Инвалид моего сердца (СИ), стр. 28

— Меня… околдовали?

— Приворотили.

— И как долго я был под приворотом? Я уже несколько лет не люблю Энн. В груди пусто, когда думаю о ней.

— Скорее всего чары спали сразу после родов. Энн изменилась, она стала матерью. Или вы что–то разбили. Вазу, например, или тарелку. Битое стекло тоже снимает чары. Но соглашусь, над приворотом работал сильный маг. Мои цветы несут положительный заряд всего несколько часов, даже не сутки, а тут магии хватило на год. Поразительно.

— Разве привороты разрешены?

— Нет, конечно. Но отчаянные женщины пользуются, — закончив перевязку, Фло слезла с кровати.

В кармане фартука звякнула, ударившись о коробку с лекарствами, металлическая колба. Флоренс даже обрадовалась возможности сменить тему.

— Ой, совсем забыла. Я нашла эту штуку на полу кабинета. Уверена, слуги уронили именно ее, — она протянула полковнику цилиндр, внутри которого шелестел песок. Граф взял его в руки и нахмурился.

— Что это? — спросил он, пытаясь открутить колпачок, но одной рукой выполнить даже такое простое действие оказалось невозможно.

— У меня тоже не хватило сил, — Фло взяла и снова попробовала, но безрезультатно. — Разве вам не знаком этот предмет?

— Нет. Впервые вижу. Зачем кому–то подбрасывать мне железный контейнер с непонятным содержимым? Ты чувствуешь в нем магию? — полковник посмотрел на закусившую губу сиделку.

— Нет. Совсем не чувствую. Стенки сосуда слишком толстые. Может, завтра попросим Питера открыть его?

— Что еще необычного ты нашла?

— Одиннадцать стилетов.

— Двенадцать.

— Нет, их было одиннадцать. Я несколько раз пересчитала.

— Странно. Что еще?

— Ничего интересного. Всякие письма. От вашей супруги, матушки и… — увидев, как напрягся полковник, Фло поторопилась оправдаться. — Я не читала, честное слово. А те, на иностранном языке, даже при всем желании не сумела бы.

— На иностранном? — между бровями полковника появились две глубокие морщины. — На каком?

— Я не сильна в языках, — Фло опустила глаза. — За языковые курсы нужно было платить отдельно, а денег семьи с натяжкой хватало на общие предметы.

— Прости, я не хотел тебя смутить, — полковник дотянулся до ее руки и мягко сжал. — Будь добра, принеси мне все письма.

Получив запасные ключи от кабинета и взяв с собой лампу, Флоренс вышла. Под ногами неприятно скрипел песок. Разбавленная шуршащими звуками тишина пугала. Натянутые на мебель простыни смотрелись зловеще: так и мерещилось, что оттуда высунется рука и утянет под шкаф. Свет лампы отражался от стеклянных емкостей, и казалось, что сидящие в спирту лягушки и змеи оживали.

Флоренс никогда не считала себя робкой девицей, но, заметив, что с портретов за ней следят ученые мужи прошлых столетий, едва не вскрикнула от страха. Она не стала рыться в письмах, отбирая написанные на иностранном. Схватила шкатулку и бегом кинулась назад.

— Трусиха, — с улыбкой произнес полковник, когда она закрыла дверь на ключ и буквально запрыгнула на кровать.

— В следующий раз пойдете сами, — огрызнулась Фло. От нее не ускользнуло, как рука полковника с револьвером торопливо нырнула под одеяло, а вынырнула уже без оружия.

Открыв шкатулку, Флоренс отложила в сторону две пачки писем, остальное протянула полковнику. Он не смог справиться с конвертами, и Фло пришла на помощь. Она разворачивала густо исписанные листы и поочередно отдавала для чтения. От нее не скрылось, что Рэймонд сразу узнал язык, но крепко сжатые зубы и посуровевший взгляд не оставляли сомнений: по мере ознакомления с содержимым граф приходил в ярость.

— Черт!

— Что это? — выдохнула она.

— Документы, не оставляющие сомнений, что я предатель, — выплюнул он. — Попади эти письма в руки короля, и меня тут же отдадут под трибунал. С последующим расстрелом.

Они долго смотрели друг на друга.

— Кто–то хочет лишить вас не только семьи, но и чести, — первой ожила Фло.

