В свете софитов (ЛП), стр. 70

— Ты такой же, как и все мы, — сказал Брэд. — Отброс магии. Только ты одурачил столько людей, что забыл, как мир относится к таким, как мы. Мы немногим лучше гадалок и шарлатанов. Ты закрываешь глаза на то, что твои братья и сёстры каждый день на улицах продают под дождём защитные руны по пять центов за штуку, а сам живёшь припеваючи. Ты и твоя непогрешимая руна поиска.

Алекс рассмеялся.

—Да ты шутишь, — сказал он, доставая из кармана портсигар. — Не возражаешь, если я закурю? — спросил он, открывая портсигар.

Теперь настала очередь Брэда рассмеяться.

—Что бы ты ни задумал, это не сработает, — сказал он. — Через несколько минут я перестану быть смертным. Я стану богом.

— Хочешь сигаретку на дорожку? — спросил Алекс, протягивая портсигар Брэду. Когда он не двинулся с места, Алекс пожал плечами, выбрал одну из своих самокруток и убрал портсигар обратно в карман.

— Ладно, — сказал он, прикуривая сигарету от бумажной спички. —Если ты думаешь, что мои методы поиска рун всегда срабатывают, то ты многого не знаешь о поиске рун.

Брэд снова рассмеялся.

— Видишь, — сказал он. — Я знал, что ты мошенник.

— И все же каким-то образом мне все еще удается ловить плохих парней, — сказал он, глубоко затягиваясь сигаретой. — Наверное, я просто хорошо справляюсь со своей работой.

— Твоя работа, мошенничество? — Брэд усмехнулся. — Именно такие рунописцы, как ты, дают всем надежду, великий Алекс Локерби, мастер рун, который творил добро. Это помогает им пережить дождь, снег и нищету, ложную надежду на то, что однажды они добьются успеха, как Алекс.

Алекс на самом деле не задумывался об этом и беспокоился, что Брэд может быть прав. Он никогда не жил своей жизнью для кого-то, кроме себя, но это не означало, что другие не наблюдали за ним. Брэд, конечно же, наблюдал за происходящим и ненавидел Алекса за его успех.

— Я никогда не стремился быть чьим-то примером для подражания, — сказал он.

— О, так вот почему твоё имя то и дело мелькает в газетах? — съязвил Брэд. — Чтобы никто не обращал на тебя внимания? Да они тебя чуть ли не боготворят. Представь, что бы они почувствовали, если бы увидели тебя сейчас, когда в твоём арсенале нет ничего, кроме пистолета с рунами, разрушающими чары. Представь, как бы они разочаровались, узнав, что пистолет, это всё, на что ты способен.

— О, это не предел моих возможностей, — сказал Алекс, уверенно улыбнувшись. —Пистолет был просто быстрым способом тебя остановить. Милосердным способом.

Брэд расхохотался, запрокинув голову.

— Ты что, пытаешься меня обмануть, шарлатан? Твой уровень знаний не позволяет тебе тягаться со мной.

— Моих знаний хватило, чтобы распознать твою руну переноса, — сказал Алекс, чувствуя лёгкое раздражение. — Я знал, что ты превратишь электрическую энергию Бартона в магическую, а затем направишь её в себя.

Брэд, казалось, был шокирован этим, затем посмотрел на фиолетовые руны на земле и улыбнулся.

— Ты просто гадаешь, — сказал он.

— Тебе пришлось использовать электричество, потому что ты не мог измерить магическую энергию, только чародей мог это сделать.

— Теперь я могу, — сказал он, и фиолетовая энергия начала потрескивать на кончиках его пальцев.

Алекс проигнорировал угрозу и еще раз глубоко затянулся сигаретой.

— Видишь ли, я разработал руну переноса больше года назад, — сказал он, ухмыляясь в попытке ткнуть Брэда носом в тот факт, что он сделал это первым.

— Лжец!

— Я умирал, и мне это было нужно, чтобы вернуть жизненную энергию обратно в мое тело, — объяснил Алекс. — Теперь я понимаю, как работают руны переноса. Я также знаю, что тебе нужно было измерить энергию, чтобы не поглощать ее слишком много и слишком быстро.

Глаза Брэда сузились, и он поднял руку, вызывая шар фиолетового огня на своей раскрытой ладони. Однако прежде чем он успел швырнуть его и превратить Алекса в кровавое пятно на ковре, руническая бумага, которую Алекс свернул в самокрутку, вспыхнула. Сигарета взорвалась облаком табачного дыма, и руна, состоящая из двух пересекающихся ромбов, на мгновение вспыхнула оранжевым светом.

