В свете софитов (ЛП), стр. 6

— Не волнуйтесь, лейтенант, — сказал Алекс, подавляя желание ухмыльнуться. — Вы знаете, какой Дэнни проницательный детектив. Он, вероятно, закончит с этим еще до того, как я приеду.

— Да, тогда не появляйся до понедельника, — сказал Каллахан. — Мне нужно будет уговорить капитана подписать это, а его не будет до тех пор.

Алекс пообещал, что не будет торопить события, как только охранник повесил трубку. Прежде чем он успел что-либо сказать, главный лифт открылся, и другой охранник в форме жестом пригласил Алекса, Каллахана и полицейских в кабину.

— Сюда, офицеры, — сказал он.

Когда через полторы минуты лифт подъехал к офису "Бартон Электрик", их уже ждал высокий, крепко сбитый мужчина. На нем был дорогой костюм, сшитый на заказ, а в зубах он сжимал сигару. Алекс узнал в этом человеке Адама Дункана, начальника службы безопасности Бартона. Дункан не успел бы проснуться и одеться, так что Алекс предположил, что он уже не спал.

— Алекс, — сказал он, когда полицейские вышли из лифта. — Мне не сказали, что ты здесь. В чём дело?

— Ты знаешь этого парня? — спросил Каллахан, подходя к Алексу.

— Лейтенант Каллахан, — сказал Алекс. — Познакомьтесь с Адамом Дунканом, он начальник службы безопасности "Эмпайр Тауэр".

— Лейтенант, — сказал Дункан, протягивая руку. — Насколько я понимаю, вы хотели бы поговорить с мистером Бартоном.

Каллахан колебался, и Алекс почти видел, как в его голове крутятся шестерёнки. Будучи высокопоставленным полицейским детективом, Каллахан привык говорить людям прямо и без обиняков. Однако с одним из Нью-Йоркской шестёрки ему приходилось быть дипломатичным. Алекс слишком хорошо знал, что дипломатия была не в характере лейтенанта.

— Да, — сказал Каллахан, пожимая протянутую руку.

— Ну, тогда не тяните.

Алекс обернулся и увидел приближающегося Бартона. На нем была заляпанная машинным маслом рабочая рубашка и тяжелые брюки, а темные волосы выглядели слегка растрепанными. С тех пор как Алекс видел его в последний раз, он отрастил тонкие усики, которые делали его похожим на Кларка Гейбла. Было ясно, что он уже давно не спит, и, судя по его изможденному виду, Алекс готов был поспорить, что он вообще не ложился.

— Мистер Бартон, — сказал Каллахан, поворачиваясь к чародею.

— Вы тот самый полицейский, — сказал Бартон, подходя ближе. — Из той истории с ограблением музея, Кэллоуэй?

— Каллахан, — поправил его Алекс. Эндрю Бартон познакомился с лейтенантом, когда тот отправился с ним, чтобы вернуть украденный у банды воров паровоз. Бартон перевел взгляд на Алекса и удивленно приподнял брови, узнав его.— Я так и знал, что ты помешаешь мне работать, Локерби, — сказал он, протягивая Алексу руку. — В чем дело?

Алекс пожал ему руку, а затем позволил Каллахану объясниться.

— Так ты думаешь, я разгуливаю по округе и убиваю влюбленные парочки глубокой ночью? — Бартон насмешливо ухмыльнулся.

Каллахан нервно кашлянул и покачал головой.

— Ничего подобного, — заверил он чародея. — Но кто-то все же есть.

— О, очевидно, — согласился Бартон, перебивая Каллахана. — Не может быть, чтобы в человека, стоящего рядом с собором, ударила естественная молния. Если бы мне пришлось угадывать, я бы сказал, что у них есть какие-то чары, наполненные электрической энергией.

В дополнение к своим летающим замкам, дискам-ледникам и ползающим автобусам, чародеи могли наделять обычные предметы временными заклинаниями, которые мог использовать любой желающий. Единственным недостатком амулетов было то, что их изготовление требовало много времени и, следовательно, было дорогим. У большинства магов были занятия поинтереснее, чем тратить свое время и магию. У президентов и других глав государств были распространены защитные амулеты, которые защищали их от пули убийцы.

— Где можно раздобыть такой амулет? — спросил Каллахан дипломатично нейтральным тоном.

— Если вы спрашиваете, делаю ли я такие амулеты, то ответ нет, — сказал Бартон. — И никто из Нью-Йоркской шестёрки тоже. У нас есть соглашение не создавать амулеты, которые можно легко использовать для убийства.

