Главный инженер 5 (СИ), стр. 52

— Согласен, — кивнул я. — Мы как раз над этим и работаем. И да, меня радует, что мы думаем в одинаковых направлениях.

Рита с недоверием посмотрела на меня, затем продолжила:

— Для семей нужен пароль. Если кто-то позвонит жене Степаныча или родственникам Михалыча и скажет, что их срочно просили приехать, он должен назвать слово, известное только семье.

— Лучше, чтобы пароль знала сама семья и один человек в офисе. Иначе наш новый стажёр за пару тысяч продаст его нанимателям вместе с прогнозом погоды.

— Я хотела завести закрытый список.

— Список можно украсть. Каждая семья выбирает своё слово, а мы объясняем порядок. Если сотрудник передаёт просьбу через офис, диспетчер сначала связывается с ним по известному номеру.

Рита записала поправку.

— Срочные вызовы от новых клиентов тоже проверяем повторным звонком. Не говорим, где находится мастер, пока заявка не подтверждена. Если человек просит именно тебя и слишком подробно спрашивает о графике, обращение отмечаем.

— Правильно.

— Доступ к договорам и расписанию тоже нужно разделить. Стажёр не должен видеть полный адрес клиента до выезда с наставником.

— Это уже сделали после прихода Глеба.

Рита подняла глаза.

— Какого ещё Глеба?

— Того самого студента, который ходил по квартирам под моим именем. Его снова прислали, теперь собирать сведения о компании.

Она несколько секунд молчала.

— И ты, конечно, взял его на работу.

— На стажировку.

— Максим, меня не было несколько дней. Почему за это время у нас появился человек, который уже обманывал клиентов, а теперь пришёл воровать документы?

— Потому что следующего шпиона мы можем не узнать. Этот хотя бы известный и плохо врёт.

— Иногда мне кажется, что ты специально собираешь людей, которых обычный руководитель не пустил бы дальше порога.

— Обычные руководители увольняют хорошего мастера за тяжёлый характер, а потом удивляются, почему трубы чинит вежливый идиот. Глеб важных документов не видит. Работает только со Степанычем.

Рита покачала головой, но спорить не стала. Возможно, вспомнила, что сама пришла в компанию после встречи в травмпункте. Другой работодатель увидел бы лишь мать-одиночку с опасным родственником.

— Последнее условие, — сказала она. — При прямой угрозе я сразу звоню в полицию. Не жду твоего разрешения и не пытаюсь сама понять, серьёзно это или нет.

— С этого следовало начать.

— Раньше ты мог решить, что я паникую.

— Раньше тоже нужно было звонить. Теперь тем более. Все условия принимаются.

Рита нахмурилась.

— Вот так просто?

— А зачем торговаться с нормальными требованиями?

— Я думала, ты скажешь, что эти правила будут мешать работе.

— Будут. Придётся дольше проверять заявки и внимательнее выдавать доступ. Но похищение ребёнка мешает работе сильнее.

Я позвонил Лене. Она ответила не сразу, и на заднем плане послышался гул машин. Видимо, она была не дома.

— Если это очередной шпион, пусть заполняет анкету и ждёт меня, — сказала она вместо приветствия. — Я сегодня занята проектом и не хочу сбиваться из-за очередного недомастера.

— Рита вернулась.

Лена замолчала, затем спросила уже серьёзно:

— Она точно готова?

— Она хочет работать. Готова ли полностью, пока никто не знает, но решение приняла сама.

— Передай, что я рада. И пусть не думает, будто обязана вернуться после случившегося.

Я включил громкую связь. Рита услышала её и ответила:

— Спасибо, Лена. Я потому и приехала, что решение оставили за мной. Я хочу работать.

— Тогда добро пожаловать обратно, — тепло сказала Лена. — Только не пытайся за день разобрать всё, что эти мужчины успели написать на чеках. Вчера я нашла заявку на инструкции от уничтожителя.

— Я уже увидела, как они справляются без меня, — Рита наконец улыбнулась. — Это ещё одна причина, почему я решила вернуться.

Я переслал Лене фотографию списка.

— Сделай из этого постоянный регламент для всех. Личные данные храним отдельно, срочные вызовы проверяем. Добавь семейные пароли и порядок работы с подозрительными звонками.

