"Фантастика 2026-175". Компиляция. Книги 1-19 (СИ), стр. 977

Я шагнул через порог, добавив маны огоньку на ладони. Пламя разгорелось ярче, и теплый свет затопил помещение впереди — достаточно просторное, чтобы в нем поместился весь первый этаж Гром-камня, и еще осталось бы место для пары комнат. Высокий потолок терялся в полумраке, и оттуда свисали кабели — толстые, собранные в жгуты, уходящие к стенам и вниз, к тому, что стояло на полу.

Пыль лежала повсюду. Серая, мелкая, она покрывала все сплошным бархатным слоем — пульты, терминалы, какие-то установки непонятного назначения — и только кое-где ее нарушали следы ботинок: кто-то прошел через зал и обратно, оставив цепочку углублений.

Давно — пыль уже начала затягивать их обратно, сглаживая края. И не только она: вездесущий таежный мох пробрался даже сюда, где больше ничего не росло, и зеленоватые разводы расползлись по основаниям терминалов и нижним панелям стен.

Но и под слоем пыли, мха и запустения проступали очертания устройств, которые оставили здесь не люди. Огромные плоские экраны под серым налетом, пульты с клавишами, стойки с приборами, несколько кресел…

Все слишком крупное для человека — похоже, Древние, хоть и обладали схожей с людьми анатомией, были куда выше ростом.

Кое-что выглядело знакомым, однако назначение половины спящих машин осталось загадкой даже для меня — того, кто повидал устройства не менее сложные и изящные, чем творения Древних.

— Да уж, эти колдуны строили не только механизмы для убийства, — Галка осторожно обошла ближайший терминал, стараясь не задеть свисающие провода. — Что здесь было? Какой-нибудь склад? Арсенал?

— Скорее командный центр. — Я провел ладонью над пультом, не касаясь, и ощутил под пылью слабое покалывание контуров чар. — Или что-то в этом роде. На складе такая техника ни к чему.

— Ты знаешь, что это за устройства?

Галка прищурилась, и в ее взгляде мелькнуло знакомое любопытство — то самое, которое обычно побеждало и страх, и осторожность.

— Едва ли. — Я пожал плечами. — Но догадаться несложно. Будь здесь просто хранилище, его хозяева непременно бы…

Последние слова утонули в грохоте. Один из терминалов в дальнем углу зала опрокинулся с тяжелым металлическим лязгом — и ударился о соседний. Тот покачнулся и тоже поехал, увлекая за собой каскад мелких обломков и пыли. Галка вскинула фузею, а я развернулся, одновременно перехватывая Крушитель в середине рукояти и превращая огонек ладони в боевое заклинание, уже готовое ударить.

Из-за завала поднялась темная фигура. Высокая, но сгорбленная, с тяжелыми руками, свисавшими ниже колен — они раскачивались при каждом шаге, как маятники. В ней не осталось почти ничего человеческого — Тайга постаралась на славу, перекраивая мертвеца в здоровенное чудовище, от которого веяло аспектом Смерти.

Кожа посерела и натянулась на костях, обнажив рельеф ребер и суставов. Одежды не осталось — развалилась, пока тело упыря росло и менялось. Пальцы вытянулись, каждый чуть ли не вдвое длиннее моих, с потемневшими ногтями, загнувшимися внутрь, как когти. Одна рука сжимала здоровенную металлическую трубу, вырванную из креплений где-то в недрах зала. Морда разъехалась в ширину, а зубы раздвинулись и торчали в стороны, будто челюсть пыталась вместить их больше, чем позволяла кость.

И все, что осталось от человеческого облика — крохотный клочок волос на макушке. Светлых — такие наверняка были у дяди до того, как его голову покрыла седина. Такие были у Полины.

И у меня.

Галка втянула воздух сквозь зубы — и повела стволом фузеи, выцеливая упыря.

— Что стоишь? — Голос у нее звенел, но руки не дрожали. — Уложи его! Или я…

— Не надо. — Я опустил молот. — Я сам.

Упырь сделал еще несколько шагов, щурясь от яркого света в моей ладони. Труба в его руке дернулась, занесенная для удара — но тварь двигалась медленно, неуверенно, будто колебалась между голодом и страхом перед магией, которую ощущала тем, что еще осталось от Основа Одаренного.

