Главный инженер 5 (СИ), стр. 32

— Если хотел меня разбудить, мог просто заорать, как обычный кот, — сказал я, садясь на кровати и осторожно разминая плечо. — Но тебе обязательно требовалось нанести материальный ущерб.

Дюбель повернулся ко мне задом и ушёл на кухню. Разговор он счёл законченным. Я достал ручку из-под кровати, после чего умылся и уже на кухне поставил чайник.

Проверил телефон. Ничего срочного не произошло, и это уже можно было считать удачным началом дня. Я открыл переписку с Ликой, всё же сегодня мы должны были увидеться, но был небольшой нюанс.

«Предлагаю встретиться после обеда в людной кофейне. Если один и тот же мастер продолжит ездить в ваш посёлок, вопросы появятся у охраны или у Виктора. В вашем доме стены слишком дорогие, чтобы не иметь ушей».

Ответ пришёл почти сразу. Лика, похоже, тоже плохо спала.

«В три часа. Кофейня на Большой Дмитровке. Там будет много людей. Столик выберу сама».

«Подходит».

Я занёс встречу в блокнот и записал два главных вопроса: события на крыше и пропавшая охрана. Дюбель запрыгнул на стол и лёг поперёк страницы. Я сдвинул его, но он тут же вернулся и упёрся лапами в блокнот, глядя на меня с оскорблённым достоинством владельца квартиры.

— Ты не часть расследования, — сообщил я ему. — Ты пушистая проблема, которая ест за мой счёт.

Дюбель моргнул и накрыл лапой фамилию Лики. Возможно, это было совпадение. Возможно, кот выражал мнение о моих связях с женщинами. Завтрак он всё равно получил вовремя.

В офис я приехал раньше девяти, но Митяй уже ждал у входа с незнакомым мужчиной. Тому было около сорока. Крепкий, в тёмной куртке и рабочих ботинках, он держал потёртую сумку с инструментом. Незнакомец не сутулился и не пытался казаться важнее. По сторонам тоже не озирался, будто заранее знал, кто здесь будет должен ему зарплату.

Митяй представил его Владом, специалистом по котельным и автоматике. Влад пожал мне руку без привычной проверки на прочность и вошёл в офис. Сразу после этого он посмотрел на кондиционер. При запуске тот дребезжал, хотя Рустам называл это особенностью модели. По моему опыту так обычно называли дефект, за который никто не хотел платить.

— Компрессор пока жив, — сказал Влад, прислушавшись к вибрации. К корпусу он не полез, показывать мастерство без разрешения тоже не стал. — Крепления разбиты. Скоро гул пойдёт по стене, и тогда соседи сами сообщат, что пора ремонтировать.

— С чего ты взял, что они станут жаловаться? — Митяй снял куртку и повесил её на спинку стула. — Может, здесь культурные люди.

— Тогда они молча вызовут другого мастера, а счёт передадут арендатору, — ответил Влад.

Мне это понравилось. Он видел не только неисправность, но и то, чем она может закончиться. Мы прошли в общую комнату. Рита оставалась в отпуске, поэтому на её столе лежали папка с заявками, сверху которой Степаныч оставил записку: «Не трогать без понимания». Судя по почерку, он искренне надеялся, что Митяя это остановит.

Я предложил Владу чай, но он отказался и сел напротив. Митяй устроился сбоку внимательно наблюдая за нами. По его виду было очевидно, что он гордится собой, но я также почувствовал его напряжение, будто он волнуется о том, как пойдёт разговор, и это правильно, ведь если Влад начнёт загибать себе цену, и мы поссоримся, то отчасти виновным в этом может быть сам Митяй. Хотя лично я винить его ни в чём не собирался, в конце концов, это просто работа и ничего личного.

— Митяй сказал, что ты занимаешься котельными и автоматикой, — начал я, положив блокнот перед собой. — Обычно, когда мастер уверенно перечисляет несколько направлений, то половина правды существует только в его рассказах.

