Главный инженер 5 (СИ), стр. 33

— Тогда испытательный срок меня устраивает.

Митяй медленно повернулся к нему и поднял брови.

— Ого, обычно ты так быстро не соглашаешься. Когда я звал тебя на прошлый объект, ты неделю выяснял, кто хозяин котельной.

— Обычно ты рекомендуешь места хуже, — невозмутимо ответил Влад.

Я усмехнулся. Митяй несколько секунд переваривал ответ, затем хмыкнул.

— А я ещё за тебя ручался.

— Поэтому я и задавал вопросы, — Влад впервые позволил себе слабую улыбку.

В офис вошёл Степаныч и услышал последнюю фразу. Не разобравшись, он сообщил, что за Митяя вообще опасно ручаться. Однажды тот так хорошо починил вентиляцию, что хозяйка потом пару дней звонила ему и обсуждала личную жизнь. Митяй возмутился, Влад улыбнулся шире, и напряжение ушло.

— Михалыч проверит тебя по технике, — сказал я Владу. — Потом съездишь со Степанычем на обычные заявки. Не на показательный объект, где всё чисто, а в нормальный подвал с неполной схемой. Клиент там обязательно скажет, что до вашего приезда ничего не шумело.

— Значит, сразу в естественную среду, — уточнил Влад, подняв сумку.

— Именно. Если после неё не исчезнешь, оформим.

— А если исчезнет? — спросил Митяй, застёгивая куртку.

— Тогда котельные возьмёшь ты.

Митяй сразу хлопнул Влада по плечу.

— Я в него верю. Отличный специалист, надёжный человек.

Примерно через полчаса приехала Лена. Она вошла с папкой под мышкой и остановилась у двери, молча разглядывая меня. На ней было светлое пальто, волосы она собрала, но несколько прядей выбились у висков. По её лицу я понял, что сначала меня проверят на наличие новых ранений, а потом начнут воспитывать.

Я встал. Лена заметила, что двигаюсь вполне сносно, посмотрела на плечо и лишь после этого выдохнула.

— Значит, ты всё-таки жив, — сказала она, кладя папку на стол. — Удивительно, потому что о похищении ребёнка и пожаре в ТСЖ я узнала от людей, которые знакомы с тобой только заочно.

— Я собирался написать, — ответил я, понимая, что звучит это слабо.

— Когда именно? После следующего пожара? — Лена подошла ближе и посмотрела мне в лицо. — Или дождался бы ещё одного нападения, чтобы новости получились содержательнее?

Спорить я не стал. Когда человек прав, сопротивление только растягивает неприятный разговор.

— Да, я должен был сообщить, что со мной всё нормально, — признал я. — Всё навалилось сразу.

— У тебя всегда всё наваливается, когда ты решаешь один полезть туда, куда нормальные люди даже не посмотрят, — произнесла она, коснувшись моей руки. Её голос стал чуть тише. — Мне не нужны все твои тайны, Максим. Но два слова, «жив, занят», ты мог отправить. Это ведь не так сложно, как тебе кажется.

В этот момент за спиной отодвинулся стул. Степаныч внезапно вспомнил, что ему необходимо проверить машину. Влад решил пойти вместе с ним, хотя автомобиль стоял в соседнем дворе и к собеседованию отношения не имел. Митяй поднялся последним.

— Мы по объектам, — объявил он с серьёзным лицом. — Если здесь что-нибудь случится, я постучу и только потом начну разбираться в проблеме. Не переживайте, просто так не сунемся.

— Идите уже, — сказал я, слегка усмехнувшись.

Через минуту голоса стихли. На этот раз они действительно разъехались по заявкам. Я предложил Лене кофе, она согласилась, но продолжала смотреть на меня так, будто выбирала между добрым разговором и ударом папкой. Я включил чайник и коротко рассказал, что Соня дома, а Рита взяла отпуск. Лена слушала молча, затем села за стол Риты и провела пальцем по стопке заявок.

— Женщина из вашей команды пропала всего на день, а у вас здесь уже… «творческий мужской хаос»? — спросила она с лёгкой усмешкой. — Кто принимает звонки?

— Все по очереди, но в основном Степаныч. Решение плохое, но временное.