Упырь давно забыл, кем был. Имя, путь сюда, причина — все стерлось. Но он еще мог почувствовать за крохотным огоньком в моей ладони разрушительную силу — и это последнее, что связывало тварь с человеком, которого я искал.

— Прости, Миша, — прошептал я одними губами.

И отпустил магию. Первородное пламя вырвалось наружу коротким ударом — и поглотило огромную фигуру впереди, сжигая плоть. Тварь не вскрикнула, не дернулась. Просто перестала быть, в одно мгновение превратившись в серый пепел, который осел на пол и растворился в пыли.

Труба с глухим стуком упала рядом и осталась лежать, тихо потресиквая раскаленным металлом.

Галка молчала. Я слышал, как она дышит — часто, неглубоко, сдерживая что-то, чему не давала выйти наружу.

— Это был?.. — спросила она наконец.

— Да.

Я присел над тем, что осталось от брата, и почти сразу заметил его — большой жив-камень, застывший в горке праха тусклой искрой. Он светился и переливался мягким молочным сиянием — неярким, но еще хранившим отпечаток той силы, которая когда-то наполнила его энергией. Я почти видел, как мана внутри перетекает из грани в грань, и казалось, что кристалл дышит — медленно, размеренно, как живое существо.

Я коснулся его, и пальцы кольнуло, а Основа отозвалась едва ощутимой вибрацией. Не тревожной — скорее просто чуть нетерпеливой, будто камень хотел сообщить мне что-то важное.

Осмотревшись, я заметил в нескольких шагах терминал со сломанной крышкой — то ли из пластика, то ли из тонкого и не слишком прочного металла. Внутри корпуса тускло блестели кресбулатовые щупальца — такие же, как в потрохах автоматонов: тонкие, похожие на пальцы с полудюжиной суставов и с расширениями на концах, рассчитанными на камень определенного размера.

Гнездо пустовало. Миша сумел пробиться в святая святых обители Древних. Упокоил все и всех, что ее охраняло, и вырвал из кресбулатовой оправы то, что питало всю систему. Драгоценное сокровище, способное вернуть захирелому роду провинциальных князей и богатство, и славу, и положение.

Вырвал — но унести уже не смог.

— Даже не думай! — Галка шагнула ко мне и ухватила за рукав. — Одним богам известно, что будет, если ты сунешь эту штуку обратно.

— Неужели тебе не любопытно? — усмехнулся я.

И тут же убрал с лица улыбку — слишком уж она вышла натужной и ненастоящей. У меня и без предупреждений Галка хватало собственных сомнений.

Однако желание понять, какие тайны хранит заваленное высохшими телами подземелье, все же оказалось сильнее.

Я подошел к терминалу, примерился и вставил жив-камень в гнездо. Кресбулатовые щупальца дрогнули, обхватывая его со всех сторон — и сомкнулись. Сияние внутри вспыхнуло ярче, искорки под гладкими гранями закружилась быстрее, и я почувствовал, как по полу прошла дрожь — мощная, размеренная, похожая на удары сердца.

Машины, построенные сотни — а может, и тысячи лет назад — оживали. Осколки древней цивилизации просыпались, чтобы вновь служить своим владыкам, хоть те и исчезли давным-давно. То ли улетели обратно к далеким звездам, то ли понемногу смешались с местными племенами, породив могучий и рослый варяжский народ — если позволила природа и достижения генной инженерии.

А может, просто вымерли, упокоившись где-то в холодной земле Тайги. Но их техника еще работала. Стояла, понемногу ржавея и превращаясь в бесполезный мусор, и все же смогла сохранить достаточно магии и электронной начинки, чтобы вновь функционировать даже спустя целые века.

Машины долго ждали своего часа — и, наконец, дождались.

Оборудование вокруг ожило. Не все и не сразу — сначала ближайший терминал, потом тот, что стоял за ним, потом сразу несколько у дальней стены. Экраны засветились мутным голубоватым светом, и по ним побежали символы — мелкие, угловатые, непохожие ни на один из знакомых мне языков.

Некоторые напоминали руны — тот же алфавит, что я видел на татуировках дяди и на броне Святогора — но здесь его использовали иначе: плотными строчками, без пробелов, отделяя символы разномастными точками и короткими вертикальными черточками.