"Фантастика 2026-175". Компиляция. Книги 1-19 (СИ), стр. 484

— Часов шесть точно выделяю на сон, — ответила серьёзно.

— Значит, сегодня проспите восемь, — улыбнулся Пётр Михайлович, но в голосе был приказ.

Забавный он всё-таки. Понимает, что не может мной руководить, но пытается приказывать. Ведь я, по сути, делаю только то, что хочу. Скорей всего у него просто нерастраченный отцовский инстинкт. И, как отец, умер вместе со своей любимой женой. Сейчас он предан только своей работе.

— Как бы мне ни нравилось с вами беседовать, но пора отдыхать. Если что-то понадобится, просто нажмите звонок, он в апартаментах на тумбочке у входной двери.

Я кивнула и, пожелав спокойной ночи, ушла.

Вещей у меня с собой никаких не было, поездка случилась спонтанной и как-то забыла. Пётр Михайлович же не напомнил. Я уже подумывала, что спать придётся в нижнем белье, но когда зашла в спальню, то увидела на кровати кружевную сорочку, примерно моего размера, мягкий, тёплый халат, на полу стояли домашние тапочки, а на прикроватной тумбочке гигиенические принадлежности.

Возможно, здесь часто бывают гости, поэтому всего хватает и для таких залётных, как я.

С удовольствием сходила с душ, и высушив волосы, растянулась в огромной кровати. Впервые меня принудительно отправили отдыхать, хотя скорей всего Сотников сам был на грани и воспользовался ситуацией, а я просто повод.

Меня слишком рано отправили спать, поэтому я просто лежала и анализировала прожитый день. Мне это всегда помогало в работе, ведь так я не только давала оценку продуктивности, но и выявляла прорехи в рабочем процессе, а часто находила новые решения.

Сегодня день получил высшую оценку. Я очень много сделала, да ещё и осчастливила Петра Михайловича новыми магическими игрушками.

Можно было бы обнаглеть и пойти ещё и на полигон, вряд ли здесь будет слежка, да и Сотников занят моими наработками. Не удивлюсь, что у него в поместье есть небольшой полигон. Но подумав, решила не ходить, а искусственно погрузить себя в сон. Десять часов вечера, как раз восемь часов до моего обычного утра.

— Спокойной ночи, богиня, — улыбнулась и уснула.

Глава 17

Просыпаясь в, очередном, новом месте, я задумалась: это же ненормально, что девушка неполных пятнадцати лет ведёт, по сути, кочевой образ жизни.

А может, взбрыкнуть? В последнее время я реально чувствую сильную усталость и в первую очередь моральную. Её не снимешь Целителем. Ответственность за то, что я даю человечеству, просто угнетает.

Стараясь охватить все сферы, сбалансировать потребности магического общества и в то же время, не забывая себя, я несусь неизвестно куда.

Что там говорил Сотников? Как я всё успеваю? Он ещё не знает о моей второй жизни, где время идёт в три раза быстрей. Сколько я там провела в общей сложности? И подозреваю, что это время неиллюзорное, я его проживаю. Возможно, поэтому и взрослею быстро. Ведь в моём возрасте и месяцы заметны.

Проснулась я ровно в шесть, чуть повалялась, порассуждала и встала. Будить меня здесь не будут, но и засиживаться в комнате я не собираюсь.

Умылась, оделась и спустилась на первый этаж.

Там была тишина, видно раннее утро здесь не в чести, хотя для меня привычное. Вышедшая из какой-то двери служанка, увидев меня, поклонилась.

— В гостиную кофе подай, — не знаю, как здесь положено обращаться с прислугой, но решила, как со своими.

Девушка поклонилась и ушла, я направилась в комнату.

Вслед за мной туда вошёл Пётр Михайлович.

— Доброе утро, Анастасия Павловна, вы неисправимы, — он не отчитывал, просто озвучил очевидное.

— Доброе утро! Ради пары дней менять распорядок не собираюсь, — улыбнулась.

Служанка принесла кофе и тёплые булочки.

— Ну если так, то смею предложить вам не дожидаться завтрака. Мои родители ведут размеренный образ жизни и по нашим меркам поздно завтракают. Не хочу их беспокоить. Возьмём с собой немного еды и отправимся прямо сейчас.

— Без кофе я никуда не пойду, — я взяла кофейник, и сама налила себе напиток.

