Спутница орков (СИ), стр. 39

Глава 42. Опасность

Мне нечего ответить на слова Оларха. И думать даже боюсь почему-то. Понимаю, что он прав, сердцем, но… в голове всё ещё сложно это уложить.

К облегчению своему понимаю, что мой ответ и не нужен. Оларх просто приподнимает моё лицо осторожным движением и целует. Напористо и… нежно. Осторожно. Напоминая мне то, что между нами было. Неумолимо воспламеняя во мне ответный огонь.

Теряюсь в поцелуе тут же. Поддаюсь, открываюсь его настойчивому давлению, льну к нему всем телом.

Щёки пылают, когда он разрывает поцелуй, пристально глядя на меня, а я понимаю, что и Янар, и Тахир неотрывно на нас при этом смотрят. Горячо так. Неотрывно. Вспыхиваю вся, разом, под этими прожигающими мужскими взглядами.

От смущения меня спасает Тахир. Он бросает Оларху походные покрывала, которые тот ловко ловит, умудряясь на лету поймать одной рукой, и не отпуская при этом меня. Снова быстро целует в губы и отходит в сторону, увлекая меня за собой.

На ночлег Оларх устраивает нам постель чуть в стороне от костра, в тени, и укладывает меня рядом с собой. Сердце колотится, щёки горят, но я всё же устраиваюсь рядом с ним. Кладу голову ему на плечо, прислушиваясь к мерному биению его сердца.

Оларх притягивает меня крепче, отчётливо чувствую его ласкающие руки на своей спине. Я чувствую его желание, но он не целует больше. И я очень благодарна ему за сдержанность. Ведь рядом Тахир и Янар… Я с Олархом очень хочу, но сейчас точно бы ничего не смогла.

Незаметно расслабляюсь, пригреваюсь и засыпаю, крепко, без сновидений.

Глубокой ночью сквозь сон чувствую, что Оларх встаёт, шепнув, что сейчас его очередь быть на страже. Я киваю и, проваливаясь обратно в сон, сворачиваюсь клубком от того, как тут же становится зябко без его тепла.

Но тут же чувствую, как меня обнимают другие мужские руки.

Узнаю их сразу. Тахир ложится ко мне под покрывало и властно притягивает к своему высокому мощному телу.

— Холодно ночью, — хрипло и тихо говорит он. — Пока Янар спит, а Оларх на страже, погрею тебя.

Я сонно киваю и тут же засыпаю снова, охотно и уютно прижимаясь к нему.

Просыпаюсь утром в объятиях Оларха, оказывается, я даже не проснулась, когда его время сторожить закончилось. Мелькает мысль, что Тахир ночью мог мне присниться, но, глядя в его глаза со слишком довольным прищуром, тут же понимаю, что это на самом деле было.

Всё же не приснилось. Пожалуй, это даже хорошо. Мне правда очень хорошо спалось.

Удивлённо замечаю, что коса, заплетённая Олархом, нисколько не расплелась и не растрепалась. И совершенно спать не мешала. Очень удобно и легко голове.

Не могу скрыть улыбку, когда мы завтракаем, а затем отправляемся в путь. Как и вчера, я еду с Олархом.

Только к полудню позади раздаётся негромкий переливистый свист Тахира. Янар и Оларх тут же останавливают коня.

— Я получил донесение, — говорит Тахир, сжимая в ручище артефакт связи, на его лице ни следа его привычной усмешки. — Впереди нас идёт большой отряд, прошёл Лесовку и двигается в нашу сторону. Лучше здесь остановиться и дать им пройти мимо.

И при этом Тахир так пристально и цепко смотрит сначала на Янара, потом на Оларха, быстрый взгляд на меня, и снова, с опасным прищуром на Янара.

— Кто они, ясно? — мрачно спрашивает Янар, обмениваясь быстрым взглядом с Олархом.

— В том-то и дело, что непонятно, — хмуро отвечает Тахир. — Похоже на разбойничью банду, но слишком уж хорошо вооружены. И лидер у них толковый, — быстрый взгляд на меня. — В лесу лучше не рисковать.

— Согласен, — кивает Янар.

Снова быстрый обмен взглядам. По лесу, друг на друга, на меня, снова на лес, и ещё раз уже с какой-то решимость на лице, друг другу глаза в глаза.

— Мы только что проехали удобную поляну, — с неторопливым спокойствием в голосе говорит Оларх. — Давайте вернёмся и на ней переждём. До нового донесения, что тот отряд прошёл мимо.

— Да, отличная мысль, — тут же подхватывает Тахир.

