История в афоризмах. По всемирной истории на 80 крылатых фразах, стр. 63
Ленин опирался на идейную систему Карла Маркса. Тот предсказывал после революции, осуществленной рабочим классом, переходную фазу социализма, которая через диктатуру пролетариата в конце концов должна привести к спасению, к коммунистическому обществу. В этом обществе якобы исчезнут все классы и больше не будет никакой государственной власти. Там осуществится принцип, который французским социалистом Луи Бланом однажды был сформулирован так: «От каждого по способностям, каждому по потребностям». Однако своим истолкованием и продолжением марксистских идей Ленин создал новую линию, линию марксизма-ленинизма, которая позднее стала примером подражания для многих коммунистических государств и обусловила появление особых властных структур — например, Политбюро и Секретариата ЦК КПСС, которые способствовали концентрации всей власти в руках небольшой правящей элиты.
Контроль и жесткая рука стали стилем Ленина в руководстве коммунистическим движением и Россией. Его знаменитая фраза «доверие — хорошо, а контроль — лучше» кажется подходящим лозунгом для проводившейся им политики. Но говорил ли Ленин эти слова, не известно. Существует предположение, что эти слова являются сокращенной формулировкой позиции, неоднократно высказываемой Лениным. Впрочем, объяснение можно отыскать и в старой русской пословице, которой Ленин, должно быть, часто пользовался: «Доверяй, но проверяй!»
Письменно на эту тему Ленин никогда не высказывался. В собрании его сочинений, в одной статье об авантюризме, есть фраза: «Не верить на слово, а проверять самым строгим образом — вот лозунг марксистских рабочих». Если же взять другие высказывания самого Ленина, то он ни в одном из них не ставит контроль выше доверия. За него это делают те, кто, говоря о руководстве людьми, совершенно необдуманно цитируют фразу «доверие — хорошо, а контроль — лучше». Тем самым они отдают контролю преимущество над доверием, что — точно так же, как и преобладание доверия над контролем, — представляет собой крайне сомнительный вид руководства.
Но почему же в обиход вошло именно это выражение? Формула «доверие — хорошо, а контроль — лучше» заострена, проста и удобна. Тем, кто следует ей, она дает готовое решение: надо не раздумывать, а контролировать и уже — как будто — задача твоего руководства достигнута. В конечном счете эта фраза прекрасно характеризует выстроенную Лениным систему управления, которая базировалась прежде всего на контроле и ни в коем случае не на доверии. Порожденными ею тоталитарными структурами власти воспользовался ленинский преемник Иосиф Сталин, с 1924 года начавший выстраивать свой кровавый режим.
59. Свобода — это всегда свобода инакомыслящих
Роза Люксембург (1870–1919)
Ее смерть была смертью борца. Правые солдаты фрайкора схватили и забили ее. Тело бросили в ледяную воду. Но была ли она мертва, упав в воду и погружаясь в холод?
Изуродованный труп Розы Люксембург извлекли из Ландверского канала только через несколько месяцев. Жизнь в бегах, в тюрьме, под подпольными кличками Гракх или Спартак и псевдонимом Юний закончилась. В тот день пятнадцатого января 1919 года умерли не только Роза Люксембург и ее соратник по борьбе Карл Либкнехт, но умерла также их мечта о коммунистической Советской республике, мечта всей их жизни о победе рабочего класса.
Жизнь Розы Люксембург была полна конфликтов на всех уровнях. Эта низкорослая польская еврейка никогда не сдавалась, она была полна энергии, жажды жизни и желания действовать. Еще школьницей в родном городе Варшаве она присоединилась к запрещенным левым кружкам. Ареста ей удалось избежать лишь благодаря побегу в Швейцарию. Чтобы получить немецкое гражданство, Люксембург воспользовалась фиктивным браком и в 1899 году прибыла в Берлин. Она вступила в Социал-демократическую партию Германии и стала представителем левого партийного крыла. Преподавательница высшей партийной школы СДПГ с 1907 года, она задолго до Первой мировой войны начала борьбу против грозящей военной опасности. А после начала боевых действий обрушилась с критикой на установившийся в Германии так называемый гражданский мир, по которому все партии прекращали споры между собой на период ведения войны. Ее постоянно арестовывали. Между 1916 и 1918 годом из-за своей антивоенной агитации Люксембург много месяцев просидела в тюрьме.
