Зверолов. Том 2 (СИ), стр. 70

Рядом заурчал аму-гир. Могучий землеход напоминал честному фермеру Гурушу, что работа не ждет, что пока он тут болтает с журналистом, поле стоит невспаханным, а скоро уж обед. Фермер отвесил Луале быстрый поклон, вскарабкался на аму-гира по короткой лесенке, и восемь мощных копыт вонзились в почву. Усиленный керамикой плуг снова начал чертить глубокую борозду, а из-под хвоста аму-гира посыпалось естественное удобрение.

Журналистка вернулась к своему гир-гиду. Похожий на фермерского пахотного землехода, тоже восьминогий, он был, однако, куда меньше и плуг бы не утащил — зато уж бегал не в пример быстрее. Луала хлопнула по изогнутой спине, гир-гид согнул колени, и журналистка уселась в удобную впадину, сунув ноги в стремена.

Гибкая шея изогнулась, длинное рыло повернулось к седоку, и Луала протянула гир-гиду биобатарею. Тот жадно выпил из горшка весь ти-уш и стал нагреваться. Накормленный, полный энергии, гир-гид затрубил и понесся по тропе, едва касаясь земли дугообразными ступнями.

Заправлять гир-гида природным топливом слишком долго. Он может есть часами. Зато горшок ти-уша выпивает в минуту — и этого хватает на целые сутки.

А Луале сегодня пришлось поездить. Шестой фермер, шестая корова — и везде примерно одни и те же показания. Неужели и правда пришельцы?

Но на кой гал им коровы? Их детям не хватает кальция или они просто решили устроить грандиозное барбекю? Бред какой-то.

Время было обеденное, но день выдался пасмурный, а когда Луала въехала в лес, стало совсем сумрачно. Поле честного фермера Гуруша раскинулось на самой опушке, а за ним стеной стояли исполинские кедры. Их кроны закрывали небо, превращая день в ночь, так что Луала включила фонарик. Легонько его встряхнув, она разбудила светляков, с хрустом развернула писчую табличку и передвинула линзу к последней записи. Микроскопические значки превратились в четкий текст, и Луала еще раз перечитала результаты исследований.

Все сходилось в одной точке. Вернее, это не точка, а направление, причем приблизительное, но это явно северо-северо-восток.

Город Э-Дуб совсем рядом с крупнейшим в стране заказником, который еще дальше становится заповедником. Здесь пока еще можно охотиться, если соблюдать правила, а в большом лесном озере разрешено и рыбачить, но примерно через час скачки дорогу пересечет красная черта, и за ней любой выстрел будет преступлением. Заповедник тянется в необозримую даль, до самого океана никто не живет, так что если пришельцам где-то и создавать базу — то там.

Выводы насчет базы Луала сделала, проанализировав время и направление. Похищения животных длятся уже минимум две недели. При этом загадочные металлические осьминоги улетают не вверх, а на северо-северо-восток. Значит, корабль пришельцев не парит где-то в стратосфере или вообще на орбите, а приземлился или завис на очень малой высоте.

Логика немного шаткая, возможно, но Луала собиралась проверить. Шеф дал ей на расследование две недели, и они почти закончились. Если выйдет пустышка — придется сочинять что-нибудь самой, потому что две недели работы обязаны вылиться в большую статью.

И девушка пять часов без перерыва ехала по лесным тропинкам, по которым до нее ходили только дикие звери, да иногда геологи. Дорога как таковая исчезла очень быстро, но гир-гид, в отличие от устаревшего колесного транспорта, может передвигаться по любому ландшафту. Восемь тонких ног так и мелькали, а выпивший целую биобатарею зверь утробно урчал, согревая легко одетую всадницу. В глубине леса оказалось прохладней, чем на равнине, а она еще и уезжала все северней.

…А потом над головой что-то пронеслось. Луала резко дернулась, пригнулась к спине гир-гида и достала камеру-обскуру. Она не надеялась на многое, эта технология плохо запечатлевает движущиеся предметы, и на пластине будет только смазанное пятно. Но это лучше, чем ничего.

