Инженер из будущего. Книга третья (СИ), стр. 11

— Точно приедет? — спросил он.

— Точно. Телеграмма подтверждена.

— И что он из себя представляет?

— Учёный. Физик. Работает с кристаллами. Говорят, очень талантливый.

— Талантливые сейчас редкость.

— Поэтому мы и ждём.

Поезд остановился. Из первого вагона вышел невысокий сутулый человек в поношенном пальто, с чемоданом в руке. Ему было лет сорок, лицо уставшее, но глаза живые, внимательные.

— Олег Владимирович? — спросил Максим, подходя.

— Да, — ответил тот, пожимая руку. — А вы, видимо, товарищ Егоров?

— Он самый. Добро пожаловать в Красноярск.

— Спасибо, — Лосев огляделся. — Места у вас суровые.

— Зато танки делаем хорошие.

— Это я слышал.

Козырев подхватил чемодан, и они двинулись к машине. По дороге Максим кратко ввёл Лосева в курс дела:

— У нас есть восьмой цех, там работает молодой инженер Соколов. Он пытается создать современную радиостанцию для танков. Нужна дальняя, надёжная связь, без помех. Мы считаем, что ваши идеи с кристаллами могут помочь.

— Кристаллы, — задумчиво произнёс Лосев. — Да, я работаю с ними. Есть кое-какие наработки. Но это ещё не серийное производство.

— Мы доведём до ума.

Машина подъехала к заводу. Лосев вышел, оглядел цеха, трубы, дым.

— Внушительно, — сказал он.

— Пойдёмте, покажу.

В восьмом цехе их встретил Соколов. Он стоял у стола, заваленного схемами и деталями, нервно теребил в руках карандаш.

— Олег Владимирович, — сказал Максим, — это Соколов. Алексей. Он ваш будущий помощник.

— Здравствуйте, — Лосев протянул руку.

— Здравствуйте, — ответил Соколов. — Я много слышал о ваших работах.

— А я о ваших, — улыбнулся Лосев. — Показывайте, что у вас есть.

Соколов развернул схему. Лосев склонился, внимательно изучил.

— Интересно, — сказал он. — Но здесь проблема в усилении. Вы используете лампы, а они слишком громоздкие и ненадёжные.

— Мы знаем, — кивнул Соколов. — Но других вариантов нет.

— Есть, — Лосев подошёл к своему чемодану, открыл, достал небольшую коробку. — Вот. Кристалл германия. Это полупроводник. Через него можно усиливать сигнал без ламп.

— Без ламп? — Соколов не поверил.

— Да. Меньше вес, меньше габариты, выше надёжность.

Максим подошёл ближе.

— Сколько времени нужно, чтобы сделать работающий образец?

— Неделя. Если есть всё необходимое.

— Всё будет.

Они начали работать сразу же. Лосев и Соколов склонились над столом, паяльники, провода, осциллографы. Максим стоял рядом, не мешал.

К вечеру первый макет был готов. Они подключили его к антенне, настроили приёмник.

— Проверяем, — сказал Лосев.

Соколов нажал кнопку. Из динамика раздался слабый, прерывающийся шум. Голоса почти не было.

— Не работает, — сказал Соколов. — Сигнал слишком слабый.

Лосев поморщился.

— Кристалл не даёт нужного усиления. Придётся модифицировать схему.

— Менять что-то? — спросил Максим.

— Нет, схема правильная. Проблема в материале. Нужен более чистый германий. Или другой состав.

— Где его взять?

— В Ленинграде, — ответил Лосев. — Я знаю лабораторию, где делают такие кристаллы. Но это займёт время.

— Сколько?

— Месяц.

— Месяц — это много. Мы не можем ждать.

— Тогда будем искать здесь. Может быть, в других цехах есть что-то подходящее.

Максим задумался.

— Соколов, есть у нас где-нибудь старые детали, полупроводники?

— Есть. Но они низкого качества.

— Давайте попробуем.

Они начали искать. Облазили все склады, все подсобки. Нашли несколько старых кристаллов, покрытых пылью. Лосев проверил их, покачал головой.

— Нет, — сказал он. — Не то. Но можно попробовать другой метод.

— Какой?

— Сделать кристалл самим. Из свинца и серы. Это грубо, но может дать нужный результат.

— Сколько времени?

— Неделя.

— Делайте.

