Феодал. Том 7 (СИ), стр. 7
«Ему шею сложно повернуть? Ц…»
Константин Сергеевич Друцкой
Отвага (28/100)
??? (? /100)
Боевой маг ©, Верховный главнокомандующий (D), Мечник (Е)
Император (D)
Преданность к «В. Д. Черноярскому» (0/100)
Трудолюбие (1/100)
Счастье (2/100)
Боевой дух (4/100)
Общественный статус: «Безвольный правитель» — номинальный владыка, чьи указы не исполняются, а авторитет держится на хрупком равновесии враждующих кланов.
Достигнут предельный уровень развития.
Предрасположенность
Шпион (34%)
Охотник (22%)
Палач (20%)
Верховный главнокомандующий (14%)
Боевой маг, стихия огонь (10%)
Что-то совсем не похоже, чтобы это чудо могло за кем-то шпионить и принимать сложные решения. Я даже на секунду усомнился в своей способности считывать людей. А вдруг это всё подтасовка? Артефакт заменил реальные сведения на случайные и в заблуждение ввёл…
— Рад приветствовать вас, Ваше Величество, — я не рискнул добавить «в добром здравии», потому что это было не так.
— Это он? — Константин поднял косой взгляд на Савву.
— Так точно, барон Владимир Черноярский, ведун, — добавил в конце Великий князь и посмотрел на меня так, чтобы я терпеливо ждал, не выделывался или глупости какой не выкинул.
— Что ты хочешь за свою подачку? — медленно протянул император, посмотрев сквозь меня на треклятый сад.
Как же сильно было его окружение и как же ничтожен он сам. Даже без скрытого таланта. Я подавил презрение и оформил просьбу покороче, а то вдруг мозги взорвутся от длинных предложений?
— Ваше невмешательство в мой конфликт с графом Остроградским.
— И какой мне с этого прок? — его уставшие синие глаза, наконец, посмотрели на меня.
— Единожды предавший предаст ещё не раз. Он украл ваших виверн, а я подарил новых. Не знаю, чем Павел Викторович так полезен, но я могу быть не хуже. Он дурной пример для остальных. Позвольте преподать бешеной собаке урок повиновения.
— А если не справишься? — Константин поднял подбородок, в глазах мелькнула искорка интереса.
— Тогда умру с честью. Вы будете ни при чём, это моя инициатива, и за последствия отвечать только мне.
Император сам себе кивнул и ненадолго прикрыл глаза.
— Одобрено… — сказал он и, кажется, заснул.
Кержапольский на цыпочках подошёл ко мне и взял под локоть, показывая на выход, а заодно приложил палец к носу.
Выскочила золотистая надпись:
Разблокирован параметр «Макиавеллизм» (способность выстраивать многослойные интриги, стравливать противников, удерживать власть через управляемый хаос.)
Параметр макиавеллизм +5, повысился до (55/100)
Я оглянулся на всякий случай на императора и оказался прав — знаки вопросиков в его карточке сменились на новый параметр с таким вот значением:
Макиавеллизм (72/100)
Если честно, до нашей встречи я ожидал бы цифры помощней, исходя из его репутации, но сейчас они не вязались с сонной личиной правителя. Когда он успел их набрать с таким распорядком дня?
Внимание! Вы открыли 10 постоянных параметров. Возможность добавления новых временно заблокирована.
«Э-э-э! Что за дела⁈» — я чуть было не споткнулся на ровном месте от такой новости. — «С какой стати?»
Оставленная Аластором система достижений впервые меня в чём-то ограничивала. Радость от нового параметра быстро померкла — император как сглазил.
— Что это с ним? — спросил я Валентина, когда мы оказались на достаточном расстоянии, чтобы нас не подслушали.
— Фаза меланхолии. О чём ты вообще думал, приходя с такой просьбой?
— О том, что она стоит своих двадцати миллионов. Что ещё за фаза меланхолии, бывает и другая?
— Послушай, в следующий раз обязательно советуйся со мной, прежде чем выкинуть подобное. Да, весь двор подстраивается под этот цикл.
— А лечение?
