15 жизней Этейн 2 (СИ), стр. 21
- Не-е-е-ет!!!
Из моего горла вырвался надсадный крик, душераздирающий вопль.
Нет! Не верю, что это происходит со мной. Не может судьба быть такой жестокой. За что? Чем я прогневила Господа нашего, что он заставил меня пройти и испытать на себе все круги ада?
Морок. Боль. Жгучий стыд. Страх.
С ужасом я почувствовала, как его похотливые потные лапищи с силой раздвинули мои ноги.
Как его колено вторглось между ними, не позволяя их сдвинуть, соединить, избегнуть вторжения.
Как его поганое тело навалилось на меня сверху, прижимая весом к кровати и фиксируя мою неподвижность.
Мне некуда деваться. Сейчас он совершит непоправимое.
- Сладкая моя, девочка, как же долго я этого ждал, - он шарил руками по моему телу, больно сжимая грудь, схватил рукой за горло, с силой приближая моё лицо к своему, впиваясь поганым зловонным ртом в мои губы, - де....
Прошелестел шум крыльев. Заискрились золотом огненные сполохи на стенах, в воздухе повисла туманная серебряная дымка.
Что-то произошло. Монстр даже не закончил фразу, вдруг застыв в самой неудобной позе.
Бог мой, неужели...
Застонала, задрожала от чувства, заполнившего меня до краёв.
Как же легко мне стало. Я готова была разрыдаться, прильнув к груди ангела, если бы видела его.
Осторожно вынырнув из-под застывшего в неестественной карикатурной позе насильника, я чуть не упала с кровати, почувствовав, как подгибаются ноги. У меня не осталось сил, чтобы держаться, тело содрогалось от нескончаемой трясучки, зубы стучали, не позволяя мне успокоиться.
- П-п-прошу, п-покажись. Я-я хо-очу т-тебя вв-видеть. П-про-шу. П-п-пожа-а-алуйста.
Снова послышался шум огромных крыльев и...
- Ну ты же знаешь, что я всегда на страже твоей жизни и судьбы. И я не дам тебя в обиду.
Голос зазвучал не только в моей голове.
Он стоял со мной рядом и улыбался.
- Мой ангел!
Воскликнув, не сдерживая водопада слез, бурным потоком низвергнувшегося из глаз, я бросилась к нему на грудь.
- Благодарю тебя, мой ангел. Ты спас меня.
Рыдания выбивали во мне дрожь, я всхлипывала, даже не пытаясь вытирать слезы. На белой тунике ангела расплылось огромное мокрое пятно, но он молчал, даже не пытаясь уговорить меня успокоиться.
Он просто ждал. Обнимал меня и ждал.
- Как же я испугалась, Слэйт. Я чуть не умерла от страха. Ведь если бы он до меня дотронулся, то я покончила бы с собой. Ты знаешь, я уже решила, что отравлюсь, или брошусь со стены прямо в ров. Не позволю и дальше надругаться надо мной. Не стану жить грязной и обесчещенной.
Почувствовала, как он гладит меня по волосам, пропуская прядки между пальцами.
- Слэйт, слава Богу, ты успел.
Так и стояли мы с ним в обнимку, пока я не успокоилась, пока не прекратился поток моих слез, впитавшихся в рубаху ангела, пока я не выговорила ему все свои обиды и чаяния.
Не ведаю, сколько прошло времени, а я все никак его не отпускала. Так спокойно было с ним, так легко и светло на душе в его объятиях.
- Не хочу тебя отпускать, не желаю.
Усмехнулся.
- А я пока ещё и не ухожу. Мы с тобой не закончили.
Отпрянула, всматриваясь в его ангельское лицо.
Вытирая со щёк мокрые дорожки, прошептала:
- А что же еще? Что это значит?
- Стой спокойно и смотри.
Я глядела во все глаза.
Вдруг скрипнула дверь и в комнату проскользнула тень. Человек держал в руках маленькую свечку. Та коптила и почти не горела, скудно освещая путь. Казалось, постороннему это совершенно не мешало.
На секунду он застыл у двери, прислушался, а затем шаг за шагом начал передвигаться. Было видно, как он прекрасно ориентируется в комнате. Вероятно, бывал тут не раз.
Кто же это?
Любопытство мое прямо-таки зашкаливало.
Странно, что кто-то вознамерился проникнуть в покои императора, не опасаясь, что его заметят. Наверное, этот кто-то очень смелый, раз ничего не боится.