— Согласен, — подтверждает Янар.

Мы возвращаемся назад. Поляна и правда удобная. Спешиваемся. Кони тут же начинают щипать траву.

— Иола, ты можешь пока повышивать, как раз займёшь руки, — останавливает на мне тяжёлый взгляд Янар. — Мы с Олархом осмотримся. Тахир с тобой побудет.

А я непонимающе перевожу взгляды с одного на другого.

Они так неуловимо хищно подобрались всем телом, и жесты такие плавные, а взгляды… кажется, на дерево глянут, и оно сразу в щепки разлетится, такие острые и тяжёлые.

Впрочем, Тахир вдруг усмехается и смотрит на меня.

— Ты ведь давно не вышивала, Иола, — вполне даже открыто и дружелюбно улыбается он, только сочетание с острым взглядом пугает меня ещё больше.

Совсем уж мне не по себе от того, как Оларх неуловимо быстрым жестом обнажил топор и упруго-плавным, бесшумным шагом растворился в ближайшем кустарнике.

И Янар… с луком в руках — в другую сторону. Мгновение — и уже исчез среди деревьев.

— Тахир, мы в опасности? — тихо спрашиваю я, поднимая на него глаза.

Тахир цепко осматривает деревья, обрамляющие нашу поляну, поглаживая рукояти кинжалов. А потом, будто делая усилие, встряхивает головой и опускает обманчиво спокойный взгляд на меня.

— Это предосторожность, Иола, — ровным голосом произносит он. — Испугалась?

— Немного, — осторожно киваю я.

— Это правильно, бояться полезно, — серьёзно кивает он, но тут же прищуривается с усмешкой: — интересно, от страха у тебя будут дрожать руки? Иглу удержишь?

Я вздыхаю, потому что насквозь вижу его уловку. Видимо, и правда есть опасность, но они отчего-то решили, что если я займу руки вышивкой, то буду меньше переживать.

Впрочем, в этом есть смысл. К тому же, если они предлагают мне вышивать, значит, опасность не такая уж сильная. И дело просто в предосторожности. Так бы уже скакали бы мы куда-то во весь опор. Во всяком случае мне так кажется. Да и кинжалы Тахира уже в ножнах.

Поэтому я молча достаю шитьё — заготовку для платка.

Невольно улыбаюсь. Это будет очень хороший платок. Я его для Оларха решила сделать. С защитной магией.

Сажусь на поваленное дерево, с трепетом достаю рейвальские нити и новые серебряные иглы, что Тахир мне в Рейвале купил.

Начинаю работать, восхищаясь тем, насколько же всё иначе с таким материалом.

Вскоре Тахир садится рядом, близко, плечом к плечу. Я не отстраняюсь. Мне хорошо и спокойно рядом с ним.

— Моя мать как-то вышила гобелен, и он двигался, — произносит он, не отрывая взгляд от моей работы. — Кони скакали, трава колыхалась. Я маленьким думал, что это магия. А оказалось, особое плетение. Ты сейчас что-то подобное делаешь.

Я улыбаюсь, проводя пальцами по сапфирово-лазурным волнам будущей реки. Рисунок далеко не полный, но на ней уже видно рябь и небольшие волны от носа будущей лодки.

— Одно удовольствие работать с таким материалом, — признаюсь я. — Очень тебе благодарна. Чистый восторг.

— Доверишь сделать пару стежков? — вдруг прищуривается он.

Я удивлённо смотрю на него, но передаю иглу.

Тахир примеривается, втыкает мою иглу рядом с рекой, ловко берёт изумрудную нить, вдевает её и быстро накладывает стежки на воде — точно листья плывут.

Мои глаза становятся всё шире, пока я наблюдаю, как его крупные длинные пальцы с удивительной ловкостью укладывают нить. И… силу ещё вливает. Странную, ни на что не похожую. И явно… защитную.

Завершает, убирает нить и иглу, возвращает мне работу.

— Спасибо, что доверила, — смотрит на меня пристально. — Не испортил ведь? — приподнимает бровь.

— Нет, что ты, — я не могу скрыть своего восхищения. — Это… потрясающе. Ты так точно уловил… Твои штрихи повлияют на итоговый рисунок, я изменю его, но это будет намного сильнее, чем я планировала. Намного! Уже сейчас невероятно сильно ощущается…

Осекаюсь от того, как изменилось его лицо.

Тахир смотрит на меня потяжелевшим взглядом. И… вдруг обнимает за плечи и касается моего лица кончиками пальцев, плавным жестом вынуждая меня поднять лицо.