В свете софитов (ЛП), стр. 56
Алекса обдало жаром, и он почувствовал, как давление воздуха начинает его сдавливать. Он посмотрел на Соршу, у которой закатились глаза. Взрыв должен был произойти с минуты на минуту. Наклонившись, Алекс схватил Арло за воротник, а затем бросился на пол, выставив ногу в сторону Сорши. У чародейки едва хватило сил, чтобы схватить его, когда порыв ветра ударил Алекса, словно молотом. Он хлопнул свободной рукой по правому предплечью как раз в тот момент, когда жар и сила оторвали его от земли.
Что-то очень твёрдое и неподвижное врезалось в Алекса, и он, оглушённый, упал на землю. Над ним нависло голубое послеполуденное небо с облаками, которые, казалось, долго не могли обрести чёткие очертания. Когда это наконец произошло, Алекс перевернулся и увидел, что лежит на усыпанной листьями бетонной плите. Рядом с ним лежал Арло Харпер, его одежда дымилась, а голова была неестественно вывернута.
Мертвый.
Должно быть, он ударился головой о стену, а не плюхнулся в нее, как ныряльщик, как Алекс. От удара у Арло сломалась шея.
— Сорша, — выдохнул Алекс. Он обернулся и увидел, что чародейка привалилась к закопченной кирпичной стене. Он прижал дрожащую руку к ее шее и нащупал пульс.
— Ох, — простонала она, глядя на него затуманенным взглядом. — Что…что случилось?
— Руна взорвалась, — сказала Алекс, пытаясь принять более удобное положение.
— Люди, — выдавила она, прежде чем поморщиться от боли.
— Большинство из них убежали, когда Арло начал стрелять, — сказал он.
— Куда? — выдохнула она.
— Остров Южный Брат в Ист-Ривер, — сказал Алекс. — Он заброшен с тех пор, как сгорел особняк Джейкоба Рупперта. — Он махнул рукой, указывая на оставшиеся стены того, что когда-то было особняком.
— Доктор, — выдохнула она, и слезы боли потекли по ее щекам. — Не могу телепортироваться...
Алекс достал из кармана мел и встал, чтобы нарисовать дверной проем на обугленной кирпичной стене.
— Когда ты... стал врачом? — Сорша справилась, когда Алекс достал руну хранилища и зажег ее.
— Как говаривал отец Гарри, — сказал Алекс, открывая дверь в свое хранилище. — О, вы маловерны.
Алекс наклонился, чтобы поднять чародейку, но его нога взвыла от боли, когда он принял на себя ее вес. В азарте схватки и используя руну спасения, он забыл, что Арло выстрелил в него. Перенеся ее вес, Алекс попробовал еще раз, на этот раз испытав лишь легкую боль. Пошатываясь от боли, он проковылял в свой подвал и спустился вниз мимо своей маленькой кухни и спальни. Дойдя до двери, ведущей в особняк из коричневого камня, он остановился.
— Смотри, — проворчал он.
Сорша подняла глаза, чтобы встретиться с ним взглядом. Она выглядела усталой, едва соображала.
— Дай мои часы, — повторил он, чувствуя, как пульсирующая боль в ноге обжигает его, как огонь. Он знал, что если опустит Соршу на землю, то не сможет поднять ее снова.
Сорша опустила руку за пояс и вытащила часы из жилетного кармана Алекса.
— Открой их, — сказал он. — Затем приложи их к моей груди.
Когда она сделала, как он велел, он активировал руны на часах, затем прислонился к двери и повернул ручку.
— Игги! — крикнул он, вваливаясь в свою комнату. У него мелькнула мысль оставить Соршу на его кровати и отдохнуть на его приятном мягком полу, но Игги понадобится помощь, чтобы доставить ее в операционную в его хранилище.
Алекс снова позвал своего наставника и через мгновение уже поднимался по лестнице в комнату Алекса. На его лице отразилось облегчение, как будто он ожидал плохих новостей. Когда он увидел Алекса и Соршу, на его лице появилось выражение решимости.
— Хорошо, — сказал он, доставая из кармана мел и рисуя дверь на стене спальни Алекс. Достав ключ и руну хранилища, он открыл дверь, затем помог Алекс пройти вперед.
— Она была ранена в грудь, — сказал Алекс. — Не задело сердце.
— Очевидно, — сказал Игги. — Если бы пуля попала в сердце, она была бы мертва задолго до этого. Положи ее на стол, — сказал он.