— Калека, несчастливый муж, предатель. Если бы ты сегодня не нашла эти письма, я был бы обречен. Никто не стал бы спрашивать, как я себя чувствую. Смерть все исправит. Уверен, враг уже шепнул в нужные уши, что и где искать.

— Он снова опередил нас, — Флоренс схватилась за горло.

— Он сделал ответный ход. Мы обратились в полицейское управление, а он превратил меня в предателя. Письма написаны на тирзальском и не оставляют сомнений, что я продал государственный секрет. В этой колбе находится мортекс, — полковник покосился на металлический цилиндр, валяющийся на кровати. — Серый порошок при контакте с живым организмом запускает полное его разложение. Противоядия нет. Я был причастен к его созданию.

Флоренс громко всхлипнула, только представив, что случилось бы, если бы она отвинтила крышку.

— Завтра придут тайные агенты, — с ужасом в глазах прошептала она. — Мы сами их вызвали. А вдруг они найдут еще что–то противозаконное?

— Живо возвращайся в кабинет, — полковник приподнялся на локте. — Выгреби все из стола. Оставь только стилеты. Остальное принеси сюда. Мы должны успеть до утра.

Когда Фло полезла к краю кровати, полковник остановил ее, схватив за руку.

— Надеюсь, ты мне веришь? — он смотрел в ее глаза пытливо.

— Как самой себе, — не задумываясь, ответила Флоренс. Иногда полезно совать нос туда, куда не следует. Не прояви она любопытство, и граф оказался бы в тюрьме, а оттуда и до эшафота недалеко.

Фло уже не сомневалась, что полковнику мстит потомок замка Роштор.

До утра граф Ферфакс и его верная помощница разбирали бумаги. Все было не зря. Среди чертежей усадьбы обнаружились бумажные деньги королевства Тирзаль. Пусть немного, но их хватило бы для обвинения, что это часть подкупа.

— Черт, я знаю, какое еще обвинение мне предъявят, — полковник печально рассмеялся. — Гибель моего отряда. Я предал своих людей и сдал крепость Роштор — вот что станет главным аргументом, почему я единственный из всех остался в живых.

Фло до боли сжала кулаки.

«Нельзя покрывать чужие интересы, если разговор идет о жизни и смерти».

— Милорд, мне известно, почему убили служанку, — выдавила из себя Флоренс. — Нелли видела вашу жену, целующуюся с блондином, и имела несчастье рассказать об этом слугам.

Граф задрал голову и громко рассмеялся.

— Пропасть! Я к тому же рогоносец? Кто еще желает меня пнуть, выходи!

— Рэймонд, ваша супруга в беде, — Фло больно было видеть, как неведомый наследник Мальгеймеров уничтожает полковника. — Вы сами понимаете, какими подлыми методами пользуется ваш враг.

— Хочешь сказать, что Энн не виновата? — лорд Ферфакс посмотрел на Фло так зло, что она вздрогнула.

— Любовный приворот — сильное средство, — попыталась она оправдать графиню. — Вы испытали его на себе.

— Тебе знакомо слово «возмездие»? — граф откинулся на подушки и закрыл глаз. — Я уничтожил старинную семью, и теперь кто–то из наследников уничтожает мою. Тебе опасно находиться рядом со мной. Ты уволена. Чтобы утром твоего духа не было в усадьбе.

— Ну уж нет! — Фло слетела с кровати. Она не могла усидеть на месте. Видя в упрямо стиснутых зубах непреклонность полковника, топнула ногой. — Так просто вы от меня не отделаетесь.

Глава 22

Граф медленно открыл здоровый глаз.

— Иди собирать вещи. Я как–нибудь сам разберусь.

— Сами⁈ — Фло до боли сжала кулаки. — Вы даже не скажете наверняка, кто в вашем доме друг, а кто враг. На кого вы сможете положиться, если меня не будет рядом?

— Ничего этого не надо. Очень скоро все закончится.

— Неужели вы сдались? — от догадки глаза Флоренс широко распахнулись. — Решили отдаться на милость врага? Думаете, я не понимаю, почему вы держите заряженный револьвер рядом с собой?

— Моя смерть — его главная цель, — полковник устало вздохнул. — Чем дольше я тяну, тем больше создаю проблем себе и остальным. Если верить твоим же словам, жена уже в его руках. Скольким он еще искалечит жизнь, чтобы сделать мне больно? Кто следующий? Мой сын? Или старая кормилица?