Так себе ученица (СИ), стр. 41

По трибунам прокатилась волна тревожного рокота. Напарники, многие из которых успели встать рядом, сейчас резко отодвинулись друг от друга. Каждый машинально прижал свою левую руку с браслетом к корпусу. Мы со Скиннер, как и все прочие, обменялись настороженными взглядами.

— Если к моменту завершения испытания оба напарника сохранят свои браслеты, ни разу их не сняв, каждый в паре получит по двадцать дополнительных баллов. Назначения для каждой пары будут отображаться на табло. — Салим щелкнул пальцами, и над трибунами малой Арены появился голографический экран, пока пустой. — Если после появления надписи пара не приступила к испытанию в течение десяти минут, испытание считается не пройденным. Это все правила четвертого испытания. Никто из персонала «Врат моря» не будет вмешиваться в его ход. Объявляю четвертое испытание начавшимся.

Куратор Салим развернулся и покинул малую Арену, как обычно, не предложив задать вопросы. Так уж тут заведено, кто что успел понять — тот исходя из этого и будет действовать. Я отметила, что наш ланиста, как и в прошлые разы, не появился. Вообще никто из служащих, кроме куратора Салима, во всей этой процедуре участия не принимал. Кажется, сегодня ученики предоставлены сами себе.

Я быстро произвела в уме подсчеты. Выходило, что самая выигрышная тактика — атаковать напарника и пытаться снять с него браслет после прохождения всех пяти испытаний. Сотрудничество до конца испытания давало на пять баллов меньше, чем успешное предательство. Я никогда не была особенно сильна в теории игр, но легко угадала в происходящем классическую дилемму заключенных: выгоднее всего атаковать напарника в тот момент, когда он не ожидает нападения. Однако и честное сотрудничество до конца приносит выгоду, но только при условии, что партнеры могут доверять друг другу. А пары подобраны таким образом, чтобы максимально это затруднить. Если же оба партнера сорвут друг с друга браслеты, то оба останутся только с теми баллами, которые получили за пройденные задания, а это не очень много.

Я с завистью глянула на Плеть. Вот если бы моим напарником стал Коготь, я бы спокойно доверила ему прикрывать мне спину, зная, что он не предаст меня ради пяти дополнительных баллов. В хмурой, себе на уме Скиннер я совершенно не была так уверена. Оставалось надеяться, что охотница хотя бы умеет считать и поймет, что, предав меня до прохождения заданий, она потеряет больше, чем приобретет.

Я внимательно посмотрела на Скиннер — в ее маленькие, глубоко посаженные глаза. С такими людьми никогда нельзя быть ни в чем уверенной. Но у меня возникло ощущение, что она что-то считает про себя. Я поняла: здесь призывы к товариществу будут пустым сотрясением воздуха, а вот рациональные аргументы могут сработать.

— Ну, подумай своей головой, Скиннер. Я на втором месте в общем рейтинге, следовательно, у меня нет ни малейшей необходимости топить других — нужно только сохранить имеющуюся позицию. С другой стороны, я маг второго порядка, а здесь мы без негатор-колец. Противостоять на равных мне может разве что Алая Королева, но, даже если вы с ней о чем-то сговорились, она будет в первую очередь занята своим напарником, а не помощью тебе. А у тебя против меня шансов мало, даже если ты нападешь внезапно. На первом испытании Кримсон с сильной командой попыталась меня остановить, но в результате только сама пропустила испытание воли. Сотрудничать со мной до конца — в твоих лучших интересах. Так ты получишь максимум баллов на этом испытании.

Скиннер медленно кивнула:

— Я пришла к тем же выводам. Это разумно и справедливо.

У меня немного отлегло от сердца. Подругами мы, конечно, не станем. Доверять охотнице было бы глупо, но есть основания полагать, что наши интересы будут совпадать в течение всего испытания. По крайней мере, Скиннер не настолько глупа, чтобы нападать на меня в самом начале, лишившись возможности набрать баллы на заданиях. Я догадывалась, что в каждой паре сейчас происходит похожий разговор. Хуже всех, разумеется, поладили Тарик и Кримсон: она что-то презрительно процедила сквозь зубы, а он в ответ заорал: «Да заткнись ты, ска! Не кипяти мне межушный ганглий, ять!» Я заметила, как Юсуф и Тали отвернулись на секунду от своих партнеров, чтобы обменяться тревожными взглядами.