Это была руна активации. Рунописец мог создать две такие руны и наложить одну на руническую конструкцию, а другую использовать, когда хотел активировать конструкцию, отсюда и название. Алекс этого не видел, но знал, что три связующие руны, которые он наложил в Эмпайр Тауэр, только что активировались и соединили три дополнительных энтеральных генератора с конструкцией Брэда.

Брэд замешкался, увидев, как вспыхнула руна, вероятно, пытался понять, что это значит. Из-за этой заминки он упустил шанс убить своего ненавистного соперника, потому что его руна вознесения наполнилась новой силой.

— Что? — закричал он, когда фиолетовый свет от конструкции вспыхнул так ярко, что Алексу пришлось прикрыть глаза.

Когда он наконец снова смог видеть, Брэд медленно кружился в воздухе, его глаза горели, как маяки. Он схватился руками за голову, открыл рот и закричал.

Это был сигнал для Алекса. Он сорвался с места и бросился к тому месту, где Сорша все еще была прижата к колонне. Встав перед ней, он накрыл ее своим телом. Крики за его спиной стали еще более отчаянными.

Сорша смотрела ему за спину, ее глаза расширились от ужаса.

— Закрой глаза, — сказал он, прижимаясь лбом к ее лбу и закрывая ей лицо.

Раздался звук, похожий на тот, что издает тыква, когда по ней бьют кувалдой, и крики резко оборвались. Алекс почувствовал, как на его пальто и открытые участки шеи и рук брызнула теплая жидкость и полетели ошметки. Белая краска на колонне вокруг него окрасилась в красный, а розовые кусочки мозгового вещества медленно сползали на пол.

— Боже мой, — сдавленно выдохнула Сорша. Она посмотрела на него широко раскрытыми глазами. — Алекс, что ты наделал?

— Я скажу тебе, чего он не делал, — прорычал Бартон, приближаясь к ним, с ног до головы покрытый кровью. — Он не выкрикнул предупреждение. Чародей сжал кулак, и его окатило волной электрической энергии, которая выжгла кровь и мозговое вещество, не задев одежду.

— Вот и всё, Бартон, — сказал Алекс, отступая от Сорши, которая заметно дрожала. — Ничего страшного.

Повелитель молний наклонился к нему и презрительно усмехнулся.

— У меня был открыт рот, — прорычал он.

Этого Сорша уже не выдержала: она упала на колени, и её вырвало. Когда всё закончилось, она позволила Алексу помочь ей подняться, стараясь не смотреть на обезглавленные останки Брэда Элдера.

— Те связующие руны, которые ты начертил, — догадался Бартон. — Они направили в конструкцию больше энергии, чем мог выдержать Брэдли. Это перегрузило его разум, и… бабах.

Алекс кивнул.

— Я хотел дать ему шанс, но…

— Тебе нужен был запасной вариант, — закончил Бартон, кивнув и оглядывая беспорядок. — Возможно, мне придется выпить галлон бренди, чтобы избавиться от этого привкуса во рту, но я рад, что ты это сделал.

Пока он говорил, в здании зажегся свет, а за окном снова засияли городские огни. Руна вознесения Брэда в центре комнаты уже исчезла. Алекс был рад, что все закончилось, но сожалел о том, что убил Брэда. Ему казалось, что он не смог его спасти. Более рациональная часть его сознания понимала, что спасти Брэда было невозможно: тот был слишком отравлен ненавистью и завистью. И все же Алекс задумался, не был ли Брэд прав насчет него.

— Что ж, Алекс, — сказала Сорша, полностью взяв себя в руки. — Могу с уверенностью сказать, что мистер Элдер ошибался на твой счет.

Она протянула руку и коснулась лацкана его пиджака. По его телу пробежал холодок, а затем появился туман, который стер с его одежды и кожи все следы потрохов.

— Неужели? — спросил Алекс, поддавшись сомнениям.

— Да, — сказала она, оглядывая разрушения и запекшуюся кровь. — Ты не только умный, талантливый и могущественный, но и, без сомнения, самый опасный человек, которого я когда-либо встречала.

Алекс усмехнулась. Он вспомнил, как впервые встретил Соршу, как чуть не воспользовался своей руной спасения, чтобы сбежать от нее. Она была похожа на греческую богиню, полную силы, ярости и безответственности, одним словом, внушала ужас. То, что она подумала о нем то же самое, было комплиментом... и предупреждением.