— Очень плохое, — Лена подняла чек с записанным на обороте адресом. — Видимо, твой Степаныч использовал это вместо журнала, а кто-то сохранил клиента в телефоне как «мужик, котёл орёт».

— Митяй.

— Даже спрашивать не буду, кто это, — она покачала головой и отложила чек.

Я поставил перед ней кофе и сел напротив.

— Поэтому хотел с тобой поговорить. Мне нужен человек, который возьмёт договоры и оформление работников. Ещё претензии клиентов, если они появятся. Не знакомая, которая иногда помогает по вечерам, а специалист с нормальной оплатой и полномочиями. Пока Рита в отпуске, придётся поддержать нас с первичными звонками. Но превращать тебя навсегда в диспетчера и секретаря я не собираюсь. Через месяц ты либо уйдёшь, либо начнёшь нас ненавидеть. Второе вероятнее.

Лена обхватила кружку ладонями и немного подумала.

— Документы «Основы» я возьму, но давай сразу разделим обязанности, — сказала она, глядя на меня поверх края кружки. — Договоры и оформление сотрудников мои. Претензиями тоже займусь, звонки могу принимать временно. Но свой проект я не брошу ради твоей компании.

— Я и не прошу.

— Григорий тоже сначала ничего не просил, — ответила она без злости, хотя лицо стало жёстче. — Он предлагал помощь. Потом оказалось, что я должна отчитываться и согласовывать решения. Когда понял, что управлять мной не получится, финансирование закончилось.

— У Степцова деньги всегда были поводком, даже когда он называл их подарком.

— Поэтому я не хочу менять один поводок на другой, пусть новый и выглядит приличнее.

— Разумно, — сказал я. — Ты работаешь в «Основе» за оговорённую оплату, а твой проект остаётся твоим. Долю мне отдавать не нужно. Я могу проверить расчёты и помочь с подачей. Если всё окажется рабочим, познакомлю тебя с людьми, которые способны оценить идею без участия Григория. Собственно, как я и предлагал ещё тогда в машине на Рублёвке.

Лена прищурилась и поставила кружку на стол.

— С какими людьми?

— Пока не скажу. Сначала покажешь материалы. Нужно понять, там есть работающая модель или только хорошая презентация.

— Ты заранее сомневаешься?

— Я сомневаюсь во всём, что требует денег, — ответил я. — Если проект хороший, проверка его не испортит.

Она внимательно изучала моё лицо, будто искала цену, о которой я умолчал. Я же спокойно пил кофе. Обещать ей знакомство с Умяровыми было рано. Сергей предложил сотрудничество «Основе», но не становился от этого моим личным инвестором. Однако он и Алёна умели оценивать людей. Если проект Лены стоил внимания, разговор мог состояться. Если нет, я только зря потратил бы чужое время.

— Успешный запуск будет лучше мести, — продолжил я. — Григорий увидит, что его кошелёк не был единственным решением. Но создавать проект только ради того, чтобы его разозлить, глупо. Он должен приносить пользу и деньги.

— Ты хочешь помочь мне назло Григорию или всё-таки веришь в меня? — спросила Лена, чуть склонив голову.

— Я ещё не видел расчётов, поэтому вера была бы безответственной. Но я видел, как ты ведёшь переговоры и работаешь с документами. Под давлением ты тоже не разваливаешься. Для начала этого достаточно.

— Звучит почти романтично, — заметила она, и уголки губ дрогнули.

— Это деловое предложение.

— У тебя всё деловое, пока не становится поздно уточнять условия, — сказала Лена, уже не скрывая улыбки.

Мы обсудили оплату и доступ к документам. Я предупредил, что сведения о семьях сотрудников будут храниться отдельно. Лена поддержала решение и предложила два уровня доступа: рабочие данные для диспетчера и закрытые кадровые бумаги для нас. Потом она просмотрела договоры мастеров, нашла слабые места и заявила, что часть придётся переделать. Я не возражал. Для того и нанимал её, чтобы она замечала мои ошибки.

Через час на столе лежали две стопки. В первую Лена сложила срочные документы, во вторую всё, что можно было исправить позже. Рядом она положила один особенно неудачный договор.

— А это кто написал? — спросила она, подняв лист двумя пальцами.