По счастью, долго мариноваться в этой гнетущей атмосфере нам не пришлось. На голографическом табло высветились имена и назначения для первых семи пар, и мы со Скиннер попали в их число. Нам предписывалось идти в третий тренировочный зал. Похоже, все испытания пройдут на территории школы — видимо, «Врата моря» истратили весь бюджет на спецэффекты еще в первом испытании, на портал и туманный лабиринт.

По знакомым до боли коридорам мы со Скиннер проследовали к указанному залу. Дверь открылась после того, как мы обе поднесли браслеты к электронному замку. Зал был перегорожен стальными тросами, натянутыми в несколько рядов под разным углом — часть под напряжением, часть нет.

Я слышала ток в проводах, чувствовала, где есть напряжение, а где безопасно. Но пройти сама я не могла — тросы перекрещивались слишком густо, и даже моей гибкости не хватило бы. Скиннер, прищурившись, оценила обстановку.

— Я могу проложить тропу, если ты будешь моими глазами.

Она достала сеть и принялась за работу. Слушая мои указания — «Вот этот под током, обойди. Вот этот безопасен, оттяни» — она использовала свои приспособления и шаг за шагом раздвигала тросы, создавая узкий извилистый лаз. В этой связке — я указываю путь, она расчищает его — мы добрались до маяка и одновременно приложили браслеты. Экранчики загорелись зеленым, на каждом появилось «+10». Скиннер вытерла пот со лба и хмыкнула:

— Обратно идти проще. Тропа уже проложена.

У дверей мы встретили двоих кураторов, которые зашли в комнату — видимо, чтобы вернуть помещение в исходное состояние. Мы проследовали на малую арену. Наших имен на мониторе пока не было, и мы пристроились на трибуне ждать. Скиннер отошла к столу, на котором были выставлены бутылочки с водой. Взяла две, одну себе, другую для меня.

— Спасибо, — сказала я, открывая бутылочку. — Совсем забыла, что постоянно нужно пить.

— Надо поддерживать тело в гидратированном состоянии, — ответила Скиннер

Я так и не поняла, это такой специфический юмор или моя напарница говорит на полном серьезе.

Пока мы натянуто пытались завязать светскую беседу, в зале что-то произошло. Я пропустила момент начала кипиша и не поняла, кто из десятка учеников на кого напал первым, но, оглянувшись, увидела, что в воздухе трещит эфир, а четверо ребят обнажили оружие и встали спиной к спине. Среди них была Плеть, метнувшая на меня растерянный взгляд. Кажется, она тоже не понимала, что происходит.

Я послала легкий эфирный импульс через весь зал.

— А ну прекратить!

Все уставились на меня.

— Вы с ума посходили⁈ — заорала я. — Совсем голову потеряли с этими крысиными бегами? Ну, подумайте вы своими тупыми бошками: какой смысл предавать напарника после первого же задания? Вы упустите больше баллов, чем получите, сняв чужой браслет! Работайте вместе, хотя бы до тех пор, пока это выгодно! Если кто-то еще на кого-то нападет — я не буду разбираться, импульсами оглушу обоих и за компанию всех, кто будет рядом. Вы знаете, что я могу.

Стало потише. Надеюсь, мои угрозы сработали. Сама не знаю, зачем я сейчас выступала. Ну, сложили бы эти олухи друг друга раньше времени — мне-то что за печаль? С другой стороны, могла пострадать Тали. Других моих друзей сейчас на арене не было — они разошлись по заданиям. А с симпатичной уманьяр у меня сложились теплые отношения: ее и так уже несправедливо вывели из третьего испытания, не хватало ей только остаться без баллов за четвертое.

Тут на табло высветились новые имена, среди них — наши со Скиннер. Следующие два задания мы прошли достаточно легко, потому что активно помогали друг другу. Скиннер оказалась толковой, уравновешенной и, несмотря на мощную комплекцию, чрезвычайно ловкой. В одном зале мы преодолевали систему растяжек, где ее сеть вновь оказалась весьма полезна; в другом — пришлось перебираться над ямой по скверно натянутому канату, и я страховала напарницу своим щитом, а потом она вытянула меня веревками. Я даже на минуту пожалела, что мы не друзья и я не имею оснований ей доверять.