Задолбанец (СИ), стр. 18

— За это спасибо тебе, князь! — Денис искренне поклонился своему покровителю, спина не перломилась.

— Службой отблагодаришь. Ступай. Пронька! К скотнику моему боярина отведи, пусть казну выдаст да в дом отведёт, какой я ему отделил.

Было странно слышать, что казной ведает не казначей, а скотник, но попаданец решил не поправлять князя — когда дают, надо брать, а не на ошибки указывать. Притом, что скотина по этим временам тоже капитал немалый. Чуть позже оказалось, что княжий скотник так зовётся, потому что скотницей заведует. А к скотнице Дениса не подпустили, именно так в эти времена зовётся казна. Век живи, век учись. Зато ему выдали на руки мешочек серебра, что не могло не радовать.

До дома до хаты Денис шёл в сопровождении того самого скотника и Микулы, чуть не приплясывающего от возбуждения. Вселялся попаданец в дом не по ордеру, для этого процесса оказалось достаточно устного повеления Болеслава. Ни тебе норм проживания на одно лицо, ни акта приёма-передачи объекта недвижимости, ни соседей по лестничной клетке.

Крепкий одноэтажный дом недалеко от центра без света, газа, централизованного отопления и иных подведённых коммуникаций радовал небольшим подворьем и полным отсутствием хоть какой-то зелени. Впрочем, тут нигде не имелось зеленых насаждений, ни вдоль улицы, ни за заборами. Сначала это показалось странным, а потом Денис допёр — пожара они боятся, вот и избавляются от всякого намёка на сухую траву и листья. Правда, выглядит от этой борьбы горд немного неприглядно. С другой стороны, для фруктовых деревьев во дворах слишком тесно, чай не село, не весь, не хутор, что может себе позволить раскинуться на сколько угодно гектаров.

— Вот что, Микула, ты муж башковитый, — слуга аж засиял от такой простой подначки, — сам сразумеешь, что в хозяйстве потребно. Обсмотри всё внимательно, да запомни,что требуется в первую очередь.

— Это мы могём, это да!

— Вот тебе второй мой приказ: как осмотришь дом, отправляйся к купцам или на рынок, мне всё равно. Твоё дело закупиться всем необходимым. И смотри, головой думай, что приобретать будешь.

— Это как? Куда смотреть?

— Смотреть, что покупаешь. Не себе, не князю, а как-то посерёдке. Уразумел, Микула?

— Ага, сейчас уразумел. Не брать, что невместно, не покупать, что не по степени.

— Молодец. С чего начнёшь?

— Дык, по-хорошему надо с лошадок начинать. Чтоб не в руках нести.

— Купцы сами принесут, скажешь куда.

— И то верно. А еще надо бы кухарку сразу нанять.

— Кухарку мне одному? — Слуга так посмотрел, что было понятно, кто в первую очередь будет «танцевать» ту кухарку'. — Бабу в услужение поищи, чтоб весь дом на ней был. А то тебя коли послушаю, у меня челяди будет как у князя, а ты над ней верховодом. Рано это всё.

— Истину глаголешь, боярин. Обмишулился я. Коней сам будешь искать?

Ну да, Денис у нас известный спец по лошадкам, да. Его максимум — отличить орловского рысака от першерона, а крестьянскую клячу от породистой лошади. Нет, у него было понимание общей добротности и здоровья коняшки, при взгляде на неё. А вот скрытые болезни, возраст, стати… Говорят, у внешне лоснящейся кобылы может иметься скрытая хромота, которую не выявишь, пока не погоняешь. Короче, он сам себе не стал бы доверять покупку лошадей, только говорить такое вслух нельзя — засмеют.

— Хорошего коня найти — это удача, его проще в бою обрести, чем на торгу. Так что бери пару, а лучше трёх из тех, что под седло пойдут. Только совсем уж квёлых не бери.

— Это да, это я с пониманием. — Микулу впечатлили слова его господина, что доброго коня можно выбить из-под врага, подход достойный. — Сёдла нужны.

— И сёдла, и всё для обихода. Злато-серебро не в кубышке должно, не в засолке. Но ты того, не транжирь мои монеты. Смотри, чтоб торговался как за жизнь свою! А я посмотрю, что выйдет.

