Лучшая версия тебя. Трилогия (СИ), стр. 172
– И чем вы их? – удивленно глянул на него Евгений.
– Была заначка у нас, – Хребет глянул по сторонам, проверяя не подслушивают их. – У нас же Примуса твоего нет. Вот мы и нарыли по тихому термобарический один боеприпас.
– Слушай, за такое тебя точно когда‑нибудь посадят, – тихо рассмеялся Бритва. – Ты серьезно? Вот прям…
– Ну, а че делать⁈ – возмутился Хребет. – До босса мы еще кое‑как добрались. А там их тьма! Главная медуха всеми цветами радуги светиться, а у нас ни огнемета, ни пироманта. Вот мы и рванули тот грот вместе со всей этой шушерой.
– Ну… Ладно, главное, чтобы вопросов к мав не было.
– Какие вопросы? Трубу там бросили. Прорыв закрыт, – отмахнулся глава команды «Электричка», взял протянутую бутылку и заглянул в горлышко. – Блин, жаль пива нет.
В этот момент, через оцепление проехал дорогой паркетник. Он проехал между гоблинов, аккуратно перекатился через размазанные внутренности огров и подъехал к командам.
Из него показалась Светлана.
– Лять, ну можно было бы, хотя бы не сегодня, а? – сморщился Бритва, но тут скосился на Жору, что вышел с другой двери с золотой статуэткой в руках.
На нем тут же скрестились взгляды обоих команд.
– Приз зрительских симпатий! – громко произнес он и поднял статуэтку над головой. – Команда «Белые тапочки»!
Народ тут же радостно загудел. К нему побежали обниматься. Парень тут же отдал статуэтку и, пока все радовались и попытались начать подкидывать Бритву со сломанной рукой, подошел задней двери паркетника.
Жора открыл багажник и принялся доставать оттуда ящики с шампанским. То, что умудрился отжать на фуршете, кое‑как договорившись с распорядителем, что следил за мероприятием.
– О! О‑о‑о‑о! – протянул Фаза заметив чем занимается Жора. – Скороход, красава!
Он подбежал к парню и подхватил пару ящиков. Он быстро заглянул внутрь и поднял обиженный взгляд на Жору.
– Прости, пива не было, – развел руками тот и добавил: – Но оно хотя бы с пенкой.
– Сойдет! Не до жиру! – кивнул пулеметчик.
Он направился к ликующей толпе.
Кто‑то смеялся, кто фотографировался на фоне изуродованных тел огров со статуэткой, кто‑то уже звонил Воронцовским, приглашая их на внезапную попойку на перекрестке Симоновской и Парковой, в центре города. Кто‑то открыл дверь в грузовик «Электрички» и врубил музыку.
Фаза с Машинкой пустились в странный пляс.
Хлопки шампанского, крики, громкий смех и огненные шары в воздух из остатков газов, что скопились в огнемете.
Действо все больше напоминало маленький праздник
Праздник работяг, что сделали то, о чем давно мечтали.
На все это смотрел Жора.
Он вытащил все ящики и с улыбкой наблюдал за происходящим. Как веселятся ребята, как счастливо улыбается Светлана, общаясь с раненным Евгением. Как примус в очередной раз сунул себе между ног горелку и принялся скакать, словно это не оружие, спалившее сотни гоблинов, а палка с деревянной мордой коня.
Парень был по настоящему счастлив, и цифры, отсчитывающие последние минуты, его совершенно не смущали.
Он изо всех сил пытался запомнить улыбки на лицах ликвидаторов, их смех, так же счастливое выражение лица Светланы, что со всеми, из горла, пила шампанское.
Главгер удивленно глянул на телефон, по которому звонила начальница.
– Да, блин! Жора, какого… – начал было он, открыл меню и посмотрел на таймер, отсчитывающий время кулдауна.
Он несколько секунд раздумывал, после чего тяжело вздохнул и принял вызов.
– Алло.
– Жора… – раздался пьяный голос в трубке. – Жорочка, прелесть моя… ик… Я… Я не в состоянии…
– Светлана… – начал было Главгер, но Нитакая его перебила.
– Жорочка, не дуйся! Я просто… я счастлива, понимаешь? В коем‑то веке, я счастлива!.. Ик… А еще мы берем в разработку «Электричку» и «Воронцовских»! Они душки!.. Ик…
– Я уже дома и…
– Жорочка, забери меня пожалуйста… ик… Я за руль… не хочу…
Главгер прикрыл глаза, тяжело вздохнул и еще раз глянул на таймер.
