Хтонь в пальто. Жить дальше, стр. 2

Сердце подпрыгивает к горлу, прихожая на мгновение расплывается перед глазами: по-настоящему проглотить?.. Какие у нее интересные желания. Интересные и… слишком знакомые. А точно он тут хтонь, а не заказчик, во внутреннем мире которого собираются копаться?

– А зачем? – уточняет Вик.

Может, все-таки хочет таким замысловатым образом умереть? А что усталость не чувствуется – ну так привыкла маскироваться, чтобы людей вокруг не раздражать, а сейчас вообще радуется предстоящему концу.

Нет, погодите, тогда бы не говорила про «выпустите». Хотя если специально – ввести в заблуждение, вынудить распахнуть пасть и…

– Мне нравится об этом фантазировать, – пожимает плечами заказчица, – и я подумала, что провернуть это в реальности будет… здорово. И подруга сказала, что ее сожрали; но она ведь осталась жива!

Вдох-выдох, присмирить скачущее сердце, закусить губу.

Фантазировать ей нравится, вы поглядите. В реальности захотелось воплотить. А о чувствах хтони кто подумает: согласна ли хтонь в прямом смысле жрать и каково ей будет этим заниматься?..

Так, успокойся! Возьми в руки и себя, и отлетающую голову! Ты на работе, в конце концов, и это ты – тот, на кого растерянный, испуганный человек должен опереться!

– Откровенность за откровенность, – помолчав, вздыхает Вик. – Если бы я умел жрать как в сказках, я бы с удовольствием вас сожрал. – И кашлянув, продолжает: – Но раз наше стандартное пожирание вам не подходит, могу выпить чаю. Бесплатно. В качестве компенсации за… неоказанную услугу.

Чуть не прибавляет: «Вдруг вам хочется поговорить с тем, у кого крыша съехала в том же направлении?» – но прикусывает язык. Обидится еще за оскорбление: может, она, в отличие от некоторых, свою крышу съехавшей не считает.

Но заказчица, кажется, понимает – и кивает:

– Давайте. Но я все-таки заплачу – вы же приехали.

– Как вам угодно, – не спорит Вик. – Подскажите, где ванная?..

Не столько вымыть руки, сколько взглянуть в зеркало – сильно ли уши пылают?

После такого разговора как не пылать!

– Я, кстати, Лада.

– Я Вик.

– На «ты» будем?

– Давай.

Чай у Лады пакетированный, дешевый, вкус почти не чувствуется – но ради чая ли они собрались? Чаепития – они ради разговоров; и, к счастью, за год работы замом Вик перестал бояться ляпнуть что-нибудь не то. Как ляпнет, так и поправится, вот уж большая проблема!

Но начинает все равно притихшая, погасшая Лада – будто устыдившаяся и заказа, и всего сказанного:

– Спасибо, что… не осудил, когда услышал, чего я хочу.

– Заказчиков осуждать – последнее дело, – хмыкает Вик. И прибавляет с улыбкой, продолжая откровенничать: – Тем более что я вполне понимаю твое желание. Сам примерно в ту же сторону повернут.

Но в ответ на заинтересованный взгляд качает головой: извини, без подробностей, мы тут не в фанфике «18+», чтобы пускаться в обсуждение, кто и в каком виде кого бы сожрал. Впрочем, обычно хватает самого факта встречи, чтобы дальше жить с успокаивающим, приятно заземляющим ощущением «я такой не один».

В юности Вик жадно искал единомышленников – как подтверждение нормальности, как возможность поделиться будоражащими фантазиями, как дружелюбный взмах руки в давящей, стыдящей – так чудилось – толпе. Оставлял комментарии под чужими текстами и артами, инициировал десятки диалогов, обсуждал все нюансы предпочтений: а кто, а кого, а как?..

…Но оказалось, что одного общего увлечения для долгого общения мало, а постоянно говорить про пожирание он – даже он! – не готов. Да и предпочтения совпадали далеко не всегда.

Сейчас тексты и арты вызывают привычное жаркое удовольствие, иногда – желание сохранить на телефон, чтобы можно было возвращаться безо всякого интернета, но не порыв немедленно прокомментировать. Вику достаточно себя, одиночество больше не тяготит, а ненормальность… Ну, понятие нормы в принципе относительно.