— Сегодня подготовлю первый вариант, — ответила Лена. — Но следующего человека с уголовными наклонностями оформляйте сами.

— У Глеба пока только мошеннические.

— Мне сразу стало спокойнее. Я могу вернуться к своим делам?

— Да. Звонки снова принимает Рита. Отдохни от нас хотя бы до вечера.

— Не обещаю, — сказала Лена и отключилась.

Вскоре начали приезжать сотрудники. Первым появился Слава. Увидев Риту, он остановился у двери, будто боялся неудачным приветствием напомнить о похищении. Потом заметил Соню и немного расслабился.

— Доброе утро, — сказал он, снимая куртку. — Я купил лампу в коридор. Старая мигает, поэтому сегодня заменю. Камера будет снимать нормально, а то сейчас там лица выглядят так, будто офис посещают одни покойники.

— Спасибо, Слава, — ответила Рита.

Он хотел что-то добавить, но не нашёл слов и ушёл за инструментами. Следом вошёл Степаныч с пакетом пирожков. Увидев Риту, старик кивнул, словно она вернулась после обычного выходного.

— Ну наконец-то, — сказал он, поставив пакет на стол. — Без тебя Митяй записал клиента как «тот, который ничего не понимает». Мы потом полчаса выясняли, кого именно он имел в виду.

— Клиент действительно не понимал, — отозвался Митяй, входя следом. — Я записал всё по существу.

— У тебя половина города распределена по степени понимания, — проворчал Степаныч. — Скоро адреса вообще перестанешь указывать.

Рита впервые засмеялась без напряжения. Митяй поздоровался с ней, затем с Соней и положил перед девочкой шоколадку.

— Это не взятка диспетчеру, — предупредил он. — Заявки мне всё равно давайте нормальные, без людей, которые хотят бесплатную диагностику и ещё требуют уважения.

— Уважение входит в стоимость выезда, — напомнил я.

— Тогда стоимость надо повышать, — буркнул Митяй.

Пока они спорили, мы переставили стол Риты, чтобы она видела дверь и мониторы. Славка протянул провод к дополнительной камере. Возле клавиатуры поставили тревожную кнопку. Сигнал уходил мне и Степанычу, а также в охранную службу, с которой мы заключили временный договор. Полной безопасности это не давало, но её вообще не существовало. Особенно в рекламе замков, которые Михалыч открывал отвёрткой.

— Такими темпами офис станет пультом атомной станции, — заметил Степаныч, наблюдая за Славкой. — Только там сотрудники хотя бы понимают, зачем нужна красная кнопка.

Соня сразу посмотрела на неё.

— А проверить можно?

— Можно, но позже, — быстро ответила Рита.

— А если она не работает?

Слава замер с отвёрткой. Вопрос оказался разумным.

— Проверим после звонка охране, — решил я. — Иначе сюда приедут серьёзные мужчины, а мы будем объяснять, что ребёнку просто стало любопытно.

— Я могу написать объяснительную, — предложила Соня.

— Лучше дорисуй кота, — сказала мать и улыбнулась.

Через несколько минут девочка принесла рисунок. Серый кот в жёлтой каске стоял возле двери. Он был крупнее людей, а на груди висел какой-то забавный значок.

— Это Дюбель, — объяснила Соня. — Теперь он начальник охраны.

Степаныч изучил рисунок.

— Для начальника он слишком бодрый. Ему положено сидеть и спрашивать, почему остальные плохо работают.

— Дюбель так и делает, — сказал я. — Ещё требует зарплату кормом и кусает подчинённых.

— Тогда настоящий руководитель, — заключил Митяй.

Рисунок повесили рядом с мониторами. Дюбель в каске выглядел убедительнее многих охранников, которых я встречал. К тому же он умел нападать из-за угла без предупреждения.

К десяти офис вернулся к обычной жизни. Рита вошла в работу так быстро, будто отсутствовала один вечер. Она проверила заявки и нашла пару повторных обращений. Потом вернула Славе заказ без подтверждённого адреса и открыла журнал пропущенных звонков, отдельно выписывая номера тех, кто слишком настойчиво расспрашивал обо мне.