Убийство во французской книжной лавке, стр. 5

– Ключи у тебя?

Лицо Каролин вытянулось.

– В том-то и дело. Мне очень жаль. У меня их нет. В мой офис кто-то вломился, и там все перевернуто вверх дном.

– Ты хочешь сказать, что кто-то украл ключи от моей книжной лавки?

– Возможно, или, что более вероятно, их просто еще не нашли в этой неразберихе.

– Есть какие-то соображения, почему кому-то вздумалось обокрасть тебя? Они забрали твои компьютеры?

– Я не уверена, что в наши дни компьютеры представляют ценность для воришек. Помню, как один мой знакомый был в отчаянии из-за того, что у него украли коллекцию компакт-дисков, когда он уезжал в отпуск. Это огорчило его больше, чем утрата семейных драгоценностей и телевизора. Но времена меняются.

– А что с твоей рукой? Что-то серьезное? Ты оказала им сопротивление?

Каролин не ответила. Ее надменное лицо выражало неуверенность. Она поджала губы, и Зои видела по ее глазам, что она раздумывает, стоит ли рассказывать о чем-то, возможно, слегка постыдном. Однако ей так и не представился шанс, потому что Марсель Морис, винодел, подошел расцеловать Каролин в обе щеки и задать тот же вопрос, с которого начала Зои.

– Что случилось, моя дорогая Каро?

Как и подвыпивший офицер полиции Антуан, Марсель говорил с характерным местным акцентом terroir. Винодел казался обаятельным и открытым, но Каролин замкнулась.

– Я не могу сказать, никому из вас. Это слишком неловко. Вы оба сочтете меня дурочкой.

– Только не я, – заверила ее Зои и представилась Марселю.

– А, книжная дама, – ответил он.

Зои подавила вздох.

Неужели в радиусе пяти километров не найдется никого, кто не знал бы, кто я такая?

– Вы очень умело общались с покупателями, – сказала ему Зои. – Похоже, дела идут хорошо?

– О, рынок – это не более чем хобби. Важно, чтобы крупная сеть закупала тридцать тысяч бутылок, а не то, продам ли я несколько дюжин в субботу.

– Тридцать тысяч? Это очень солидный бизнес.

– Возможно, я немного преувеличиваю, – скромно заметил он.

– Но продавать с более высокой наценкой, должно быть, удобно. Без затрат на дистрибуцию, без давления со стороны влиятельного оптового покупателя, сбивающего цены?

– Разумные замечания. – Он смотрел на Зои так, словно пытался разобраться, что за дамочка перед ним и стоит ли говорить с ней на равных о коммерции. Наконец он спросил: – Эта затея с книжной лавкой – не развлечение на пенсии? Хотя, конечно, вы слишком молоды для выхода на пенсию. Может, ваш муж зарабатывает много денег и ему приятно видеть, как вы с удовольствием их тратите?

Марсель Морис задал этот вопрос так просто, так открыто, что Зои чуть было не ответила в том же откровенном тоне, но Каролин вступилась за нее.

– Марсель, после двух минут знакомства такие вопросы неуместны.

– Ничего не имею против, – сказала Зои. – Я очень долго служила в театре актрисой, а затем большую часть своей профессиональной жизни занималась менеджментом. Но книжная лавка всегда была моей мечтой.

– Прекрасная мечта, – подтвердил Марсель.

– Ладно, у меня появилась идея, – снова вмешалась Каролин. – Ты ведь уже сворачиваешь торговлю?

– Да, скоро, – ответил виноградарь.

Зои оглядела площадь. Действительно, некоторые торговцы разбирали свои навесы и прилавки. Два стареньких фургончика «Рено» сумели взобраться по крутым улочкам, готовые вывезти товары, столешницы, стойки и рамы.

– Мой мальчишка еще не приехал. – Марсель взмахнул правой рукой, и Зои впервые заметила, что его левый рукав пуст, подогнут и приколот булавкой. Голосом, полным разочарования или, возможно, обиды, Марсель добавил: – Мне самому не справиться.

Каролин не откликнулась на его призыв к сочувствию. Вместо этого она довольно грубо, как показалось Зои, ответила:

– На сегодня мы с тобой в одной лодке. Оба – испорченный товар, но мадам Паскаль очень спортивная и сильная.

– Это правда? – спросил Марсель с хищной улыбкой, которая свидетельствовала о том, что он и сам уже пришел к такому выводу. – А что, по-твоему, книжная дама должна помочь дотащить мои нераспроданные товары через весь город?