Контролировать расходы на этом этапе Денис мог только так, надеясь на честность и опаску слуги и его здравый смысл. А легко и просто всё выходит только у героев книжек, к каковым он себя не относил.

Пока Денис осматривал свалившееся на него хозяйство, Микула исчез с небольшой сумой серебра. Они порешили, что коней и сбрую, если слуга найдет что-то подходящее, приведут на двор, чтоб боярин сказал своё веское слово и расплатился с продавцом или дал в рожу ему и слуге за попытку обмана. Денис чувствовал, что такое поведение будет правильным в данном обществе, он ощущал себя способным на такое и в моральном плане и в физическом.

Кондиции его тела явно стали выше обычных. Ворота своего подворья, которые он открывал с лёгкостью, были абсолютно не под силу Микуле. Они провисли на петлях и «встали» на землю. Вроде так себе ориентир — пожилой отставной дружинник, а всё ж признак. Тем более что, когда он приподнял створку и спокойно её перенес, распахивая для себя, поймал чуть ли не восхищённый взгляд слуги и задумчивый — скотника. А калитку он заметил уже потом.

Чердак оказался сухим, ледник тоже был, правда безо льда и с прошлогодней прелой соломой. Но главное, что был! Чуланы имелись в наличии, печь в доме занимала центральное место, одной стороной она смотрела на кухню, а другим большим боком вдавалась сразу в несколько комнат, обещая дарить тепло всему дому в холодное время года. Различные вьюшки и заслонки в разных её частях намекали, что в теле печи имеются дымоходы, позволяющие «переключать» в разные режимы: экономный для приготовления пищи и основной для обогрева дома. Удобно придумано, а как будет зимой, покажет время. Да, с временем Денис уже определился, была самая ранняя осень, даже еще не золотая, а зелёная.

Стойло для лошадей было пристроено к дому и не имело средств обогрева, Денису даже стало немного жалко своих будущих лошадок, не помёрзли бы. С другой стороны, у него есть кому контролировать этот момент, не боярское это дело, вникать во всякие мелочи. Или он ошибается? А вообще, какое дело боярское, кроме основного, проливать кровь за князя? И еще вопрос: обязательно проливать свою, или можно чужую? Да уж, ответы на все эти вопросы ему еще предстоит найти.

В это же время в княжьем тереме князь Дубовицкий сидел за столом с воеводой и княгиней, ведя беседу:

— Мне мнится, что этот задолбанец весьма разумный муж. Много пользы жду от него.

— Раз он тебе кажется таким умным, то и поручи ему то дело. — Явно заинтересованная Марфа без посторонних глаз не стеснялась влезать в вопросы управления княжеством.

— Ты про Змея? А что, какие-то новости сорока на хвосте принесла?

— Самую малость. Мне теперь ведомо, в каком лесу обитает то чудо.

— Болеслав, раз ты на боярина из моей дружины виды имеешь и разговоры разговариваешь при мне, дык может и мне пояснишь, что за дело, какой змей? — Воеводе тоже захотелось влезть в тайну двумя ногами.

— Бают люди, не так далече от наших мест поселился Змей летучий, вернее Змеюка волшебная. Слова доброго про неё не сказать, столь уродлива и страшна, выродок выродком.

— А то другие змеи не страховидлы!

— Погоди кривиться. Эта столь уродлива, что чую я, — запил свою новость медовухой князь, — её даже прочие Змеи сторонятся. Вот и живёт чудо-юдо одиночкою.

— А нам что с того?

— А того, что яйцо огнедышащего Змея, приготовленное особым образом, даёт волшебнику такую силу, что с тем же змеем спорить может. Как бы Марфе то яйцо пошло в пользу!

— А то можно и вывести змеёныша своего. Да? — И воевода героем посмотрел на князя и его жену, мол какой я умный.

— Не вылупится с той Змеюки яйца ничего, топтать её ни один Змей не согласится. Яйца, сказывают, несёт, да бесплодные.

— Это что за уродство такое должно быть, рога на заднице или восемь лап на спине? — Не поверил Ратмир Камень.

— Три головы у неё, знающие люди говорят.

— Ой! И что, все три огнём дышат?

— Того не знаем, врать не будем. А только думаю я, что на свойство яйца три головы не повлияют. — Тихо сказала Марфа. — Хочется думать.