Но странно было не только то, что посторонний вошёл в покои, а ещё и то, зачем он это сделал. Что он тут забыл? И почему делает это тайно, скрытно, под покровом ночи?
Я застыла, боясь пошевелиться, и старалась не дышать.
Услышала шепот рядом с моим ушком:
- Ты что, не дышишь?
- Дышу, - прошептала с дрожью в голосе, опасаясь, что посторонний меня услышит.
- Не бойся, он тебя не слышит.
- Правда?
- Ну да. Помнишь, мы с тобой стояли в коридоре, когда из комнаты вышла твоя мать? Она смотрела прямо на тебя и никого не видела. Сейчас такая же фишка. Не боись. Дыши. И просто наблюдай за тем, как вершится судьба.
Человек осторожно прошёл мимо нас, направляясь к столу с напитками и фруктами.
Выудил из кармана кулёчек, свёрнутый из тряпицы, развернул, высыпав его содержимое в кувшин с вином.
Странно, мне показалось, или в кувшине забулькало, заклокотало, побурлило несколько секунд, а затем все стихло.
Кувшин как кувшин. Вино как вино.
Ничего не изменилось, будто и не всыпали в него странный порошок.
Человек издал удовлетворённый «хмык», развернулся, на секунду осветив своё лицо, и я узнала...
Это был Василий Лекапен, первый министр, главный евнух собственной персоной.
Так он же вроде как по приказу императора отправился в провинцию Македония, а затем направился в Пелопоннес?
Значит он ослушался властителя? Решил защитить меня, как обещал, расправившись с ним своими личными методами?
С чувством выполненной миссии, решённой задачи, с довольной улыбкой на лице Василий продефилировал мимо нас, благополучно наблюдающих за происходящим, осторожно открыл дверь, выглянул, прислушался к тишине, царящей во дворце, а затем юркнул в коридор.
Дело сделано.
- И что там, в том кувшине?
- А ты не догадываешься?
- Яд?
Ангел мне не ответил.
- Смотри дальше.
Снова заклубился, засеребрился воздух в комнате.
- Гха-а-а....
Император разморозился, очнулся, вытаращился на пустую кровать, смятую и растрёпанную, сел на задницу, свесив ноги, и замотал башкой.
- М-м-м, ничего не понимаю. Где эта сука?
Встал, подошёл к столику, где стоял кувшин и лежала ваза с фруктами. Схватил персик, впился в него зубами, не обращая внимания на сок, что брызнул на его обнаженный торс, яростно вращая бельмами, оглядел помещение.
Рожа у него, я вам скажу, была очень удивлённая.
- Ничего не понимаю. Она же была здесь!
Обошёл комнату по периметру, вглядываясь в каждый угол, открывая двери шкафов и крышки сундуков, что находились в его комнате в достаточном количестве.
Открыл дверь. Удостоверился, что охранники стоят на месте.
- Все нормально? Никто не приходил, не уходил?
Охрана вытаращила гляделки, испуганно мотая головами.
- Нет, господин. Все тихо.
Закрыл дверь. Снова начал озираться по сторонам. Наклонился, заглянув под кровать.
- Хм...
Подошёл к окнам, проверил створки и щеколды.
- Хм... ничего не понимаю.
Сел на кровать, озираясь по сторонам. Вдруг лег на покрывало, где я только недавно лежала, шумно вдыхая носом запах.
И снова глупое выражение лица с вытаращенными глазами.
- Ну ведь запах сучки на моей кровати. Он не испарился. Она была здесь! Тогда почему я ничего не помню? Я её поимел, сорвал цветочек, или нет?
Наклонился, внимательно разглядывая покрывало. Вскочил, откинул одеяло, осматривая девственно белые простыни.
- Крови нет. Ничего не понимаю.
Ох!!! Он ходил, метался туда-сюда, а меня трясло не по-детски. Так страшно было. Ужас пробрался к моему сердцу и сжал его ледяной дланью, сковал моё тело, не позволяя вздохнуть.
Страшно. Очень страшно!
Если бы не крепкая рука ангела, сжимающая моё плечо, я наверняка упала бы в обморок, или с паническим визгом вырвалась из комнаты и помчалась в свои покои. Вот тут-то меня и обнаружили бы верные вассалы императора.
И я бы погибла.
А сейчас...
Угрюмый василевс, не обнаружив в своей комнате следов молодой падчерицы, снова подошёл к столику с яствами, схватил кувшин с вином и крупными, жадными глотками его ополовинил.