"Фантастика 2026-175". Компиляция. Книги 1-19 (СИ), стр. 704

— Ходит — да за плечо держит. Вот прямо в этом самом месте. — Молчан поднял сухую морщинистую руку и легонько похлопал себя между шеей и ключицей. — Оттого и сам бледный. Смерть Живу завсегда пожирает, и одного огня боится. Захочешь — избавишься, силы тебе не занимать. А не захочешь, Игорек — значит, так тому и быть.

— Да ну тебя! — сердито огрызнулся я, плюхаясь обратно на сиденье. — Поехали!

Старика снова потянуло на всякие витиеватости. И в любой другой день я, пожалуй, даже не поленился бы подыграть почтенному колдуну, но сейчас нам определенно не стоило задерживаться. Зубовым наверняка уже донесли о набеге на форт за Невой, и очередная гадость просто не могла не ждать меня дома.

— Как пожелаете, ваше сиятельство. — Жихарь взялся за рычаг. — А что хоть он сказал-то? Я ни слова не разобрал.

— Да ничего. Ерунду всякую.

Странная беседа не оставила ничего, кроме раздражения. Машины проползли уже полсотни метров, но мне почему-то казалось, что Молчан все так же стоит у дороги, опираясь на свой ветхий посох, и смотрит нам вслед. Я даже обернулся и попытался разглядеть за пикапом его длинную тощую фигуру.

Вот только никого там уже не было.

Глава 22

— Держать строй! — Мой голос промчался над боем, перекрывая грохот металла и грозный вой повторителей. — Держать строй, Хаос вас забери!

Наплечники и щиты с лязгом сомкнулись, превращая разрозненные фигуры в единое целое, и сияющая сталью волна неторопливо поползла вперед. Туда, где над пустошью возвышались башни цитадели, над которыми среди грязно-желтых облаков то и дело вспыхивали вытянутые хищные силуэты. Боевые корабли выходили из подпространства один за одним — и тут же обрушивали на Эринию всю мощь бортовых орудий. И, казалась, нет и не никогда не найдется той силы, что способна устоять там, где плавятся камни, и само небо загорается от полыхающих хвостов ракет.

Но их было слишком мало. Нельзя выиграть войну, имея под рукой всего четыре линкора и полтора десятка кораблей рангом поменьше. Их не хватило бы даже на патруль границ, не говоря уже о полноценной схватке — особенно когда у противника флот почти в десять раз больше.

Зато такую эскадру не так уж сложно спрятать. И в нужный момент привести прямо сюда, на Эринию. Пройти путь в один конец, спалив топливо до последней капли. Лишить себя даже крохотной возможности на побег, но все-таки дотянуться до цитадели врага. И нанести один-единственный удар.

Бронированным кулаком — в самое Сердце Тьмы.

— Вперед! — снова скомандовал я, поднимая молот. — За мной!

Последние слова я, кажется, произнес уже наяву. Сон никак не хотел отпускать. Вцепился изо всех сил, держал горячими липкими пальцами, будто пытаясь утянуть меня обратно в гущу сражения.

Наверное, поэтому пробуждение и оказалось самой настоящей пыткой. В ушах звенело, перед глазами плавали алые круги, а голова трещала так, словно по ней как следует врезали кузнечным молотом. Я сбросил мокрое от пота одеяло и сел, жадно глотая ртом теплый, почти горячий воздух. В комнате было жарко, как в бане, и вряд ли оттого, что кто-то перестарался с печью — наоборот, дядя всегда берег дрова.

Значит… Матерь милосердная, ну не мог же я в самом деле заболеть?

Одаренные куда выносливее и крепче обычных людей, а меня к тому же питала еще и сила Стража. Иммунная система, заряженная магией, почти неуязвима для любого из местных вирусов, бактерий и прочей микроскопической дряни. Ран не было, чужое колдовство я наверняка бы почувствовал, а первородное пламя уже давно сроднилось с этим телом и больше не пыталось в одночасье перекроить его в в подобие прежнего.

Но что еще может со мной твориться?

Сбросив ноги на пол, я кое-как доковылял до умывальника и уставился в зеркало. Никаких ответов у отражения ожидаемо не нашлось. Хмурый светловолосый детина плеснул на себя несколько горстей холодной воды, кое-как вытерся и принялся в ответ рассматривать меня мутными красными глазами.

