сцены битв, расчленение, массовая гибель.

• Физическое насилие — сцены удержания силой, удары, принуждение к действиям сексуального характера, угрозы.

• Элементы темной магии и оккультизма — изображение магии, связанной с подчинением воли, жертвоприношениями и оккультными практиками.

• Война и насильственный захват власти — сцены осады, штурма городов, гибели мирных жителей, разрушения королевства.

Категорически не рекомендуется:

– лицам с ПТСР, связанным с сексуальным насилием, абьюзивными отношениями или домашним насилием;

– лицам, для которых триггером являются сцены доминирования, принуждения и подавления воли;

– лицам с опытом травматических отношений в семье (особенно с нарушением родственных границ);

– несовершеннолетним читателям.

Важно:

Автор не оправдывает и не романтизирует насилие, абьюз, инцест, манипуляцию или жестокость. Изображённые отношения — художественный вымысел, иллюстрирующий механизмы травматической привязанности, созависимости и борьбы героини за свою свободу и идентичность.

Если вы или ваши близкие сталкиваетесь с домашним насилием, сексуальными домогательствами, абьюзивными отношениями или психическими расстройствами — обратитесь к специалистам.

Ваша безопасность и благополучие важнее любой истории.

Берегите себя.

Глава 1

Элира

Дорога вилась серой змеей, выползая из туманных болот Рендвуда к каменистым предгорьям, что сторожили сердце Аверлона. Карету трясло на ухабах, и я смотрела в окно, как медленно умирает привычный мир — низкое небо, пропахшее торфом и свободой, сменялось ухоженными полями, где гнули спины крестьяне, не смея поднять глаз на королевский эскорт. Стук копыт отдавался в висках похоронным барабаном. Я смотрела в окно кареты, как проплывают мимо бурые поля Аргариона, исчерченные глубокими колеями от телег. Земля здесь пахла иначе, чем в Рендвуде. Там, среди болот и туманов, воздух был влажным и честным — он пах тиной, гниющими водорослями и солью с залива. Здесь же пахло пылью и старой кровью, казалось, что сама почва помнила, сколько мечей было об нее сломано.

Мать сидела напротив. Леди Амелия, железная леди Рендвуда. Время пощадило ее, или испугалось тронуть: тонкий стан, затянутый в дорожное платье цвета запекшейся крови, высокая шея, увенчанная короной пепельных кос, в которых еще не затерялась ни единая серебряная нить. Я унаследовала от нее только один глаз: карий, глубокий, как болотная вода. Второй достался мне от отца: желтый, словно янтарь на солнце, с темным ободком по краю радужки. Когда я была маленькой, служанки шептались, что это метка духов. Отец смеялся и говорил, что я украла по кусочку от каждого из них.

Я не хотела ехать в столицу. Цитадель Пепла, Дрейнбруг, королевский двор — все это было для меня чужой, враждебной землей. Я не была там с самого рождения. Точнее, меня вывезли оттуда так рано, что я не помнила ни стен, ни лиц. На следующий день после того, как мой дед, король Грен скончался, а мой дядя Эрон сел на трон, мы исчезли. Мать — наследная принцесса, старшая дочь короля — уступила престол младшему брату и бежала вместе со мной и отцом в провинцию, болотные земли лорда Рендвуда, ее покойного свекра. Почему она отказалась от короны? Этого она мне не рассказывала, оберегая эту тайну, как дракон сокровище. «Это была сделка, — отвечала она всякий раз, когда я спрашивала. — Я отдала трон, чтобы сохранить семью, чтобы сохранить жизнь твоему отцу». Что за опасность угрожала отцу? Почему они не могли остаться при дворе? Кто и чем шантажировал железную леди, заставив ее подписать отречение? Я не знала, но я подозревала дядю Эрона — человека, который выиграл больше всех от этого побега.

В Аргарионе, как и во всех Пяти Королевствах, наследовать престол мог ребенок любого пола по праву старшего. Таков был закон, установленный после того, как когда-то предки почти уничтожили этот мир в войне за престолонаследие. Закон мудрый и справедливый, но многим принцам он не нравился. Многим хотелось бы видеть на троне мужчину, а не женщину. И когда моя мать отказалась от короны в пользу младшего брата, никто не протестовал. Кроме, быть может, нескольких старых лордов, которых быстро заставили замолчать. Мы бежали в Рендвуд — край болот, туманов и вечных дождей побережья. Там отца назначили главным мореходцем, и это были лучшие годы моего детства. Мы часто отправлялись в небольшие путешествия по морю: соленые брызги в лицо, скрип снастей, ветер, ревущий в ушах. Отец сажал меня на плечи и показывал горизонт. «Однажды, Элли, — говорил он, — мы пойдем в Туманное море. В край вольных островов. Туда добираются только самые опытные и отважные мореходцы, и мы с тобой будем среди них». Я верила ему и ждала этого дня, но, когда мне было тринадцать, отец погиб на охоте. Это была нелепая случайность: стрела, пущенная в оленя, нашла человеческую плоть. Мать на полгода перестала говорить, а я перестала верить в случайности. И вот теперь, спустя девятнадцать лет после бегства, король Эрон попросил нас приехать. Зачем? Что изменилось?

— Запомни, — сказала она, когда впереди показались башни Цитадели Пепла, — ты не будешь вести себя как дикарка. Никаких дерзостей, никаких колкостей. Ты не не доведешь до греха ни меня, ни короля Эрона. Ты поняла меня?

Меня это бесило.

— Я не умею носить маски, — бросила я, глядя в окно. — Ты знаешь.

— Значит, придется научиться. — Ее голос не терпел возражений. — Сегодня ты войдешь в этот дворец как принцесса нашей крови, а не как болотная девочка, привыкшая говорить все, что вздумается. Думать будешь молча, а говорить только когда спросят, и улыбаться. Ты поняла меня?

Я стиснула зубы. Мне хотелось крикнуть, что весь этот двор с его притворными улыбками, лживыми комплиментами и ядовитыми интригами омерзителен мне до тошноты, что я презираю этих напудренных лордов и леди, которые улыбаются в лицо и вонзают нож в спину, что я не хочу иметь ничего общего с человеком, который, возможно, угрожал моему отцу и вынудил мать отказаться от короны, но я промолчала. Потому что мать была права. Здесь, в логове врага, нужно было надевать маску или умереть.