Имя нам Легион. Том 33 (СИ), стр. 33

Новое бессмертное тело позволяло ему не волноваться о человеческих слабостях вроде еды, питья и сна. Единственной оставленной, по его мнению, «слабостью» оставался чай, Шмелёв потреблял его чуть ли не в промышленных масштабах.

Мой визит в лабораторию был неофициальным, я специально никого не предупреждал и попросил Андрея «стереть» меня с камер. Золотые искры повели меня мимо знакомого здания, где я когда-то общался с гениальным учёным, в новый научный квартал.

Для его возведения понадобились усилия тысяч строителей, одарённых и корейских андроидов. Совместными усилиями они в рекордные сроки закончили масштабный проект, объединивший десятки продвинутых автоматизированных лабораторий с самым современным оборудованием по земным меркам.

Спустя три уровня охраны, состоявшей из автоматических сканеров с турелями, гвардейцев-киборгов и одарённых, я оказался в святая святых земной корпорации «Легион» — главной научной лаборатории.

Увиденное разительно отличалось от моих представлений о науке. Школа и фильмы показывали нам примерно одинаковую картинку — небольшие залы, заполненные компьютерами, пробирками и непонятным громоздким оборудованием. На самом деле я оказался перед гигантским ангаром, заполненным всевозможными механизмами.

Сотни тонких манипуляторов, сварочных аппаратов, плазменных резаков и прочих инструментов работали над разного рода деталями, которые передавались левитирующим дронам. Они доставляли их на испытательные стенды, откуда нужный учёный или целая группа получали необходимые данные. Все расчёты проводились на серверах Андрея, надёжно спрятанных под землёй, а тут скорее мастерская. Но и здесь нашлось место для классических размышлений и учёных диспутов.

Самые горячие споры происходили в изолированных комнатах с мягкими коврами, креслами-мешками и разбросанными всюду подушками. В порыве эмоций мягкие снаряды летели прямо в лица упрямых оппонентов, и те не оставались в стороне. Некоторые предпочитали обсуждать космическую программу в бассейне с шариками, дарующими максимальное расслабление. Самые отчаянные любители экстрима перекрикивались в аэротрубе.

Любители классики восседали в старомодных кабинетах с загруженными книжными полками, с которых часто снимались необходимые справочники и пособия. Андрей рассказал, что их сделали специально для этих кабинетов, на искусственно состаренной бумаге под кожаными обложками содержались актуальные данные, добытые из другой вселенной.

Под такое важное дело мы выделили Легионеров с низким процентом совместимости. Из них получились неважные бойцы, зато им ничего не мешало ходить по рынкам разных планет или связываться с перекупщиками в поисках необходимых данных. Учёные часто делали конкретные заказы на информацию или какое-то оборудование, а «Центурия» всё это финансировала.

В рабочей горячке никто не заметил моего появления, учёные рассчитывали на многоступенчатую систему защиты, и не зря. Они каждый день проходили через всевозможные датчики, по договору им разрешалось пользоваться только заранее предоставленными телефонами, и буквально на каждом шагу торчала камера. Если сюда кто-то попадал, то он делал это с полного ведома вездесущего ИИ.

Я неспешно прогуливался между группами работающих учёных, инженеров и их помощников, стараясь никому не мешать. В стандартном комбинезоне без привычного официального костюма я воспринимался обычным охранником или курьером, мало кто всматривался в моё лицо.

Шмелёв-старший находился в дальнем углу просторного ангара, где за распахнутыми бронированными воротами располагались готовые прототипы. Несмотря на солидный возраст, седой старик вообще не знал усталости! Прямо сейчас он распекал нерадивого помощника, заказавшего не те детали. Судя по абсолютному спокойствию и чуть скучающему виду, он далеко не в первый раз переживал подобное.

— Сколько можно говорить, АДК-17, а не АДК-19! Это же настолько очевидно, как их вообще можно перепутать! Зачем я вообще тебя держу! С роботами проще, дал ему указание, он сделал! А ты… эх, заменить бы вас всех… всё, уходи, и не возвращайся без моего заказа! — Отмахнувшись от него, он развернулся ко мне с раскрытым ртом и резко захлопнул его, чуть не лишившись языка. — М-м-м! То есть… Ваше Сиятельство! Какими судьбами?

