Спутница орков (СИ), стр. 21
Торопливо направляюсь к двери вниз, но перед порогом оглядываюсь и замираю.
Трое орков стоят в полутьме, огромные и неподвижные. Бесстрастное лицо Янара подсвечено луной. Оларх напоминает скалу неподвижную.
А Тахир смотрит на меня.
— Вы же не будете... — начинаю я и не договариваю.
Оларх медленно поворачивает ко мне голову.
— Что не будем?..
Горло тут же сухим становится. Но я упрямо продолжаю фразу:
— Враждовать. Из-за меня. Тахир меня не обижал.
Орки переглядываются быстро, по-мужски, без слов. Потом все трое смотрят на меня, и от этих взглядов горячо, как если бы вокруг меня вспыхнули три высоких обжигающих костра.
Тахир вдруг едва заметно улыбается, самым краешком губ.
— Иола, я не жалею, что поцеловал, — говорит он. — Жалею только, что не сдержался. И напугал.
Изумрудные глаза смотрят прямо, и очень серьёзно.
— Я не угроза тебе, Иола. В жёны бы взял. И возьму. Когда ты не будешь меня бояться.
Воздух тут же исчезает из груди. Тело становится ватным, в висках стучит… В жёны?.. Меня?!
Открываю рот и закрываю снова, потому что слов просто нет.
Смотрю на Тахира во все глаза, совершенно потрясённо. Краем глаза замечаю, как Янар и Оларх одновременно хмурятся, молниеносно переглядываются, а потом, ещё пристальнее, на меня смотрят.
В бездонных глазах Оларха горит что-то такое, тёмное и тёплое, что мне совсем уж плохеет. Потому что у Янара взгляд тоже такой, что обжечься можно.
Не говоря уж о Тахире. Мне просто конец, сразу, от его взгляда, тело совсем с ума сходит, от взглядов всех троих… Как не сгорела ещё тут, почему стою ещё, живу, дышу, непонятно.
— Мы не будем враждовать, Иола, — усмехнувшись, говорит Тахир. — Иди спать. Мы тут просто по-мужски поговорим.
Решаюсь всё же. Быстро спускаюсь в свою спальню. Захлопываю дверь и прижимаюсь к ней спиной.
Прикасаюсь пальцами к своим губам. Они горят. И тело помнит руки, силу и ласку.
«Я бы тебя в жёны взял. И возьму.»
Нет, лучше пока не думать. Одно хорошо, духоты хоть не чувствую. Правда Тахир помог.
Добираюсь до кровати и торопливо укрываюсь одеялом.
Мне слышно голоса негромкого орочьего разговора. Они говорят на своём языке, ни слова не понимаю, но зато отчётливо слышу интонации.
Янар говорит жёстко, рублено. Тахир отвечает резко, не уступает. Оларх вставляет редко, коротко, и каждый раз после его слов тон остальных меняется.
Долго говорят. Тяжело.
Странно, но под звук их сильных голосов я незаметно засыпаю.
Просыпаюсь от плеска волн о борт и далёких выкриков корабельной команды.
Сначала смотрю прямо перед собой и тут же сворачиваюсь в клубок, обнимая колени руками.
Вот чего меня на палубу понесло?.. Впрочем, если бы не понесло, я бы не узнала, что поцелуй может быть настолько…
Обрываю эти мысли. Мне важнее о другом подумать.
До столицы ещё так далеко. Как я вообще смогу продолжать свой путь… с ними?…
Всё-таки встаю, умываюсь и одеваюсь, заплетаю косу. Собираюсь с духом.
Подхожу к двери, открываю, и… ошеломлённо смотрю на Янара.
Он стоит прямо перед дверью.
— Войду? — пристально смотрит на меня Янар.
Глава 24. Когда-нибудь
Глава 24. Когда-нибудь
Янар стоит совсем близко, прямо перед порогом моей каюты. Высокий, собранный, с тяжёлым внимательным взглядом. Чёрные волосы стянуты в низкий хвост, на плечах привычная кожаная броня, и от него веет такой сдержанной силой, что я невольно сильнее сжимаю пальцы на двери.
После всего, что случилось ночью, смотреть ему в глаза странно.
Вроде он ничего плохого не сделал. Наоборот. Отправил меня спать, а сам остался говорить с Тахиром и Олархом. Но я всё равно чувствую, как щёки начинают гореть, стоит только вспомнить палубу, поцелуй и слова Тахира… Сердце сразу проваливается куда-то вниз.