Конечно, при таком свете камера ничего не запечатлела. Луала и сама толком ничего не увидела — солнце садилось, в небе уже виднелись две бледные луны. Но что-то там точно пролетело, причем так быстро, как не летают никакие птицы.

Значит, она на верном пути. И теперь точно уверена, в каком направлении двигаться дальше.

Однако путь был долгий. Луала решила ехать до заката, а потом разбить лагерь и заночевать. Но ее планы изменились, когда она увидела за деревьями свет.

Было уже совсем темно — и так тихо, что Луала слышала биение своего сердца. Гир-гид перебирал ногами все медленней, явно не желая идти дальше. В конце концов он замер как вкопанный — и журналистка спешилась.

Гир-гид мелко дрожал. Отличный молодой землеход, выученный повиноваться с полуслова и ничего не боящийся — дрожал. В прошлом году Луала ездила на нем через дамбу, когда делала репортаж о наводнении в соседнем штате — и тогда гир-гид был спокоен, как мертвец. А сейчас?..

— Гир-жди, — отчетливо произнесла Луала.

Землеход замер. Теперь не тронется с места, если только не нападут или не проголодается. Но выпитого ти-уш ему должно хватить минимум до утра, а из опасных зверей тут только волки, но они гир-гиду не страшны.

Журналистка шла пешком еще минут пятнадцать. Потом тропа пошла под уклон, деревья начали расступаться, и Луала вышла в небольшую лощину.

В ней стоял космический корабль.

Это точно был он. Луала увлекалась научной фантастикой и сразу поняла, что это гигантская колесница для полетов в запредельном пространстве. Выглядела она не так, как в романах Луалы ар-Иги или Тианы ур-Маш, но это просто не могло быть что-то другое. Луала сразу вспомнила «Небесный Скат», который в детстве прочла трижды — там речь шла о пришельцах с Урору, людях-ящерах, которые…

Вздрогнув, девушка прижалась к дереву. У корабля кто-то перемещался. Какое-то существо… Луала торопливо надела очки, покрутила линзы и приглушенно ахнула.

Человек-ящер. Так она и знала.

Скафандра на пришельце не было. Он стоял у трапа, ведущего внутрь огромного темно-оранжевого купола, и возился с полупрозрачным пузырем, в котором… там что-то шевелится!

Луала поняла, что пришельцы похитили еще кого-то. Не корову, более мелкое существо… что если человека⁈

Нет. Там что-то о восьми ногах и с длинной шеей. Коза, возможно. Луала крутанула линзы еще сильнее… максимальное увеличение, дальше очки не берут.

Да, коза. Убедившись, что это не человек, дальше Луала на нее не смотрела. Она изучала пришельца — невысокого, покрытого зеленой чешуей, с мордой рептилии, изящным гребнем и большими янтарными глазами. Облаченный в ременную сбрую, увешанный какими-то приборами, он легонько подталкивал парящий в воздухе пузырь с козой, и тот плыл над трапом.

Через несколько секунд пришелец скрылся в своем корабле. Луала на мгновение замерла — а потом бросилась бежать. Ринулась вперед, сильно нагнувшись и работая локтями — как учили на курсах самообороны.

Дверь оказалась заперта. Было бы удивительно, оставь пришельцы ее распахнутой настежь. Луала вбежала по трапу и бессильно замерла перед глухой преградой. То был металл, но какой-то незнакомый, похожий на бронзу, но уж точно не бронза.

Солнце уже село, вокруг сомкнулась тьма, и только две луны освещали небосвод. Возможно, пришельцы уже закончили рабочий день и до утра теперь не вылезут из своего корабля… но Луала так не считала. Большая часть похищений приходилась именно на ночное время. Охотники и рыбаки видели металлических осьминогов именно ночью. Будь Луала на месте пришельцев, она бы тоже действовала именно ночью, когда гораздо меньше свидетелей.

Поэтому она лишь несколько секунд простояла перед дверью, а потом спрыгнула с трапа и затаилась под ним. Космический корабль приземлился в небольшой котловине, ее дно пересекал овраг, и аккурат под трапом оказалось великолепное укрытие. Спрятавшись в бурьяне, не обращая внимания на грязь и холод, журналистка затихла, ожидая, что будет.