Спутница орков (СИ), стр. 16

Оларх просто просто берёт мою руку и опускает в неё кошель. Я открываю было рот, чтобы возразить, но он так смотрит на меня сверху вниз, что я только и могу, что тихо поблагодарить.

Орк остаётся у двери, скрестив руки на груди, а я выбираю. Глаза разбегаются — здесь есть и простой лён, и мягкая шерсть, и даже шёлк, правда, не самого высокого качества.

Торговец, пожилой мужчина с бегающими глазами, сначала косится на Оларха с испугом, но быстро берёт себя в руки и принимается расхваливать товар. Я выбираю несколько отрезов — плотный лён для основы, мягкую шерсть для тёплых платков, мотки ярких ниток для вышивки.

Торговец заворачивает покупки, и мы идём дальше.

В лавке готовой одежды я выбираю дополнение к походной одежде — штаны из плотной ткани, тёплую рубаху, жилет на меху, крепкие ботинки. Всё по размеру, удобное, добротное. Оларх снова платит, и я уже не спорю, только тихо благодарю.

Потом мы находим магического портного. Это худая женщина с острым носом и цепкими серыми глазами. Она долго рассматривает мой походный костюм, тот самый, что остался от матери, проводит над ним ладонями, что-то шепчет.

— Старые чары, — говорит она наконец. — Хорошие, но почти истлевшие. Я обновлю, добавлю защиты от холода и сырости. Будет как новый.

Она работает быстро, ловко, прямо на мне. Проходит совсем немного времени, и готово. Заодно она накладывает чары на мою новую одежду.

Всё ощущается очень приятно, кажется, от ткани исходит обволакивающее тепло.

Оларх тем временем присматривает мне новую сумку — из тёмной кожи, с магической пропиткой. Лёгкая, вместительная, с хитрыми карманами внутри.

— Тахир сказал, тебе пригодится, — поясняет он, протягивая мне покупку.

Я беру сумку, провожу пальцами по гладкой коже. Внутри всё теплеет. Они думают обо мне. Заботятся. Это так непривычно, что хочется плакать.

Мы заходим ещё в лавку артефактов — Оларх покупает очищающие амулеты, чтобы в дороге не тратить время на стирку и не искать водоёмов на больших переходах. Заодно несколько целебных кристаллов на случай ран или болезней. Я смотрю на всё это богатство и чувствую себя совершенно оглушённой.

Но возражать не смею. Уговариваю себя это принимать. Даже немного начинает получаться, особенно тогда, когда признаюсь самой себе: несмотря на то, что мне это очень непривычно и неловко, всё же такая забота мне очень и очень нравится.

Когда мы возвращаемся в таверну, Янар и Тахир уже там. Они сидят за тем же столом, пьют взвар, о чём-то негромко переговариваются.

Янар замечает нас, кивает. Его сапфировые глаза скользят по мне, по свёрткам в руках, и на его губах появляется лёгкая тень улыбки.

— Всё купили? — спрашивает он.

— Да, — отвечает Оларх, усаживаясь.

Тахир пододвигает мне кружку с горячим взваром. Я сажусь, обхватываю её ладонями, впитывая тепло.

— Корабль готов, — говорит Янар. — Отплываем через три часа. Места хорошие, с отдельными спальнями.

— Припасы закупил, — добавляет Тахир. — Еда, вода, всё необходимое. И ещё… — он смотрит на меня, и в его изумрудных глазах мелькает что-то тёплое. — Твоя лошадь. Я продал её в хорошие руки, одному конюху, который держит постоялый двор за городом. Он будет о ней заботиться. А тебе мы купили новую.

Я распахиваю глаза.

— Новую? Но зачем? У меня была хорошая кобыла…

— Она хорошая, но старая, тяжело ей будет в таком переходе, — смягчая свой низкий резкий голос, обрывает мои слова Тахир. — Дорога до столицы долгая. Если по какой-либо причине придётся сойти с корабля, придётся ехать верхом. Я выбрал хорошего, спокойного, но выносливого. Ты с ним справишься.

Я смотрю на него, на Янара, на Оларха.

Их взгляды на меня… В их глазах светится уверенное спокойствие, с непонятной теплотой в глазах.

У меня перехватывает горло. Они всё продумали. И позаботились. Обо мне.

— Спасибо, — шепчу я, и голос срывается. — Я правда не знаю, как вас благодарить.