— Внезапная проверка, и хочу обсудить одну вещь. — Я нахмурился, глядя ему прямо в глаза. — Выглядишь растерянным, случилось что-то, о чём я не знаю?

— Нет! Ни в коем случае! У меня всё чётко, можете хоть весь день тут ходить, ничего не обнаружите! — учёный мгновенно позабыл о манерах, в голос вернулись ворчливые нотки. — Вам выдать проводника? Или мне самому сопровождать вас во время проверки?

— В который раз напоминаю — я не люблю «выканий», — настала моя очередь недовольно морщиться.

— И я в который раз отвечу на это — с вами, дворянами, лучше всегда оставаться настороже! Сегодня вы весьма доброжелательны к моей скромной персоне, а завтра отправляете в темницу за фамильярность! Я плаваю в этом море значительно дольше вас, молодой человек, меня не провести! — победно хмыкнув, он вдруг вспомнил, с кем говорит, и громко прочистил горло… — Итак, чего изволите, Ваше Сиятельство?

— Хочу послушать, над чем вы сейчас работаете. Под «вы» я имею в виду всех учёных, а не конкретно тебя.

— Кхм… собственно, взгляните своими глазами. На что это похоже? — Шмелёв поманил меня за собой, и мы прошли в соседний отсек, где размещались сверкающие прозрачные куполы, соединённые гибкими тоннелями.

— Лунная колония? Почему такой дизайн? — нахмурился я. Конструкция казалась мне крайне ненадёжной, на пробитие хватит одного удачного попадания плазмоида. — Я вроде бы достаточно чётко описывал требования.

— Не переживайте, Ваше Сиятельство, сейчас вы смотрите на наши фермы. Растениям необходим солнечный свет, заодно они превратятся в рекреационные комплексы. В случае нападения так называемых жуков они скроются под бронекуполами. Следуйте за мной…

Мы перешли в соседний ангар, используемый в качестве гигантского склада. Я так понял, куполы находились в лаборатории-мастерской, поскольку шла их финальная доработка. Готовая продукция перемещалась сюда.

Шмелёв не соврал, основные модули лунной колонии выглядели иначе. Они строились в форме цилиндров и по замыслу должны были быть утоплены в грунте, который обеспечит дополнительную защиту. В местах соединений нескольких модулей получались обширные прямоугольные пространства, и вместе они образовывали неплохой промышленный комплекс.

— Идея с гелием-3, Ваше Сиятельство, гениальна! Роботы и специальное оборудование позволят легко добывать его из лунного грунта и затем переносить контейнеры с газом к посадочной площадке, которая однажды превратится в космопорт! Слетать на Луну станет всё равно что отправиться на выходные в Сочи! — глаза учёного загорелись фанатичным огнём. Оседлав любимого конька освоения космоса, он забывал обо всём. — Наконец-то я дожил до этого момента! Наша первая колония! Гигантский рывок всего человечества!

— Она станет лишь промежуточным звеном. Лунная база предназначена для добычи топлива, и на ней мы проверим жизнеспособность наших колоний. Основное внимание должно быть сосредоточено на Марсе. — Я чуть было не приказал нанороботам создать объёмную голограмму, остановившись в последний момент. Шмелёв и так знает, как выглядит красная планета, думаю, она часто снилась ему по ночам. — Это задача номер один. Нужно переделать лунную колонию под местные условия, увеличить промышленные цеха. В идеале вообще построить полноценный подземный город, у нас должно хватить мощности…

— Чушь! Сначала нужно обеспечить надёжный плацдарм! Посадочные площадки, солнечные батареи, склады, шахты, ремонтные ангары, временные жилые модули! И лишь когда нам удастся нормально закрепиться на поверхности, можно приступать к рытью тоннелей! — пока Шмелёв-старший мысленно колонизировал Марс, я глубокомысленно кивал и думал о своём.

В принципе, он прав, не обязательно полностью уходить под землю. Снаружи можно оставить второстепенные здания и системы обороны, они точно привлекут жуков. Пускай высаживаются на безжизненную планету без нормальной атмосферы и капли биоматерии. Механические легионы окажут им достойный приём…