День, который не кончается, стр. 13

– А давай, – кивнула я, поднимаясь с бревна и отряхивая с джинсов сухую хвою.

До моей палатки было рукой подать – всего-то обойти куст да перешагнуть через корень старой сосны. Но я не торопилась. Максим шагал рядом с фонариком в руке, чуть касаясь плечом моего плеча, и от этого прикосновения внутри разливалось приятное тепло.

– Смотри, какая луна, – сказал он негромко, когда мы на секунду остановились у самой палатки.

Я подняла голову. Луна и впрямь была огромная, янтарная и висела низко над лесом. В такие минуты слова только мешают, поэтому я промолчала. Но про себя отметила, что расстояние от костра до палатки никогда еще не казалось мне такими короткими.

– Спокойной ночи, – улыбнулся Максим, отступая на шаг.

– Спокойной ночи, – ответила я, затем быстро расстегнула молнию и нырнула в палатку, чтобы он не заметил, как глупо я улыбаюсь в темноте.

***

Михаил отошел от костра и достал телефон.

Еще раз кинул взгляд на бревно, где сидели молодая женщина в теплом свитере и жилетке, журналистка в коротком пуховике и вязаной шапке, хмурый парень в длинном черном пальто и мужчина в серой штормовке с поднятым капюшоном и каким-то прибором.

Набрал три слова: «Работа начата. Наблюдаю за объектом».

Быстро отправил и убрал телефон.

Глава 9

В палатке я сразу же скинула кроссовки и залезла в спальник, устроилась поудобнее и закрыла глаза, но сон не шел.

Я ворочалась, пытаясь найти удобное положение, но мне это никак не удавалось. В голове крутились мысли о том, что сказала Аня. О пропавшей семье, об исчезнувших геологов, об этом дурацком рюкзаке, появившемся неизвестно откуда…

«Все это объяснимо, – повторяла я про себя. – Все это имеет рациональное объяснение. Просто я его пока не нашла».

Но внутренний голос шептал: «А если нет?»

Я попыталась выкинуть все из головы, но не получалось.

Минут через двадцать я сдалась, расстегнула спальник и вылезла наружу. Надела кроссовки, накинула куртку и вышла из палатки.

Ночь встретила меня холодом и влажным ароматом мха с грибной ноткой. Полная луна, которую мы недавно разглядывали с Максимом, уже поднялась выше и теперь висела над поляной, заливая все вокруг призрачным серебристым светом. Я поежилась и огляделась.

Лагерь спал. В лунном свете отчетливо проступали знакомые очертания: палатки, навес, стволы деревьев на краю поляны… Костер почти погас – только несколько угольков тлели в пепле, отбрасывая слабый красноватый свет.

Я сделала глубокий вдох и холодный воздух обжег легкие. Я обхватила себя руками и подняла голову. Небо было усеяно звездами так густо, что захватывало дух. Миллионы огоньков мерцали в вышине, и на миг я забыла обо всем – только смотрела и не могла оторваться.

– Не спится?

Я вздрогнула и резко обернулась.

Максим стоял у края поляны и смотрел куда-то в темноту леса.

– Не спится, – призналась я, подходя ближе. – А ты чего не спишь?

– Тоже не спится. Я вообще плохо сплю в новых местах.

– Понимаю, – кивнула я и неожиданно для себя призналась: – Меня после развода частенько мучает бессонница. Лежу часами и думаю о всяком.

– И приходишь к ответам?

– Нет, – усмехнулась я. – Только к новым вопросам.

Он понимающе кивнул, и мы немного помолчали. Я уже мысленно отругала себя за то, что вообще затеяла этот разговор. Обычно я не рассказываю незнакомым людям о личном. Тем более о такой болезненной для меня теме. Но сейчас это вырвалось само собой.

Максим посмотрел на меня.

– Давно развелась?

– Год назад, – ответила я. – Муж ушел от меня к своей молоденькой блондинке-лаборантке. Банально до отвращения.

Я невесело усмехнулась.

– А сюда сбежала от рутины, – продолжила я. – Решила, что лес и работа помогут мне переключиться от ощущения, что жизнь встала на паузу. Но пока что-то не особо помогает.

– Иногда помочь может только время, – сказал он тихо.