Алекс сделал, как она велела, наслаждаясь облегчением, которое испытала его нога, когда он избавился от лишнего веса. Ему хотелось сесть. Вообще-то, ему хотелось прилечь, но Игги могла понадобиться помощь, так что он просто стоял на гудящей ноге.
Игги вернулся к столу с хирургическим набором и шестью флаконами с зельями. Без малейших колебаний он расстегнул жилет Сорши, а затем рубашку, обнажив бюстгальтер и уродливую рану в центре груди.
— Сколько времени прошло с тех пор, как в неё выстрелили? — спросил он.
— Минут десять, — предположил Алекс. — Может, пятнадцать, — уклончиво ответил он, потому что не знал, сколько времени пролежал без сознания после того, как использовал руну побега. — Насколько всё плохо?
— Плохо, — сказал Игги, ощупывая края раны. — Нужно торопиться.
Достав изогнутые ножницы, Игги разрезал лямку, которая соединяла две половинки бюстгальтера. Алекс отвернулся, но Игги схватил его за руку.
— Подними ей голову, — сказал он, прижимая к ее губам бутылочку с чем-то. Она поперхнулась и закашлялась, но сумела проглотить это зелье. Игги выпил еще две порции этого зелья, а затем попросил Алекса опустить ее обратно.
Игги открыл книгу рун в золотом переплете, которую хранил в своей приемной, ту самую, в которой были его могущественные медицинские руны. Раскрыв ее, он вырвал страницу, затем пролистал дальше и вырвал еще одну. Сложив их, он прижал их к ране Сорши, затем достал свою золотую зажигалку и щелкнул ею.
— Держи ее, — сказал он, схватив руку Сорши и прижав ее к операционному столу. Алекс сделал то же самое, прижав руку к боку, когда Игги поднес пламя к торчащему кусочку бумаги.
Вспыхнули руны, зеленая и желтая, которые, казалось, сцепились, вращаясь вокруг своей оси. Через мгновение они рассыпались дождем разноцветных искр.
Как только искры коснулись Сорши, ее глаза распахнулись, и она попыталась соскочить со стола. Из открытой раны хлынула свежая кровь. Чародейка сделала два прерывистых, хриплых вдоха, затем ее спина выгнулась дугой, и она закричала.
Алекс посмотрел на Игги, но тот не сводил глаз с раны. Тело Сорши сотрясалось, когда ей не хватало воздуха, мышцы так напряглись, что она буквально не могла дышать. Казалось, прошла целая вечность, прежде чем Сорша рухнула на стол, и Алекс увидел блеск металла в ране.
Игги взял хирургические щипцы и ловко извлек пулю из кровоточащей раны.
— Хорошо, — сказал он, осматривая маленькую пулю. — Она цела. Продолжай держать ее.
Он вытащил пробку из другой бутылки и влил небольшое количество фиолетовой жидкости в открытую рану. Сорша ахнула и слабо сопротивлялась, но уже не с такой грубой силой, как раньше.
— Ладно, парень, — сказал Игги, беря длинный зонд с кусочком марли на конце. Он открыл баночку с каким-то голубым кремом и протер им марлю. — Мне нужно будет зашить каждый слой ткани, но, думаю, с ней всё будет в порядке. Садись, я осмотрю твою ногу, когда закончу.
Алекс хотел согласиться, но ему нужно было сделать ещё две вещи.
— Я вернусь через минуту, — сказал он, направляясь в свою комнату.
25. Предписания врача
— Мне нужно передать сообщение лейтенанту Детвейлеру, — сказал он оператору, когда та взяла трубку. К этому времени лейтенант и детектив Николсон уже должны были быть на Центральном вокзале. Алекс сообщил полицейскому оператору, что тело Арло Харпера находится на Саут-Бразер-Айленд. Услышав сообщение, она попросила Алекса подождать, и через минуту на линии появился лейтенант Детвейлер.
— Локерби? — требовательно спросил он. Он говорил громко, чтобы перекрыть шум на заднем плане. — Офицеры видели, как ты, Сорша Кинкейд и мой подозреваемый, испарились.
— Сорша телепортировала нас в последнюю секунду, — сказал он.
— Что ж, я рад этому. Мэр с меня шкуру спустит, если из-за моего дела погибнет кто-то из Нью-Йоркской шестёрки.