В свете софитов (ЛП), стр. 51
— Почему они странные?
— Ну, они не используются в порошок Пикси, так что я не знаю, зачем они ему понадобились.
Алекс почувствовал, как участился его пульс, и ему пришлось говорить спокойно.
— Какие-то из них сложно достать?
— Нет, — ответил Грир. — Они необычные, но у большинства поставщиков алхимических ингредиентов они должны быть.
Это был не тот ответ, которого ждал Алекс, но если ингредиенты были достаточно необычными, возможно, у одного из крупных поставщиков сохранились записи о том, кто их покупал.
— Это промышленный чистящий агент, — сказал Грир. Он продолжал говорить, пока Алекс размышлял. — Я даже не знаю, что это такое, так что, скорее всего, это не для состава.
— А это что? — спросил Алекс, заинтересовавшись. Если Грир не знал, что это за ингредиент, то он должен был быть редким.
— Иттербий, — сказал он. — Я никогда раньше об этом не слышал, но Гай Раштон действительно работал на "Стандард Ойл", так что у него должен был быть доступ ко всем видам необычных соединений.
Алекс хлопнул себя по лбу. Он подошел к этому не с той стороны. Стейси Миллер, начальник Растона, сказал, что он был уволен за злоупотребление ресурсами компании. Если бы при создании "Свет софитов" использовались редкие материалы, Миллер знал бы об этом.
— Спасибо, Чарльз, я у тебя в долгу.
— Ты спас мне жизнь, — со смешком сказал Грир. — Так что мы не в расчете.
Алекс повесил трубку, затем потянулся за еще одной монетой, пока не сообразил, что не знает номера офиса "Стандард Ойл". Повесив трубку, он направился в туалет, на ходу доставая из кармана кусочек мела.
Через несколько минут Алекс вернулся в свой второй кабинет. Он тихо вышел и направился в свой главный офис.
— Дайте мне номер Стейси Миллера из "Стандард Ойл", — сказал он, врываясь в комнату ожидания.
— Конечно, босс, — с улыбкой ответила Шерри. — Дайте мне минутку, я найду блокнот, в котором это записано.
— И еще, как только закончите, позвоните секретарше мисс Кинкейд и скажите ей, что Сорше нужно телепортироваться сюда, в этот кабинет, как можно скорее.
Улыбка Шерри исчезла, а брови озабоченно нахмурились.
— Что-то не так, босс?
Алекс чуть не рассмеялся. В последние годы его жизнь превратилась в череду долгих, скучных расследований, прерываемых моментами настоящего ужаса, когда на карту были поставлены жизни многих людей.
— Все как обычно, — сказал он с ободряющей улыбкой.
К тому времени, как он повесил шляпу, у Шерри уже был номер Миллера, и Алекс направился в свой кабинет, чтобы позвонить.
Стейси Миллер был не слишком приветлив, когда Алекс и Сорша пришли к ней утром, а его секретарша и того меньше. Алексу пришлось дважды назвать имя Сорши, чтобы заставить ее отнестись к его словам серьезно. В конце концов, она согласилась и позвонила самому мужчине.
— Мне сказали, что мисс Кинкейд нужно переговорить, — сказал он, когда Алекс представился.
— Я звоню от ее имени, — быстро проговорил Алекс. — Благодаря вашей помощи сегодня утром мы добились некоторого прогресса, но я должен задать вам еще один вопрос. Вы сказали, что мистер Раштон был уволен, потому что использовал дорогостоящие химикаты и оборудование?
— Это верно, — сказал Миллер, явно желая избавиться от Алекса.
— Вы можете сказать мне что это было?
Миллер заколебался.
— Ну, оборудование, это один из наших профессиональных секретов, но речь идет о специально подготовленной стеклянной посуде.
— Вы попросили рунописца зачаровать свое лабораторное оборудование, — догадался Алекс.
— Как? — Миллер запнулся. — Откуда вы это знаете?
— Я рунописц, мистер Миллер, — сказал Алекс так вежливо, как только мог. — Эта техника известна.
— Меня заверили, что это так, — сказал Миллер.
— Я сделал это сам, — сказал Алекс. — На случай, если вам когда-нибудь понадобится чья-нибудь помощь. А как насчет химикатов? Что он использовал такого дорогостоящего?