— Моя правда намного проще, — спокойно ответил Влад. — С котельными работал семь лет, от частных домов до небольших цехов. По автоматике собирал шкафы и настраивал аварийные режимы. Наружные сети знаю хуже, поэтому городские коллекторы проектировать не возьмусь. Но схему прочитаю и место аварии найду.

— Уже лучше, — сказал я. — Теперь о наших правилах. Заявки идут через диспетчера. Пока Рита в отпуске, звонки принимаем сами, но без самовольных выездов. Материалы подтверждаем чеками, остатки сдаём. Деньги мимо учёта не проходят. Если допустил ошибку, сообщаешь сразу, а не замазываешь герметиком.

Влад слушал внимательно, не перебивая.

— По безопасности последнее слово остаётся за Михалычем, — продолжил я. — Если он остановил работу, сначала все выходят из опасной зоны, и только потом можно спорить. Заказчик может торопить сколько угодно. Хоронить мастера ему всё равно не придётся, поэтому рисковать он любит за чужой счёт.

Влад уточнил график и оплату аварийных выездов. Потом спросил, кто принимает решение на крупном объекте. Вопросы были по делу. Его не интересовали обещания быстрого роста или разговоры о дружной семье, которыми обычно прикрывали маленькую зарплату.

— На районных заявках отвечает старший мастер, — объяснил я. — На сложных объектах техническое решение принимает Михалыч, организационное остаётся за мной. Дежурства оплачиваются отдельно, график составляем заранее. Если ты сегодня не дежуришь, то и не обязан спать с телефоном под подушкой.

Митяй отвёл взгляд. Он любил отвечать на звонки ночью, а утром ходил злой, словно город специально построил канализацию ему назло.

— Испытательный срок сколько? — спросил Влад.

— Месяц. На сложные объекты допустим раньше, если Михалыч подтвердит твою квалификацию, — просто ответил я и покосился на Митяя. — Уверен, тебе уже рассказали о наших крупных объектах. Но к документам Виктории и аудиту загородной базы доступа пока не будет.

— Почему? — Влад слегка нахмурился, но голос не повысил.

— Потому что я вижу тебя впервые.

Он кивнул, не пытаясь изобразить обиду. Немного помолчал, посмотрел на Митяя и снова повернулся ко мне.

— Тогда спрошу прямо. История с девочкой правда?

Митяй перестал разглядывать стену. В комнате стало тихо, и кондиционер снова задребезжал, будто решил напомнить о себе.

— Какая часть? — уточнил я.

— Дочь вашего диспетчера похитили, а выбрали её из-за работы матери здесь. Митяй подробностей не рассказывал, но общий смысл я понял.

— Девочку действительно похитили, но её вернули, — ответил я. — Игоря задержали. Причиной была не работа Риты сама по себе. Люди хотели надавить на меня и выбрали её семью как слабое место.

— Хорошее уточнение, — Влад подался вперёд и сцепил пальцы. — Только моей жене от него спокойнее не станет.

— Не станет, — признал я. — Опасность пришла через меня. Обещать, что ничего подобного больше не случится, было бы враньём. Мы забираем объекты у тех, кто привык получать деньги за пустые акты. Они постараются ответить. Поэтому я не требую решения прямо сейчас.

Я не стал рассказывать ему про Артура и Штерна. Для первого собеседования хватало и того, что уже прозвучало. Влад потёр подбородок и посмотрел в окно. Храброго из себя он не изображал, и кулаками не хвастался. Человек, который думал о семье, обычно начинал не с драки.

— У меня жена и двое детей, — сказал он после паузы. — Я не хочу приносить домой чужую войну. Но лучше узнать о риске сейчас, чем после того, как кто-нибудь начнёт караулить у подъезда. Я попробую при одном условии. Сведения о семье не должны лежать в общей таблице. Рабочий номер отдельно, личный тоже. Домашний адрес только в документах, где без него никак не обойтись.

— Согласен, — ответил я и записал это в блокнот. После истории с Соней придётся о многом подумать. — Сделаем правило для всех. В рабочих чатах никаких адресов сотрудников и фотографий документов. Закрытые данные будут только у меня и у того, кто займётся оформлением.