– И тебе не страшно открываться? Я-то думала, мне – точно нет, а теперь так неловко из-за глупостей, которые вывалила… И заказ не надо было делать, стоило догадаться, что по-настоящему никто жрать не будет. – Лада, сгорбившись, утыкается лицом в ладони.

Хтоническая сторона, с ворчанием закатив глаза, в один прыжок оказывается рядом и безжалостно разрывает когтями сомнения, в которые Лада прячется, будто в кокон. И правильно, этот кокон не спасает – наоборот, душит. Где тут внутреннему пламени разгореться – а ведь как оно полыхало на пороге!

– Не закрывайся, – поддакивает хтонической стороне Вик. – Ты не делаешь ничего ужасного, никому не вредишь, а значит, имеешь полное право увлекаться тем, чем увлекаешься, и говорить об этом с теми, кто готов слушать. И чем дальше, тем будет проще, скоро ни следа от страха и неловкости не останется.

Лада нерешительно опускает руки; поводит плечами, выпрямляя спину. Вик одобрительно улыбается.

Нечего стесняться и бояться – особенно в компании хтони, которой по работе положено слушать, кивать и держать при себе свое ценное мнение, пока о нем не спросят.

– Мне тоже было страшно, а потом я смирился. Ну да, переклинило на странных вещах, но я никому не мешаю, так почему бы не получать удовольствие от своей переклиненности? Как видишь, я в итоге устроился хтонью в пальто и даже жру людей – хоть и не в прямом смысле. – Подумав, Вик прибавляет: – Я сказал, что буду жрать не как в сказке, но вообще-то наше пожирание, проведение через хтоническую тень, – это и есть «как в сказке». Инициация, перерождение, все такое.

– Я вроде что-то слышала… – неуверенно кивает Лада.

– А Проппа читала?

– Кого?

– Владимир Пропп, «Исторические корни волшебной сказки». Советую. Когда видишь, как умный мужик откровенно говорит то, что ты стесняешься даже думать, это… пожалуй, воодушевляет.

Вытащив телефон, Лада то ли сохраняет в заметки книгу, то ли пишет друзьям: «Эта хтонь, вместо того чтобы сожрать, пьет чай и пытается обсуждать заумную литературу!» Второе – полный абсурд, но если представить себя на месте Лады… Вот уж точно «ожидание и реальность».

«Поэтому и надо выяснять при звонке все-все детали», – хмыкает Вик. Представляет, как заказчик спрашивает по телефону: «Подскажите, а какова вместимость вашей хтони в килограммах и сантиметрах?» – и, стараясь не расхохотаться, мысленно сползает под стол.

Крис в таком случае уверенно брякнул бы рандомные числа, а потом сообщил бы, что услуги «Можно ваша хтонь положит меня в себя?» у них нет. А вот как бы выкручивалась Санна?..

Ожившая Лада, смеясь, вручает на прощание конфету «Красная Шапочка». Отличная точка в разговоре о пожирании, лучше не придумаешь.

– Ты не расслабляйся, – пугает Вик, застегивая пальто. – Однажды я тебе приснюсь и обязательно сожру!

А Лада отвечает широкой улыбкой:

– Слово сказано, слово услышано! [1]

И только легкий румянец на щеках выдает, что она смущена.

Лязгает замок, запирается дверь – и внутренний голос немедленно принимается укорять: «Теперь она будет воображать перед сном, как ты, весь такой страшный, подходишь к ее кровати и!..»

– Тоже мне эротические фантазии, – фыркает Вик, спускаясь по лестнице. – И вообще, хочет – пусть воображает. Мне от этого ни жарко ни холодно.

Он в свое время что только не воображал! И теперь… ну да, работает хтонью в пальто, жрет людей, пляшет голым у костра. Полный кошмар.

На обратном пути, в метро, прилетает сообщение от Санны: «Привет, тут ерунда какая-то. Нам оставили на картах отзыв: хтони у вас ненастоящие, аниматоры в костюмах. Я, как положено, запросила телефон и дату заказа, проверила – а у нас в базе заказчиков вообще такого телефона нет. Утверждают, что заказывали с него. Может, у меня база глючит? Посмотри у себя».