На линии повисла пауза, и Алекс почувствовал, что Миллер взвешивает, что сказать.
— Я не думаю, что это имеет значение, — сказал он наконец. — Что по-настоящему взбесило начальство, так это то, что Гай использовал большое количество иттербия.
Алекс вспомнил, что именно это было в списке, который дал ему Раштон.
— Сколько?.
— О, около полфунта.
Алексу показалось, что это не так уж много, и он так и сказал. Миллер рассмеялся.
— Если бы это было сливочное масло, это было бы не так, — сказал он. — Но иттербий, одно из самых дорогих соединений, известных человеку. Он значительно ценнее золота.
— Вы сами его производите? — Спросил Алекс.
— Нет, это компания "Дюпон", — ответил Миллер. — Они придумали какой-то новый способ извлечения его из загрязненных образцов. Послушайте, мистер Локерби, я действительно очень занят. Это все?
— Да, мистер Миллер, вы мне очень помогли.
— Я был бы признателен, если бы вы передали это мисс Кинкейд, — сказал он и повесил трубку.
Руки Алекса дрожали, когда он заканчивал записывать то, что сказал ему Миллер. Он посмотрел на часы на стене напротив своего стола, они показывали двенадцать восемнадцать. Ему нужно было двигаться.
— Мне нужна Сорша, — проворчал он, возвращаясь в приёмную. Без неё он на каждом шагу будет сталкиваться с бюрократическими препонами.
— Шерри, — сказал он, как только открыл дверь. — Мне нужен номер химического подразделения "Дюпон".
Шерри подняла палец, призывая его к молчанию, и Алекс понял, что она уже говорит по телефону.
— Вообще-то, он сейчас здесь, — сказала она и протянула ему трубку. — Это мисс Кинкейд.
— Сорша, — сказал Алекс, едва успев поднести трубку к уху. — Мне нужно...
— В чём дело, Алекс? — раздражённо перебила она. — Мы очень заняты поисками твоего Брокера. Похоже, он переехал в другое место.
— Я знаю, как найти алхимика, который производит "Свет софитов", — сказал Алекс. — Но проблема не в этом. Он глубоко вздохнул и рассказал ей о ситуации с Братьями Бум.
— То есть ты считаешь, что если мы найдём алхимика, который создаёт "Свет софитов", то это приведёт нас к мистеру Харперу до того, как он активирует взрывную руну в людном месте. Так как же нам найти этого алхимика?
— Одним из компонентов в списке Гая Раштона был иттербий, — сказал он. — Это очень дорогой металл, и "Дюпон" единственная компания, которая поставляет его в больших объёмах.
— Значит, если кто-то ещё создаёт "Свет софитов", у него должен быть этот компонент, — быстро сообразила Сорша. — А если он дорогой, то у "Дюпона" наверняка есть записи о том, кому они его продавали.
— Если мы найдём алхимика из этого списка, то узнаем, кто создаёт "Свет софитов", — подытожил Алекс.
— А что, если это какая-то компания?
Алекс об этом не подумал, но это казалось маловероятным.
— Если бы его производила какая-то компания, то поставки не прекратились бы, — сказал он. — Гораздо более вероятно, что это независимый алхимик, а задержка произошла из-за того, что ему пришлось копить деньги, чтобы купить ещё иттербия. Я не знаю, сколько времени понадобится, чтобы убедить "Дюпон" предоставить нам их записи, — добавил Алекс. — Или сколько времени понадобится, чтобы их найти, но времени у нас в обрез. Иди в здание "Дюпон", я присоединюсь к тебе там, как только смогу.
Раздался щелчок, и связь оборвалась. Алекс уставился на трубку, и в этот момент в приёмной появились три человека. Сорша пошатнулась, и Алекс подхватил её, не дав упасть на стол Шерри. Она держалась за агентов Редхорна и Мендес, но отпустила их, когда они появились. Агент Редхорн был бледен и тяжело дышал, но в остальном выглядел невозмутимым. А вот Мендес упала на четвереньки, хватая ртом воздух. Через мгновение она подползла к мусорному ведру у стола Шерри, и её вырвало.