Янар спокойно ждёт моего ответа. И от этого почему-то становится ещё труднее дышать.
Ведь привыкла уже, что Янар решает, распоряжается. Вопрос от него даже выбивает из равновесия.
Но мне приятно, что он не вторгается вот так. Без спроса.
Я сглатываю, отступаю в сторону.
— Да.
Только после этого он переступает порог. Входит спокойно, без резкости, и останавливается так, чтобы между нами оставалось расстояние. Дверь за его спиной остаётся прикрытой.
Янар скользит взглядом по моему лицу, потом по комнате, будто проверяет, всё ли в порядке. И опять смотрит на меня.
— Сядь, Иола. Поговорим.
Голос у него такой, что ноги сами делают шаг к кровати. Я сажусь на край, складываю ладони на коленях и тут же понимаю, что пальцы дрожат. Сцепляю их.
Янар замечает, его взгляд темнеет.
В этот момент в дверях появляется Оларх. Просто переступает порог и делает шаг в сторону. Опирается широкой спиной на доски, скрещивает мощные руки на груди и смотрит на Янара.
Я невольно затаиваю дыхание, глядя на него. Он огромный, мрачный, с чёрными глазами. Но я как-то даже выдыхаю и успокаиваюсь от того, что он пришёл.
От его молчаливого присутствия в каюте сразу становится иначе. Будто рядом поднялась тёплая каменная стена, за которой можно спрятаться, даже если я сама ещё не понимаю, от кого.
Янар медленно поворачивает голову к Оларху. Их взгляды скрещиваются. Янар хмурится, а Оларх смотрит на него с такой неподвижной тяжестью, что у меня по спине пробегает дрожь.
— Я не угроза ей, — самым краешком губ усмехается Янар. — И ты это знаешь.
Оларх после паузы коротко кивает.
— Знаю.
И не двигается с места.
Уголок губ Янара снова дёргается. Он переводит взгляд на меня, и всё во мне собирается в тугой комок. Разговор, ради которого он пришёл, явно не простой.
— Иола, я взял тебя под защиту, — говорит он. — Я должен понять, что произошло ночью.
Меня бросает в краску так, что щёки горят. Я опускаю взгляд на свои руки, но тут же заставляю себя поднять голову. Я больше не в замке. Меня никто не имеет права допрашивать как виноватую служанку.
Но взгляд Янара спокойный, выжидающий. И мне становится стыдно за мои мысли. Не допрашивает он меня. Так-то я его понимаю. Он действительно хочет меня защищать.
Бросаю быстрый взгляд на неподвижного Оларха у стены.
— Тахир меня не обижал, — говорю тихо. — Я уже сказала. Он остановился, когда я попросила.
Янар чуть склоняет голову.
— Это я понял. Я спрашиваю о другом. Он сказал, что взял бы тебя в жёны. Мне важно узнать твои мысли.
Внутри всё обрывается. Вот зачем ему это? Что ему до моих мыслей?
Чуть было не говорю это вслух, но всё же удерживаюсь от злых слов. Похоже, эти двое, что Янар, что Оларх, решают для себя, насколько меня надо от Тахира оберегать.
Да если бы я сама понимала эти свои мысли!
Ведь стоит только подумать, как меня будто снова выталкивает на ночную палубу.
Туда, где ветер и три горящих мужских взгляда.
А ещё изумрудные глаза Тахира. Его голос, низкий и серьёзный. И эти слова, которые до сих пор стучат в голове. В жёны.
Только слово «жена» мне не слышится сейчас чем-то… желанным. Стать чьей-то. Снова.
Пять лет моей жизни уже были чужими. Слишком долгими, и только цель во что бы то ни стало освободиться давала силы выдерживать это всё.
Да и потом, чтобы быть счастливой в браке, надо ведь… Что-то ведь надо тоже давать в брак, не только брать? А что я могу дать? Только собственную несвободу?
Янар не отводит взгляда. Не понимаю, что он от меня хочет.
— Что ты думаешь о замужестве, Иола? — не отступает орк. — Я сейчас не про Тахира. Вообще.
Воздух застревает в груди. Вроде простой вопрос. Только я не понимаю, почему я должна отвечать на него именно сейчас?
— Нет, не хочу, — вырывается у меня.
Лицо Янара остаётся совершенно бесстрастным. Оларх у стены чуть наклоняет голову, глядя на меня, и я чувствую, как его внимание становится острее.
Горло пересыхает, но надо сказать остальное. Иначе они поймут не так.