"Фантастика 2026-175". Компиляция. Книги 1-19 (СИ), стр. 988

Вопрос, на который я не хотел отвечать. И не потому, что не знал. Лора объяснила все, что могла объяснить, с машинной точностью, не щадя и не утешая. Прорыв на севере рос. Система сдерживания разваливалась. И то, что в подземном бункере снова работали устройства Древних, лишь отодвигало неизбежное.

— Кто знает. — Я посмотрел на север — туда, откуда мы пришли. Верхушки сосен-великанов терялись в белесом небе, и между ними поднималось марево — не от жары, а от маны, которой было слишком много для этого мира. — Но одно точно — аномалия становится больше и мощнее с каждым днем.

Борменталь не ответил. Смотрел на камень, сунув руки в карманы — а я поверх камня, на сосны. Где-то в лагере неподалеку переговаривались солдаты и стучал топор — кто-то рубил дрова для костра. Обычные звуки, от которых тишина становилась еще тяжелее и гуще.

— И что же это? От чего защищает наш мир эта машина?

Борменталь задавал мне те же самые вопросы, что и я — Лоре. И, как и я, получил слишком мало ответов.

— Хотел бы я знать. — Я пожал плечами. — Но пока мы только можем догадываться, где оно находится. Уверен, вы правильно рассчитали место.

— Собираетесь туда, ваше сиятельство? — Борменталь повернулся, и его глаза блеснули. — Еще дальше, чем в этот раз?

— Едва ли. Вы сами видели, что творится с людьми за рубежными камнями. Техника туда не дойдет, да и пешком — дорогу осилят немногие.

— И вы — в их числе.

Борменталь на мгновение прищурился, будто пытаясь просветить меня насквозь. И понять, как устроено то, что он куда лучше других видел снаружи. Новообретенная мощь Стража не только питала Основу, но и продолжала работать с самим телом. Понемногу, осторожно, чтобы ненароком не перекроить лишнего — однако уже не стеснялась лезть в анатомию. Придавая мне ту форму, которую когда-то задумал Всеотец.

Я менялся, и Борменталь — ученый, не солдат — не мог этого не заметить.

— Может, и так, — вздохнул я. — Но что-то пока не хочется. Во всяком случае, не раньше, чем какой-нибудь светлый ученый ум вроде вас найдет способ защитить нас от магии Тайги.

Борменталь не улыбнулся — но что-то в его лице смягчилось. Несколько мгновений мы стояли молча, но потом за спиной вдруг раздался знакомый голос.

— Ваше сиятельство. На два слова.

Похоже, Рахметов стоял там уже давно. На почтительном расстоянии, как и положено воспитанному человеку и офицеру — чтобы ненароком не услышать чужой разговор. Но все же достаточно близко, чтобы перехватить меня у Борменталя, как только беседа закончится.

А я уже и сам был не против заняться кое-чем другим. Лагерь скрывался за деревьями, однако запах обеденного варева с костра доносился и сюда, и после трех дней на сухарях и вяленом мясе казался умопомрачительным. Сила Стража питала тело энергией даже при самой скромной диете, однако перекусить я бы определенно не отказался.

Но, видимо, у Рахметова было дело поважнее трапезы. Он кивнул в сторону, противоположную от лагеря, развернулся и неторопливо зашагал среди сосен — и мне оставалось только последовать за ним.

Выглядел бедняга так себе. Под глазами залегли темные тени, которые уже не мог скрыть даже густой июньский загар. Татарские скулы заострились еще сильнее, чем прежде, а форма висела мешком — несколько дней под боком у рубежного камня явно не пошли поручику на пользу, но спину он держал прямо, как прежде, и шагал уверенно.

Пока вдруг не остановился.

— Я бы дал вам бинокль, но тварь достаточно умна, — негромко проговорил Рахметов, глядя не на меня, а на лес впереди. — И может догадаться, что мы ее заметили.

— Тварь?.. Что за тварь? — Я поморщился. — Ничего не вижу.

— Присмотритесь внимательнее, ваше сиятельство. Вот там, прямо перед нами — примерно двести шагов. Среди ветвей.

Я прищурился. И не сразу, но все-таки разглядел неподвижный силуэт в развилке двух толстых сучьев сосны. Рога, сложенные крылья, темная туша, вжавшаяся в ствол — тварь почти сливалась с корой.