— Не надо благодарить, — говорит Янар ровно. — Просто будь с нами. Это всё, что нужно.

Я опускаю глаза, чувствуя, как щёки заливает румянец. В груди теснится столько чувств, что трудно дышать. Благодарность, смущение, странное томление, которое усиливается каждый раз, когда кто-то из них смотрит на меня слишком пристально.

— Допивай и собирайся, — говорит Тахир, вставая. — Скоро на корабль.

Я киваю, делаю глоток взвара. Три часа. Ещё три часа, и я уплыву из этого города. В столицу. Под защитой трёх орков, которые решили объединить наши пути.

До сих пор я не до конца в это верю. Но в груди разливается тепло, и страх перед будущим отступает, сменяясь осторожной надеждой, что теперь у меня всё обязательно будет хорошо.

Глава 19. Корабль

Тахир уходит в свою комнату, а Янар объясняет маршрут, пока мы допиваем взвар. Он достаёт из внутреннего кармана свёрнутую карту, разворачивает её на столе, придавливая края кружками.

Я вижу извилистую линию побережья, синюю полосу моря, переходящую в широкую реку, уходящую вглубь материка.

— Выходим вечером, чтобы в ночь поймать течение. Сначала вдоль побережья на север, — его палец скользит по карте, и я слежу за этим движением. — Три дня пути до устья Великой. Потом вверх по реке, против течения. Ещё дней пять, если ветер будет попутный. Итого восемь-девять дней до Альдории.

Он поднимает на меня глаза. Сапфировые, яркие, внимательные.

— Путь длиннее, чем по суше напрямую. Но безопаснее. На дорогах неспокойно, а у нас с собой ты.

Я сглатываю. Ты. У нас с собой ты. Эти слова отзываются в груди странным теплом, смешанным с тревогой. Я смотрю на карту, на извилистый путь, и в голове крутится только одна мысль: сколько это стоит?..

Отдельные каюты, еда, припасы, моя новая лошадь, одежда, ткани, артефакты…

Я не спрашиваю. Язык не поворачивается. Просто сжимаю кружку крепче и молча киваю.

— Всё поняла? — уточняет Янар.

— Да, — отвечаю я тихо.

Он сворачивает карту, убирает обратно. Тахир спускается с вещами, стремительно подходит, заставляя меня невольно любоваться упругой грацией его высокого рельефного тела.

Оларх встаёт молча, забирает мои свёртки с покупками, будто это само собой разумеется.

— Идём, — говорит он коротко. — Пора.

Мы выходим из таверны. На улице солнце клонится к закату, но ещё высоко. Ветер с реки несёт запах воды и смолы.

Я иду между Олархом и Тахиром, Янар впереди, прокладывая путь. Люди расступаются перед нами, глядя на орков с опаской, я же уже почти привыкла. Спокойно мне с ними. Всё-таки мне очень их встретить повезло.

Корабль стоит у дальнего причала. Когда я вижу его, у меня перехватывает дыхание.

Он огромный. Настоящий морской корабль с высокими мачтами, свернутыми парусами, резными фигурами на носу. Корпус блестит свежим лаком, медные детали начищены до золотого блеска. По палубе снуют матросы в одинаковых синих куртках, и всё выглядит так, будто здесь ждут королевских особ.

Мы поднимаемся по широкому трапу. Янар идёт первым, и капитан — седой, кряжистый мужчина с обветренным лицом — встречает его уважительным поклоном. Они обмениваются несколькими словами, капитан кивает, жестом приглашает следовать за ним.

Верхняя палуба разделена на две части. Слева — крытое помещение для лошадей, оттуда доносится запах сена и слышно тихое ржание. Мой новый конь уже там, и при мысли о нём в груди теплеет. Справа — жилые каюты, выстроенные вдоль борта.

Мы проходим мимо открытой двери, и я успеваю заметить богато одетого мужчину с пышными усами — один из купцов, что плывут с нами. Капитан упоминал, что на борту пять купцов со свитами. Они заняли каюты поменьше, ближе к корме.

Наша часть корабля — в носовой части, самая просторная и защищённая от ветра. Пять отдельных спален, расположенных полукругом, и общая гостиная в центре.

Мы проходим в гостиную, и я пораженно оглядываюсь. Деревянные панели на стенах, мягкие ковры на полу, светильники с магическими кристаллами, горящими ровным тёплым светом. Большой стол, кресла, даже книжный шкаф с несколькими томами.