Хозяин Хаоса IV (СИ), стр. 42

Особняк Брюса.

Вернувшись домой, я попросил работников устроить Василия Петровича, а сам решил поговорить с Витей.

— Господин, я вам очень благодарен за то, что вы сделали, — менталист склонил голову в поклоне, — вы даже не представляете, сколь много это для меня значит.

— Ты делаешь свою работу, я ее оплачиваю, только и всего, — я хлопнул магистра по плечу, — тем более что старик мне понравился, он вам тут точно скучать не даст. Ладно, сейчас я хотел поговорить не об этом. Есть вести от наших внедренных агентов?

— Они добрались до Москвы, — Витя понизил голос, — уже успели встретиться со своим начальством и теперь отдыхают.

— Отлично, — я довольно потер руки, — значит, теперь мы можем приступить к нашему плану. Первым делом я хочу понять, что происходит внутри их структуры, так сказать, из первых рук. Пусть они собирают информацию, и как можно тщательнее, а потом мы с тобой выберем цели для удара.

— Господин, но убийства в столице, — в голосе менталиста появилось сомнение, — разве это не заставит императрицу начать паниковать? Император вряд ли будет сидеть сложа руки, он обязательно поможет жене.

— А кто сказал, что мы будем их убивать? — я не выдержал и расхохотался, — вспомни, какой у тебя дар, Витя, вспомни, какой у тебя дар.

Менталист глянул на меня в изумлении, а потом в его глазах промелькнул натуральный страх. А ведь это только начало, то ли еще будет…

Особняк Михеевых. Поздней ночью.

— Дедушка, сегодня с Леонидом познакомился Феликс Юсупов, — Виктория с надеждой глянула на деда, — может, ты как-то по своим каналам узнаешь, какие у их рода планы насчет Вороновых?

— А почему ты думаешь, что у них есть какие-то планы? — Семен Семенович отложил в сторону бумаги, с которыми работал, и, подняв голову, уставился на внучку вопросительным взглядом.

— Ну ты же сам меня учил всему, — Виктория улыбнулась, — у Феликса лицо было такое, как у кота, что сметаной объелся. Он всегда так выглядит, когда что-то задумал, точнее, когда его план уже нельзя отменить.

— Понятно, — Семен Семенович улыбнулся, — только вот при всем желании я не могу просто так вмешаться в ваш учебный процесс, иначе Багратион, даже несмотря на наши хорошие отношения, тут же пойдет к императору. Да и Юсуповы, ты сама знаешь, этот род обладает слишком большим могуществом, чтобы трогать его без причин.

— И что, просто смотреть на то, как Леонид попадает в их сети? — Вика тут же вскинулась, — потом ведь нельзя уже будет ничего сделать!

— Ты слишком плохо знаешь Леонида, — граф неожиданно расхохотался, — я очень сильно удивлюсь, если по итогу всех манипуляций княжича Юсупова он не будет должен Леониду. Молодой Воронов не тот, над кем можно шутить, и не тот, с кем стоит играть в игры. Впрочем, скоро ты сама во всем убедишься.

Виктория смерила деда долгим взглядом, но Семен Семенович демонстративно сделал вид, что ничего не понимает, и потянулся к документам, так что девушке ничего не оставалось, кроме как покинуть кабинет. Когда дед так делает, от него точно ничего не добьешься, Вика это прекрасно знала.

Проводив внучку взглядом, Семен Семенович убрал улыбку с лица. Интерес Юсупова к Леониду закономерен, как минимум потому что Воронов — двударник в ранге магистра, обладающий двумя очень мощными стихиями. Такие маги в любом роду лишними не будут, а ведь ему всего лишь семнадцать, к тридцати годам Леонид точно будет архимагистром на пике, если уже не грандмагистром. Учитывая скорость, с которой этот молодой человек развивается, всё возможно.

Глубоко вздохнув, граф вытащил из ящика стола один из своих блокнотов и, открыв его на последней странице, сделал несколько записей. А ведь Леонид еще не начал производить артефакты, боги, что же тогда начнется? Ведь удержать эту новость под контролем не получится никак…

Академия. Следующее утро.