Бес. И не из мелких — он явно набрал достаточно аспекта, чтобы летать и плеваться алым пламенем.

— Вижу. — Я осторожно склонил голову. — Похоже, следит за лагерем. И давно он там?

— Достаточно. Как бы не с самого утра. — вздохнул Рахметов. — И ставлю свое годовое жалованье — тварь здесь не случайно.

Глава 6

Грузовик в очередной раз подпрыгнул на ухабе, и где-то лязгнуло железо — то ли уставшие от езды рессоры, то ли остатки бампера, доживающие последние километры. Я сидел в кузове, привалившись спиной к борту, и пытался не обращать внимания на тряску. Впрочем, остальным приходилось еще хуже — в полусотне километров к югу от рубежных камней магия Тайги давила уже не так жестоко, однако достаточно, чтобы даже крепкие мужики ходили с серыми лицами и красными глазами.

Да и техника чувствовала себя не лучше. Показатели фона понемногу снижались — Борменталь замерял каждые два-три часа и аккуратно записывал в блокнот — но все еще были слишком высокими для всего, что устроено чуть сложнее топора. Штуцера бойцов точила ржавчина, и она же подъедала кабины и кузова грузовиков и внедорожников: бамперы остались где-то в болоте, а двери снизу выглядели так, будто их грызли… ну, допустим, бесы.

Под днище я уже давно предпочитал не заглядывать. Несмотря на чары, лежащие на металле в три слоя, машины проржавели насквозь. Глохли, теряли детали, натужно хрипели тем, что осталось от выхлопных труб и глушителей, мигали фарами. Буквально разваливались на ходу.

Но все равно упрямо тащились вперед, понемногу приближая нас к Подкове.

— Одни траты с этим походом, — тоскливо произнес Жихарь, ковыряя пальцем дыру в днище кузова. — Тут уже даже сварка не поможет!

— Зато добычу какую везем. — Сокол вытянул перебинтованную по колено ногу, устраиваясь поудобнее. И, чуть понизив голос, добавил: — Два здоровенных камня. Их даже если через Приказ сдать — столько денег дадут, что ты хоть десять таких грузовиков купишь.

— Купишь, не купишь… Что ж теперь — совсем технику беречь не надо? — Жихарь повернулся ко мне. — Верно я говорю, ваше сиятельство?

Я не ответил.

Куда больше, чем машины и добытые сокровища, меня беспокоил лес вокруг. Точнее — то, что скрывалось там, в полумраке под могучими кронами, и следовало за нами еще с лагеря у рубежного камня. Бесы умели прятаться, когда хотели, но я то и дело замечал стремительные крылатые силуэты, которые мелькали между огромных стволов. Перелетали с дерева на дерево, одним махом одолевая по сотне-две шагов — и снова застывали неподвижными тенями, сливаясь с корой. Посчитать бесов я не смог, но точно знал, что их с каждым часом становилось все больше.

Будто нас с самого утра взяли в кольцо — теперь кольцо понемногу сжималось.

Однако дело было не только в этом. Я достаточно времени провел в Тайге, чтобы меня уже не смущали крылатые зубастые уродцы. Нападать они пока не собирались — но тревога росла с каждым километром пути.

Странное ощущение не отпускало. Тянуло, как зубная боль, от которой не получается отвлечься. Не бесы — к ним я привык. Что-то другое — глубже и тоньше. Будто кто-то отчаянно пытался докричаться до меня издалека, но голос вяз в густом таежном воздухе, не добираясь до ушей.

Я потянулся к Основе и нащупал тоненькую нить, натянутую между мной и чем-то далеким на севере. Она дрожала и едва слышно звенела невидимой струной, но все же оказалась достаточно прочной. Я ухватился покрепче — и сквозь шум вдруг пробился голос Лоры.

— Ваше Сиятельство! Ваше Сиятельство!

— Что такое? Где ты?

Я огляделся, выискивая глазами синеволосую красотку. На мгновение показалось, что среди деревьев справа от колонны машин мелькнул знакомый силуэт — но тут же исчез.

— Формирование визуальной проекции невозможно. Канал связи нестабилен. Сигнал слишком слабый из-за помех.

— Что случилось? — Я старался говорить шепотом, одними губами, чтобы остальные в кузове не подумали, что князь тронулся. — Я слишком далеко?