Выглядел он — то есть, я — бледным, слегка опухшим и мрачным, как Тайга в грозу. Невыспавшимся и явно не в духе, но уж точно не больным. Выдохнув, я потянулся к Основе, и она с готовностью затрепетала, отзываясь. Крохотный огонек вспыхнул на ладони, несколько раз прокрутился между пальцев, неторопливо поднялся к потолку комнаты и там погас. Аспект подчинялся, как и всегда, и только контур с первородным пламенем среагировал чуть запоздало.

Родовой алтарь сработал грубовато, без привычной безупречной легкости, будто жив-камень не сразу узнал меня и делился маной натужно, через силу. Впрочем, странное ощущение ушло даже раньше, чем я успел понять, правда ли оно было, или только показалось.

— Чего это ты? — усмехнулся я себе под нос. — Вот так, один раз дома не заночуешь — уже забыл.

Мысленно пообещав себе разобраться с настройками контура, я принялся одеваться. Магия — и особенно та ее часть, в которой скрывались пока еще недоступные мне способности Стража — определенно требовала внимания, однако сейчас у меня были дела и поважнее.

К примеру, вытрясти из Хряка хоть что-то полезное прежде, чем сюда примчится один из Зубовых, Орлов или Матерь знает кто еще.

После ночного налета на форт завтрак я благополучно проспал, а строительные работы в усадьбе прекрасно шли и без моего участия, так что не было никаких причин откладывать дела на потом. Спустившись вниз, я вышел на улицу и неторопливо зашагал к гриднице. За неимением в усадьбе хоть чего-то похожего на темницу, Хряка держали именно там. Сыновья Седого с превеликим удовольствием оставили бы его ночевать прямо на улице, привязанным к сосне, но я велел не перегибать палку.

Живой пленник всегда полезнее еле живого.

— Доброе утро, ваше сиятельство! — шагавший навстречу Василий махнул рукой. — Точнее, день уже… Никак, гостя нашего решили проведать?

— Живой хоть? — поинтересовался. — Кормили?

— Живой, что ему будет? А вот покормить забыли. Виноват, ваше сиятельство. — Судя по недоброй улыбке, ничего даже отдаленно похожего на угрызения совести Василий не испытывал. — Но ничего, Хряку оно только на пользу. Вдруг похудеет?

— Вряд ли. — Я улыбнулся и шагнул к двери. — Ты никуда не уходи только. На всякий случай.

Просторное помещение за «предбанником» встретило меня тишиной. Когда-то здесь жило чуть ли не полсотни человек, а теперь — меньше дюжины, считая недавнее пополнение в виде Седого с сыновьями и плененного Хряка. Большая часть двухъярусных коек вдоль стен пустовала уже лет пятнадцать, еще с тех времен, когда вотчиной и Гром-камнем правил дед Михаил.

Тоскливое зрелище. Само здание будто скучало по большой и шумной дружине, для которой его когда-то строили, и даже забытый кем-то у входа резиновый шлепанец смотрелся как-то сиротливо.

— Ничего. — Я направился к двери в углу. — Скоро здесь еще тесно станет.

Пленнику выделили отдельные апартаменты. Не слишком просторные, зато с койкой и матрасом. Решетки на окне, разумеется, не было, но Хряк при всем желании не смог бы туда протиснуться — так что я нашел его именно там, где оставил ночью.

И с точно такой же физиономией — испуганной, мрачной и сердитой. Покрытой ссадинами и с синяком под глазом. Похоже, Василий с Иваном не слишком-то осторожничали, когда грузили беднягу в кузов пикапа.

— Что вы искали в Тайге? — Я решил не тратить времени на расшаркивания. — И откуда в сейфе взялись жив-камни?

Хряк засопел, отодвинулся еще дальше к стене, скрипнув пружинами кровати, но отвечать не спешил. То ли надеялся, что их сиятельства вот-вот примчатся на помощь, то ли боялся своих собственных хозяев куда меньше, чем меня.

Зря.

— Будешь молчать — отдам тебя Ваньке с Василием, — предупредил я. — Сам-то я человек мягкий, да и шум не люблю, а вот они парни суровые. Припомнят, как их ты им за Невой жизни не давал.

— С них Николай Платонович за такие дела шкуру спустит. — Хряк втянул голову в плечи. — Не посмеют.