— К сожалению, не существует, можно только сократить срок меланхолии. Его Величество теперь будет спать по шестнадцать часов, ты вовремя успел, под самое начало.
— А название есть у этой болезни?
— Циркулярное безумие. Не так страшно, как звучит. Во время активной фазы он многое успевает.
— Например, подставить орден тамплиеров, ослабив их влияние в столице, а заодно проверить мои способности?
— Позволь тебе дать второй совет: притворяйся неэффективным, но деятельным идиотом. Избежишь многих неприятностей, — окинув меня оценивающим взглядом, сказал Валентин.
— Да-да, не хвастаться даром и не умничать, но если бы я следовал этим советам, то никогда бы не попал сюда. Неплохая, кстати, комбинация вышла, я чуть было не поверил.
— Где же мы ошиблись?
— Второй контролер. Я совершенно точно знал, что его не существовало, потому как возвращался осмотреть подвал. Вероятность, что за нами следили, конечно, была, но как-то белыми нитками шито. Нападавшие — простые исполнители. Скорее всего, дубликат изначально был у вашего кузена.
Мы зашли в одну из открытых пустующих комнат и встали у большого окна. Внизу напротив дворца виднелся чугунный фонтан ручной работы: четыре юноши поддерживали огромную чашу, из которой била вода.
— Тогда я и начал сомневаться. Другая причина — широкая огласка моего визита в Москву. Каждый беспризорник и мелкий бандит сплетничал о дорогущем подарке Его Величеству. Это надо быть совсем невменяемым, чтобы планировать ограбление. Значит, англичан наняли для другой цели и те согласились. Возможно, их использовали втёмную.
Я открыл ставни, впуская в помещение свежий воздух.
— Кстати, о планировании: откуда рядовым наëмникам так много известно? Украсть и подогнать подходящую карету в элитном районе — те ещë хлопоты. Точек могло быть несколько, но они угадали с первого раза время и место! Провидцы, не иначе.
— Ты наблюдателен.
— Ну а визит верхушки тамплиеров как завершающий штрих. Чем такая делегация могла быть рассержена? Обвинениями в фиктивном грабеже с подложными доказательствами. Ничего не поделать — нашли их соотечественников. Тела, насколько помню, ваши люди подобрали до визита городового. Вот и подкинули новых «улик» до кучи. Отвертеться сложно. Как вы их наказали, наложили вето на хронолит?
— Это излишне. Нет. Отказали в лицензии на дополнительный храм в Лондоне. Его Величеству нужен был официальный повод, давно пора было их приструнить.
— Разумно, — кивнул я. — Отлично справились.
Последнее доказательство осталось невысказанным: нулевая преданность Антона Кержапольского. После эмоционально окрашенных событий она значительно возрастает. Скачка я не заметил — отметка на зеро. Либо это чëрная неблагодарность, либо произошедшее для него не более чем пьеса в театре.
— Ты намерен воевать с Остроградским? Не боишься вот так напрямую выступать против? Мы ведь предупредим его.
— Не станете.
— Это почему?
— Я скорее удавлюсь, чем буду помогать вам в черномирье без своего феода, и вы это знаете. Плюс эти шашни с некромантами. В ближайшие три-четыре месяца я предоставлю вам косвенные доказательства его вины, и тогда придётся что-то делать. Снимать графа своими руками не вариант, много шума, а вот подстроить как естественный ход вещей, как борьбу за власть — это пожалуйста. Я готов прибрать эту грязь и займу его место.
— Увы, мы не допустим такой головокружительной карьеры. Освободившийся титул тебе не достанется, — вздохнул Валентин.
Я задал наводящий вопрос.
— Боитесь, что я породнюсь с кем-то из герцогов или того хуже с Великим князем и вы потеряете сразу всю Тавриду?
Это было логично, потому как одно дело никому не известный барон, а тут граф — разница существенная, есть чем поживиться: деньги, армия, влияние. Но всё перечисленное меркнет перед возможностями зятя-ведуна. Так ведь реально сплотить весь регион и выйти из сферы влияния императора, проводить самостоятельную политику.