— Конечно, не стоит лишать себя маленьких удовольствий, — он тоже налил себе кофе и сел на соседнее кресло.

— А у вас не найдётся для меня каких-нибудь брюк? — поинтересовалась я, не подумала, как буду ехать на лошади, одежда у меня совсем не подходящая.

— У матушки есть дамское седло.

— Нет, хочу нормально сидеть, — я аж скривилась. — Подойдёт любая одежда, даже прислуги, просто чистая.

Сотников хмыкнул, на лице появилось непривычное выражение, словно он что-то, верней кого-то вспомнил. Слишком быстро менялись эмоции: удивление, восторг, потом грусть.

— Хорошо, — не стал возражать. — Сейчас подберём.

Через десять минут у меня в комнате лежало несколько брюк, подобие куртки, две пары сапог и несколько рубашек.

Одежда была не девичья, и не прислуги. Подозреваю, что это детские вещи Петра Михайловича или его братьев, просто оставленные на память, или здесь не принято выбрасывать одежду без веской причины, несмотря на достаток.

Меня оставили одну, и я спокойно оделась. Собрала волосы в тугой пучок и стала немного похожа на мальчишку. А что, надеть какое-нибудь кепи и не отличишь. Ага, только мордашка выдаёт, всё-таки я даже в мужской одежде — милая девочка.

Когда я вышла, Сотников-младший улыбнулся. Он тоже успел переодеться для поездки.

— Вы прелестно выглядите, Анастасия Павловна.

— Мне не идёт только глупость, — улыбнулась, а Пётр Михайлович рассмеялся.

Старушкой Мартой оказалась смешная коренастая кобыла, рыжая в белые пятна. Увидев нас, подбежала к краю загона и, вытащив морду между перекладинами, оголила зубы и зашевелила губами.

— Сахар клянчит, — Сотников опять улыбнулся и, опустив руку в карман, достал несколько сладких кусочков. — Возьмите, — протянул мне. — Влюбиться в вас моментально.

Марта была совсем непугливая, увидев сахар в руке, аж начала перетаптываться и сильней потянулась в моей руке.

Мягкие губы аккуратно собрали кусочки, и чуть прикрыв глаза, лошадь стала ими хрустеть. Длилось это недолго, и вот она опять клянчит, поглядывая на нас большими глазами.

— Она очень смирная. Так что без опаски садитесь и выезжайте. Пойду своего Цезаря выведу, — сказал мужчина и пошёл вглубь конюшни.

Я вывела свою кобылку, и, сев на неё, удивилась, насколько я поднаторела в верховой езде. Лошади, по сравнению с тварями очень удобные создания, особенно с седлом. Конечно, хотелось накинуть на Марту свою уздечку и посмотреть, как обычные создания реагируют, но не буду рисковать, да и смысла нет, она и так послушная.

Пётр Михайлович вывел своего жеребца, который отдалённо напомнил Геракла, в голове всплыла грустная история, я тут же отогнала её. Этот конь был значительно меньше, и чернота не отдавала синевой, но по характеру не особо уступал, такой же сверлящий взгляд и готовность взбрыкнуть в любой момент. Он был словно теневой стороной Сотникова, воплощал его истинную натуру. Но сейчас мужчина являл само спокойствие и полностью контролировал ситуацию.

Выехали мы сразу. Пётр Михайлович, удовлетворившись моими способностями по езде, взял хороший темп. Да, с того дня, как мы ездили с Сергеем, я сильно их улучшила.

Солнце уже взошло, даря приятные, тёплые моменты. И не только в температуре дела, мягкие лучики умиротворяли, придавая особую домашнюю атмосферу прогулке. Проехали сады, которые набирали цвет, в плодовых деревьях я ничего не смыслила, но в данный момент в этих знаниях не было необходимости, я просто наслаждалась видом и запахом.

Дальше пошли какие-то строения, похожие на цеха или ангары. Не стала на них отвлекаться. Если спрошу назначение, то поездка затянется. Вдруг хозяин подумает, что мне интересно, и мы туда направимся. Единственное понятно, Сотниковы очень состоятельные.

Путь шёл дальше, выехали в дикие места, кругом был лес, дорога давно закончилась, и мы двигались какими-то тропами. Дорожка пошла на подъём, это стало заметно и по самому лесу. Лошади натужно стали подниматься в гору. Благо здесь не было грязи, поэтому шли ходко.