Я только вздохнула, не зная, что ответить на это. Потому что сама не знала, что мне вообще может помочь.

– Пойду попробую еще раз уснуть, – сказала я наконец.

– Спокойной ночи, Варвара.

– Спокойной.

Я развернулась и пошла к палатке. У самого входа обернулась. Максим все еще стоял на краю лагеря, глядя в темноту.

Я забралась в спальник, закрыла глаза и на этот раз заснула почти сразу.

***

Из глубокого сна меня вырвал чей-то крик. В первое мгновение я не могла понять, где нахожусь и что вообще происходит, но, ощутив ладонью брезентовую стенку и почувствовав тесноту спальника, я вспомнила, что ночую в лесу. Темнота в палатке была абсолютной, и только слабый свет рассвета пробивался сквозь щель в молнии. Я нащупала телефон. На экран высветилось 6:07.

Не успела я решить, что все это мне приснилось, как снаружи снова раздался мужской, испуганный крик с отчетливыми истерическими нотками. Господи, ну и кто из наших храбрых рыцарей там орет?

Я вылезла из спальника, наспех натянула куртку, засунула ноги в кроссовки и выбралась наружу.

Снаружи было серое утро. Туман стелился плотной пеленой, а влажный и студеный воздух пропитался терпким запахом мокрой хвои.

У костровища уже толпились обитатели лагеря. Бледный Петр Семенович стоял среди них, размахивая руками.

– Клянусь вам, я своими глазами его видел! – говорил он сбивчиво, захлебываясь словами. – Какой-то человек стоял между деревьями!

Михаил успокаивающе положил руку ему на плечо. Егор и Саша тревожно переглянулись.

– Петр Семенович, – я подошла ближе, – что случилось?

Он обернулся ко мне с совершенно безумным выражением лица. В его глазах стоял неподдельный ужас.

– Варвара Дмитриевна, – выдохнул он, – представляете, я проснулся от какого-то странного звука. Как будто кто-то тихо шепчет, но слов не разобрать. Я посмотрел на часы и увидел, что на них ровно три тридцать три утра. Я взял телефон, а он показывал шесть утра. Мне показалось это странным. Я вылез наружу, по… естественной надобности и увидел, – он указал дрожащей рукой в сторону леса, – и увидел силуэт. Человек стоял между деревьями и смотрел сюда. Просто стоял. Не двигался. А потом... исчез.

– Вам показалось, наверное, – предположил Саша неуверенно, но в его голосе явно слышалась тревога.

– Нет! – Петр Семенович тряхнул головой. – Я видел его так же ясно, как и тебя! Это был человек! Я не сумасшедший!

– Никто не говорит, что сумасшедший, – сказала я мягко.

Михаил же направился в ту сторону, куда указывал куратор. Егор молча последовал за ним.

Место, где, по словам Петра Семеновича, стоял человек, находилось метрах в тридцати от палаток. Старые ели с низкими ветвями здесь росли плотно, между стволами которых стелился утренний туман.

Михаил присел на корточки, осматривая землю. Егор стоял рядом, напряженно всматриваясь в лес. Затем он поднялся, и мужчины вернулись обратно к нам.

– Следов нет, – сообщил Михаил. – Земля влажная, если бы там кто-то стоял, остались бы отпечатки.

– Может, это был какой-то зверь? – предположила Аня. – Все-таки туман искажает восприятие.

– Я уверен в том, что видел человека! – слегка раздраженно откликнулся Петр Семенович.

– В сумерках ствол дерева легко принять за силуэт, – возразил Михаил.

Петр Семенович возмущенно засопел, но снова доказывать, что видел именно человека, ему не дал Руслан. Пока Михаил с Егором осматривали место, где якобы стоял силуэт, он тоже не терял время зря и достал из палатки какие-то свои приборы.

– Ночью был зафиксирован аномальный скачок электромагнитного поля, – сказал он, внимательно вглядываясь в экран. – Между тремя пятнадцатью и тремя сорока пятью. Пик – в три тридцать три. Амплитуда значительная и для природного поля нетипичная.

Очень интересно. Значит ровно в тот момент, когда у Петра Семеновича остановились часы.

– А покажите ваши часы, – попросил Михаил, видимо, тоже обратив внимание на странное совпадение.