– Где вы сейчас находитесь? Я приеду и увезу.
– Ты обиделся, да? – расстроенно произнес пьяный женский голос в трубке. – Ну прости меня…
– Я не обиделся. Где… ты?
– Восточная девятнадцать. Бар «Сорок восемь». Я у машины… тут рядом… ик…
– Понял, выезжаю, – буркнул Гера и сбросил вызов.
Парень поднялся, открыл приложение такси и вбил адрес, вызывая машину. Тут же поднялся, накинул ветровку и направился в коридор.
– Блин, Жора, какого черта? – на ходу ворчал он. – И что за «Жорочка»?
Парень глянул на телефон, что выдал сообщение, что машина подъезжает, надел кроссовки и вышел за дверь.
– Жора, ты бы видел… ик… Бритву! – пьяно хохотнула Нитакая. – Когда на меня Хребет и Циркуль насели, мол их тоже продвигать! Ей богу, мне кажется он закипать начал!
– Угу… – кивнул Главгер, держа за талию Светлану, чтобы та не упала.
Женщина была все еще в платье, на каблуках и едва держалась на ногах. Она закинула руку ему на шею и постоянно качалась. Не только от алкоголя, но и от каблуков, что никак не хотели вставать прямо. как положено.
– Ты меня не слушаешь, Жорочка… ик… – произнесла она.
Тут лифто перед ними открылся и Гера, направляя женщину, вошел внутрь.
– Какой этаж?
– Двадцать седьмой, – приподняла бровь Светлана и спросила: – Ты уже забыл?
– Да, как‑то вылетело из головы… – проворчал парень и нажал кнопку. Двери лифта закрылась и он двинулся вверх.
Светлана повернулась к Гере, оглядела его лицо, закинула на шею вторую руку и пару секунд выждав, подалась вперед с четким намерением поцеловать его.
Гера не растерялся, чуть наклонил голову в сторону и обнял ее двумя руками, прижимая к себе.
– Бука… – прошептала она ему на ухо. – Это потому, что я пьяная?
– Да, – вздохнув, произнес Главгер.
– Ну, и что, что я немного… – тут ее качнуло и нау навалилась плечом на стенку лифта. – Ладно… много выпила.
Она попыталась отстраниться, но во избежания некомпетентной ситуации, парень прижал ее к себе сильнее. Светлана расслабилась и повисла на Гере.
– Ты должен донести меня до постели, – с улыбкой произнесла она. – У меня… ик…
– Лапки?
– Каблуки, – хохотнула Светлана.
Главгер тяжело вздохнул и, когда открылись двери лифта, обхватил ее за талию, с легкостью приподнял и понес к двери.
Довольная светлана передала ему ключи, дождалась пока он откроет дверь и, по девчачьи принялась болтать ножками, пока он нес ее в спальню.
– Жорочка, ты такой сильный! Я и не замечала, что ты… ик… такой…
Главгер закатил глаза, глянул на женщину сидевшую на диване и произнес:
– Я прикрою дверь. Не думаю, что у вас тут воруют.
Светлана одной рукой расстегнула застежку на туфлях, подняла на парня взгляд и произнесла:
– Жор, не уходи, а?
– Я не…
– Ничего не надо, просто… посиди рядом, – женщина легла на бок, выудила пару подушек из‑под одеяла и одну сунула под голову, а вторую обняла. – Чуть‑чуть… Я усну и ты уйдешь, ладно?
Главгер тяжело вздохнул, прошептал что‑то про клонов, от которых одни проблема, а затем кивнул.
– Ладно…
Парень уселся у кровати, рядом с Нитакой. Она же молча протянула руку и принялась гладить его по волосам.
– Когда… Я основала компанию, я злая была… Ну, на мужа… На его адвокатов и… Да и вообще, – начала говорить она. – Мне тогда очень тяжело было. И не в деньгах дело было. И не в том, что сначала все…
Тут она умолкла и грустно усмехнулась.
– А потом появился ты… И ты… Да, именно ты, и твои работы дали такого пинка компании, что мы… Мы заняли свою нишу. Потом… Потом ты сломался, – вздохнула Светлана. – Я очень старалась, чтобы ты вернулся. Чтобы ты снова начал творить, как тогда… Когда у тебя глаза горели. И я….