Широко зевнув, я зашел в наш корпус и направился в сторону аудитории. Вчера лег спать уже сегодня, вот такой вот каламбур, но зато у меня теперь дома лежат чертежи еще на три вида артефактов. Сегодня после учебы надо будет поехать глянуть на помещения, которые я выбил у графа, а с завтрашнего дня потихоньку можно будет начинать работу. Так что сегодняшний учебный день я надеялся провести в тишине и покое, хотя уже подходя к аудитории понял, что, скорее всего, ничего не получится. Недалеко от двери меня поджидала вчерашняя девушка, Марина, кажется, ее зовут.

— Привет, — голос у нее был тихий, такой, какой обычно бывает у людей, которые стараются прикинуться ветошью.

— Привет, — я улыбнулся, — давно тут ждешь?

— Нет, всего минут десять, — Марина сцепила пальцы рук в замок, — я пришла сказать тебе спасибо за то, что было вчера, спасибо за то, что вмешался.

— Да не за что, — я отмахнулся, — не знал, что в академии принято так себя вести с людьми. Ты, если что, можешь ко мне обращаться в любую минуту, я помогу.

— Благодарю, — Марина несмело улыбнулась, — значит, ты не будешь против, если в столовой я буду сидеть рядом с вашим столом?

— Можешь хоть с нами сесть, не вижу в этом ничего страшного, — н-да, это ж как надо было издеваться над человеком, чтобы он был настолько забитым. Олежа, Олежа, не зря я тебя с первого же взгляда определил в говноеды, ой не зря.

— Хорошо, тогда я, наверное, пойду? — Марина уставилась на меня в ожидании разрешения. Твою ж налево, как же непривычно-то.

— Конечно, иди, — я подавил желание погладить ее по голове, как маленького ребенка, коим она до сих пор являлась по сути. Пожалуй, стоит поговорить с Михеевой, возможно, Вика подскажет, как помочь бедняжке хотя бы немного…

Москва. Императорский дворец.

Императрица ходила из стороны в сторону в своем личном кабинете и никак не могла успокоиться. Посланные в Вийск люди вернулись, однако доклад Михаила ее не то что не обрадовал, скорее наоборот, полностью испортил отношения, и вот уже день как она не могла прийти в себя. Будучи из очень могущественного и знатного рода, она с детства знала, что ей суждено блистать, но никогда даже не размышляла о том, чтобы стать императрицей. Но судьба в один момент преподнесла ей этот подарок, и тогда она, Мария Михайловна Шереметьева, поняла, что это нельзя потерять. С тех пор прошли уже долгие годы, императрица привыкла к своему новому статусу, к тем возможностям, что они ей давали, и получать неудовлетворительные результаты для нее было нонсенсом.

По-хорошему сейчас стоило бы направить в Вийск новых людей, но нельзя, муж этого не оценит. Однако просто смотреть на то, как один чрезмерно наглый сопляк крутит на одном месте императорскую чету, для нее было невыносимо, а значит, что-то нужно сделать, что-то обязательно нужно сделать, и, кажется, она уже придумала что…

Академия. Несколько часов спустя.

— Сегодня, говорят, у нас будет совместная тренировка с одной из старших групп, — подал голос один из одногруппников, — и зачем так делать? Там же маги на уровень выше, и дело даже не в рангах, они просто знают больше и умеют лучше контролировать силу.

Рядом фыркнула Карина, уж она прекрасно понимала, для чего это все делается, да и я тоже понимал. Чтобы магу стать сильнее, он должен преодолеть себя, а как это сделать, если ты дерешься с комфортными противниками? Правильно, никак это не сделать, так что такие тренировки я только приветствую.

— Смотри, — Вика толкнула меня в бок, а через мгновение я понял, на что мне намекает Михеева.

В другом конце арены показался Олежа Румянцев в компании своих прихлебателей. И, судя по его радостной улыбке, сегодняшняя тренировка у нас не просто так. Хм, даже интересно, что этот дятел смог придумать, надеюсь, меня это повеселит, ха-ха.