Следующие несколько дней Лосев и Соколов работали без передышки. Они плавили свинец, смешивали с серой, охлаждали, проверяли, снова плавили. Максим заходил к ним каждый день, приносил чай, хлеб, но не мешал.

— Ну как? — спросил он на третий день.

— Пока нет, — ответил Соколов. — Кристалл даёт сигнал, но очень слабый. Мы пробуем разные пропорции.

— Пробуйте.

На пятый день Лосев подошёл к Максиму.

— Товарищ Егоров, — сказал он, — мы на грани. Есть идея, как улучшить кристалл. Но нужно другое оборудование.

— Какое?

— Высокотемпературная печь. У вас есть такая?

— Есть, в четвёртом цехе. Возьмите.

Лосев и Соколов перенесли оборудование в восьмой цех. Начали экспериментировать с температурой. К концу недели они получили кристалл, который давал устойчивый сигнал.

— Работает! — сказал Соколов, глядя на осциллограф.

— Проверьте дальность, — ответил Лосев.

Они вышли во двор, установили антенны. Связь на пятьсот метров работала чисто, без помех.

— Теперь — на километр, — сказал Максим.

Установили вторую антенну за заводом. Связь работала. Шум был, но голос был слышен.

— Ещё, — сказал Максим.

На два километра сигнал был слабее, но не пропадал.

— Нормально, — сказал Лосев. — Для первой версии сойдёт.

— Молодцы, — ответил Максим. — Теперь серия, подготовьте необходимую документацию.

— Это займёт время.

— У нас есть время. До весны.

Они вернулись в цех. Максим подошёл к столу, посмотрел на схему.

— Олег Владимирович, — сказал он, — вы и Алексей сделали то, что не удавалось никому. Связь без помех, на километры. Это будет нашим главным секретом.

— Спасибо, — ответил Лосев.

— Теперь отдыхайте. Завтра продолжим.

Максим вышел на улицу. Ночь была тихой, звёздной. Он смотрел на заводские трубы, на редкие огни, и думал о том, как быстро меняется мир.

А в Европе всё ещё шла война.

Глава 6

Эшелон

Пятое октября тысяча девятьсот тридцать девятого года выдалось ясным, но холодным. Максим пришёл на завод затемно, как обычно, и первым делом направился в первый цех. Кошкин уже был на месте, командовал разгрузкой бронелистов. У стапелей стояли четыре готовых танка, пятый заканчивали, а на соседнем стапеле уже лежали детали десятого корпуса.

— Егоров! — крикнул Кошкин, увидев его. — Смотри, десятый закладываем!

— Десятый? — переспросил Максим, подходя ближе. — А я думал, только девятый.

— Девятый вчера закончили. Сегодня уже юбилейный десятый. Темп наращиваем. Работаем в три смены, люди не жалуются.

Максим обошёл стапель, проверил сварку, крепления. Всё было сделано качественно.

— Молодцы, — сказал он. — Готовы четыре готовых танка перегнать?

— да, готовы и ждут отправки.

— Сегодня перегоняем их во второй цех. Завтра у нас погрузка на платформы.

— А на Урал когда?

— Послезавтра. Ночью, чтобы никто не видел.

Кошкин кивнул и повернулся к рабочим.

— Слышали, товарищи? Четыре машины во второй цех! Начинаем перегонку!

Рабочие засуетились. Крановщики подняли машины, переставили их на тележки, повезли по цеху. Максим шёл следом, проверял, чтобы ничего не повредили. Во втором цехе их встретил Федотыч, уже приготовивший места для хранения.

— Сергеич! — крикнул он. — Куда ставить?

— В ряд, — ответил Максим. — Чтобы можно было подогнать платформы.

— Понял.

Танки установили в ряд, закрепили тросами, накрыли брезентом. Максим обошёл их, проверил каждое крепление.

— Хорошо, — сказал он. — Теперь у нас погрузка завтра.

К вечеру пришёл Козырев.

— Егоров, — сказал он, — я договорился с железной дорогой. Платформы будут завтра как и договаривались с тобой.

— А маскировка? — спросил Максим.

— Всё готово. Танки укроем брезентом, сверху положим доски, чтобы выглядело как лес.

— Хитро.

— Иначе нельзя.

На следующее утро, шестого октября, платформы подали к цеху. Максим лично руководил погрузкой. Танки поднимали кранами, ставили на платформы, крепили цепями. Каждая машина была укрыта брезентом, сверху набросаны доски и ветки.