– Нет, Марсель, следи за мыслью. У меня нет ключей, чтобы открыть дом. Смотри, на втором этаже приоткрыто окно. Мы можем использовать каркас твоей палатки как лестницу, и мадам Паскаль быстро вскарабкается по ней и проберется внутрь.

Зои ушам своим не верила.

– Но если дверь заперта… – начала было она.

– Да, входная дверь заперта, но ее можно открыть изнутри, – объяснила Каролин. – Достаточно просто повернуть кнопку на корпусе замка. Ну, знаешь такую конструкцию? Ключи не нужны. И я вызвала слесаря. Он будет здесь в понедельник утром.

– Но это значит, что мне придется сидеть взаперти все выходные?

Каролин пожала плечами, давая понять, что Зои следовало бы смириться с тем, что некоторые вещи изменить невозможно и нет смысла жаловаться на проблемы, которым уже найдено решение.

– Это лучшее, что я смогла сделать, – подвела она итог.

– А ночью? – настаивала Зои.

– Возможно, имеется еще и ручной затвор. Но чего тебе бояться?

Это верно. Я переношу свои лондонские представления о вездесущей преступности туда, где ее, возможно, и не существует.

– Хорошо, я готова попробовать, – ответила она.

Поскольку «мальчишка» Марселя еще не появился, они втроем разобрали прилавок. Зои работала двумя руками, Каролин и Марсель – каждый по своей причине – управлялись одной. Бригадир Антуан Гренель прибыл как раз в тот момент, когда они приставляли импровизированную лестницу к фасаду дома, и вслух поинтересовался, что происходит. Зои сразу вспомнились полицейские ретросериалы, в которых невозмутимые сержанты в форме всегда появлялись из ниоткуда с вопросом: «И что же у нас тут происходит?»

Каролин пустилась в объяснения, пока Зои, в кроссовках и свободных трикотажных брюках, незаменимых для путешествий, карабкалась по лестнице, а Марсель, придерживая стальную раму, задрав голову, наблюдал за восхождением.

– Прекрасный вид, – восхищенно заметил он.

– Согласен, – одобрительно произнес Антуан.

– Успокойтесь, вы оба, – одернула их Каролин.

Зои не обращала внимания на комментарии. Она уже была у цели. Окно на втором этаже было приоткрыто достаточно широко, чтобы она могла просунуть руку, подцепить оконную раму и распахнуть ее наружу, как створку.

Прежде чем пролезть внутрь, она задержалась на мгновение, чтобы осмотреть помещение. Оно, конечно, выглядело заброшенным, но казалось относительно чистым. В открытом камине было полно сухих веток – похоже, какая-то целеустремленная птица пыталась, но, видимо, безуспешно, свить гнездо на верхушке дымохода. Мебель отсутствовала, но рядом с дымоходной трубой имелась встроенная ниша. Пол был покрыт куском линолеума, который не доходил до стен, так что по краям виднелись доски.

Очень надеюсь, что они в хорошем состоянии.

Зои перекинула ногу через подоконник и забралась внутрь под ободряющие возгласы торговцев, оставшихся на площади. Выглянув на улицу, она увидела, что по меньшей мере два десятка человек наблюдают за ее кульбитами, и среди них – к ее удивлению – парнишка, Тьерри, из компании по прокату автомобилей в аэропорту Марселя. Она окликнула Каролин.

– Электричество включено?

– Полагаю, ты сама узнаешь.

Зои пересекла комнату и щелкнула старомодным бакелитовым выключателем на стене.

Увы.

Дверь в комнату была закрыта, но слегка залипала в раме, как будто дом повело. Впрочем, Зои это не беспокоило. Надежно подпираемый с обеих сторон соседними зданиями, дом простоял не менее пятисот лет. Никто точно не знал, когда он был построен из тяжелых круглых камней, добытых в русле местной реки и скрепленных известковым раствором. Она подергала дверь, и та распахнулась.

На лестничной площадке оказалось еще темнее, хотя в скате крыши было прорезано чем-то заделанное окно.

Она нашла другой выключатель, но он так же безрезультатно щелкал вверх-вниз. Зои прошла в заднюю комнату, выставив руки вперед, чтобы ни обо что не удариться, ориентируясь по полоскам света, которые обрисовывали форму ставен на окне в дальней стене. На ощупь она нашла затвор и широко распахнула их.