В октябре 1918 года война для Германии была проиграна. Хотя ожесточенные бои еще продолжались, но силы центральных держав — Германии, Австрии и их союзников — были уже на исходе. Болгария капитулировала месяцем раньше, теперь сдавалась и Турция. Вновь назначенный немецкий кабинет под председательством принца Макса Баденского четвертого октября запросил перемирия. США, вступившие в войну в апреле 1917 года при президенте Вудро Вильсоне, потребовали демократизации Германии. Однако в самой Германии тем временем рухнул государственный порядок. В некоторых немецких гаванях матросы отказались выходить в боевой поход против Англии и взбунтовались. К ним присоединились рабочие. Император бежал из Берлина и нашел защиту в штаб-квартире армии в Спа. Вспыхнула Ноябрьская революция.
Роза Люксембург усмотрела удобный случай раз и навсегда смести старый государственный порядок и построить революционную социалистическую Советскую республику. Уже можно было пожинать первые плоды: образовались солдатские и рабочие советы. Но тут СДПГ заключило союз с высшим военным командованием и либеральными умеренными силами в разваливающейся империи. Фридрих Эберт стал имперским канцлером, и девятого ноября его товарищ по партии Филипп Шейдеман из окна рейхстага провозгласил Немецкую республику. Тем самым он в последний момент опередил Розу Люксембург и ее соратников. Потому что через два часа после Шейдемана Карл Либкнехт с крыльца Городского дворца объявил о создании «свободной Социалистической республики Германии».
Теперь с обеих сторон началась борьба за власть. К наступающему Новому году группировки, уже в начале войны отколовшиеся от СДПГ, основали Независимую социал-демократическую партию Германии, которая отказалась от какой-либо поддержки военного курса, а прочие левые группировки учредили Коммунистическую партию Германии. В январе 1919 года началось восстание «Спартака». Если Роза Люксембург и поддержала его, то только из партийной лояльности к основанному когда-то с ее помощью «Союзу Спартака». Самому восстанию она предрекала провал и оказалась права.
Осознавая опасность, которая ей угрожала, она тем не менее оставалась в Берлине, постоянно меняя места проживания. В своей последней статье, опубликованной четырнадцатого января 1919 года, Люксембург пишет: «Революция уже завтра громогласно поднимется снова и к вашему ужасу возвестит звуками труб: я была, я есть, я буду!» Днем позже ее нашли сыщики фрайкора, допросили, жестоко обращаясь с ней, и убили.
Самую известную фразу Розы Люксембург убийцы не могли знать. Пожалуй, и никто не жал ее. кроме самой убитой: «Свобода — это всегда свобода инакомыслящих». Эта фраза — заметка на полях рукописи. Текст под заголовком «Русская революция» был опубликован ее другом Паулем Леви лишь в 1922 году, следовательно, через много лет после ее смерти. Чтобы понять, что Роза Люксембург имела в виду под своим высказыванием, ибо оно и по сей день толкуется по-разному, нужно учитывать контекст, в котором она записала эти слова.
Революция для Розы Люксембург была единственным путем построения социалистического общественного строя. Это убеждение углубило пропасть между нею и СДПГ. Там все более утверждалась ревизионистская точка зрения Эдуарда Бернштейна, согласно которой смену капиталистического строя на социалистический можно осуществить и через парламентаризм. Однако прежде всего Люксембург вступила в конфликт с революционной точкой зрения Ленина. В отличие от него она не видела ограничений для революции и боролась за одновременные восстания в Польше, Германии и России. Ленинская концепция кадровой партии, жестко управляемой руководящей элитой, «авангардом рабочего класса», вызывала у нее решительное неприятие. Поскольку сама она была убеждена в том, что построение социалистического общества удастся лишь в том случае, если в этом процессе примет активное участие весь пролетариат. Ленин и большевики, заключала она, не пропагандировали диктатуру пролетариата, а использовали средства диктатуры, чтобы господствовать над пролетариатом.