— А для чего ещё можно использовать амулет с молнией? — с искренним любопытством спросил Алекс.

Бартон покачал головой.

— Нет, — категорично заявил он. — Он слишком нестабилен, чтобы использовать его в качестве источника энергии. С таким амулетом можно разве что метать молнии.

Каллахан ненадолго задумался.

— Можно ли как-то отследить этот амулет или человека, который его использует?

— Ничего особенного я сделать не могу, — сказал Бартон и хлопнул Алекса по плечу. — Но твой друг мастер находить вещи. Извини, что больше ничем не могу помочь.

— Ладно, — вздохнул Каллахан. — Спасибо, что уделили мне время.

— Не за что, лейтенант, — с улыбкой ответил Бартон. — Я всегда рад помочь полиции. Каллахан развернулся, чтобы уйти, но Бартон окликнул его. — Не возражаете, если я поговорю с Алексом пару минут?

— Не торопитесь, — ответил Каллахан и повернулся к Алексу. — Я прослежу, чтобы женщину из больницы доставили в морг, а потом поеду домой. Увидимся завтра днём?

Алекс кивнул, и Каллахан с его людьми вошли в ожидавший их лифт.

— Видите, что значит работать в полиции? — сказал Бартон, когда они ушли. — Встаёте ни свет ни заря. Поработал бы на меня, и хотя бы выспался как следует.

— Вы и сами не спите по ночам, — заметил Алекс. Бартон был явно удивлён этим замечанием, но потом усмехнулся.

— Пожалуй, да, — признал он. — Но дел невпроворот. Ты же знаешь, в следующем месяце я приступаю к строительству третьей ретрансляционной вышки в Бруклине, а моя новая вышка в Бронксе уже наполовину готова.

Алекс внимательно посмотрел на Бартона. От изможденного вида, который был у него при их последней встрече, не осталось и следа, как и от седины в волосах.

— Я так понимаю, ты решил проблему с электричеством? — предположил Алекс.

На лице чародея промелькнуло раздражение.

— Не благодаря тебе, — пробормотал он, демонстративно глядя на Алекса с недовольством.

Бартон предположил, что с помощью рунических конструкций можно соединить его электрические заклинания с многочисленными генераторами эфириума, расположенными в Башне Империи. Разумеется, он был прав. Алекс понял это почти сразу. С помощью рун можно было соединить основное заклинание с генераторами, чтобы все они работали от одного заклинания, а не от отдельных. Чем больше заклинаний приходилось использовать Бартону, тем сильнее это сказывалось на его физическом состоянии. Идея Алекса о соединении заклинаний позволила бы снизить нагрузку на генераторы почти до нуля. Это была настолько хорошая идея, что Алекс взял ее за основу при перепроектировании своего хранилища, чтобы в нем можно было сделать несколько дверей. Но эту идею Алекс не хотел обнародовать. Чем больше он думал о том, что можно сделать с помощью рунических соединений, тем более опасной казалась ему эта идея. Лучше держать эти знания при себе. Тем не менее Бартон, судя по всему, додумался до этого сам, так что ничего страшного не произошло.

— Я же говорил, что я тебе не нужен, — сказал Алекс со всей напускной скромностью, на которую был способен. — Как тебе это удалось? Бартон загадочно улыбнулся и театрально приподнял бровь.

— Хочешь посмотреть?

Было уже поздно, и Алекс устал, но любопытство взяло верх, и он кивнул. Лицо Бартона расплылось в широкой улыбке, и он повёл Алекса к частному лифту, который вёл из корпоративного вестибюля в личный кабинет Бартона. Алекс уже ездил на этом лифте, но на этот раз, когда он вошёл в кабину и закрыл за собой дверь, Бартон достал из кармана связку ключей. Он выбрал один из ключей и вставил его в небольшую щель в декоративной пластине, обрамлявшей кнопки. Ловко повернув ключ, Бартон открыл пластину, за которой скрывались ещё три кнопки. Нажав на среднюю, он закрыл пластину и убрал связку ключей обратно в карман. Вместо того чтобы подняться наверх, лифт спускался вниз, как показалось Алексу, с полминуты. Когда двери открылись, Бартон вывел его на небольшую площадку с перилами. Посмотрев вниз, Алекс увидел, что они находятся на высоте нескольких этажей. Внизу возвышались гигантские генераторы эфириума, принадлежащие Бартону, они проходили под площадкой и поднимались ещё на несколько этажей. В воздухе пахло озоном, и он был настолько наэлектризован, что у Алекса волоски на руках встали дыбом.