Ловушка для мастера (СИ), стр. 67

И, забегая вперед, ни разу об этом не пожалел.

Надо сказать, обряд связывания аур прошел для меня практически незаметно. В процессе мне не стало беспокойно, неприятно или тревожно. Напротив, я словно в мягкое облако окунулся. Забыл ненадолго обо всех проблемах и трудностях, которые были сейчас и которые еще только ждали нас в ближайшем будущем.

Все мои мысли в этот момент были связаны с Арли. Я ощущал все ее эмоции. Чувствовал ее каждой клеточкой тела. Не сомневался, что и она чувствует то же самое. И совершенно точно знал, что это уже навсегда.

В чем-то сам обряд оказался похож на создание кровных уз. Только ощущения вызывал намного более яркие, глубокие и на редкость сильные.

Собственно, я, наверное, мог бы даже пообщаться с Арли мысленно, как с родичами. А то, может, и вовсе позволил бы себе слиться с ней разумом полностью, как нередко делал это с Эммой. Более того, я хотел этого. Именно в таком состоянии мы могли бы объединиться во всех смыслах полностью и стать, что называется, одним целым.

Однако, хоть соблазн и оказался чрезвычайно велик, что-то меня от этого шага все-таки удержало. Поэтому в мысли девочки я не полез. И даже в воспоминания не стал заглядывать. Более того, точно так же не стала этого делать и она. Просто потому, что для первого раза это было слишком. И потому, что у каждого из нас, несмотря на обряд, должен был остаться какой-то личный уголок, свое собственное пространство и свои собственные границы, которые второй половинке не стоило нарушать.

Причем я осознал это буквально в последний момент, но не разумом, как обычно, а тем, что гораздо глубже. Сердцем, если хотите. Интуиция, наверное, подсказала. Меня никто этому не учил. А Арли — тем более. Тем не менее она, едва коснувшись моих эмоций, прекрасно меня поняла, поэтому мы все-таки сохранили некоторую дистанцию. Отступили. Не слились окончательно. Поэтому в конечном итоге каждый из нас остался сам собой. Сохранил свою прежнюю личность. И как только мы с Арли сделали шаг назад, я неожиданно понял, что обряд завершился. Более того, так же внезапно осознал, в чем заключается настоящая опасность подобного обряда. И искренне порадовался, что мы с Арли удержались от соблазна.

Когда же я открыл глаза и наткнулся на изучающий взгляд учителя, то понимающе хмыкнул.

А ведь он знал о рисках. И наверняка догадывался, что я как более сильный и опытный маг вполне мог бы поглотить личность девочки. Да и ее магию мог бы с легкостью перетянуть на себя. Тем не менее он ни о чем нас не предупредил, не предостерег. Сугубо потому, что нащупать границы дозволенного и договориться по их поводу мы должны были исключительно сами. И сами должны были понять, где нужно остановиться.

— Все в порядке? — несколько напряженно поинтересовался мастер мастеров, когда мы встретились взглядами.

Я быстро покосился на пришедшую в себя Арли, и та вместо меня быстро кивнула.

— Да, мастер. Мы вместе. Но при этом каждый сам по себе.

Хм. Забавно…

Подумал об этом вроде бы я, а вслух произнесла она. Однако неприятия это не вызывало. Напротив, в каком-то смысле нам стало даже удобнее. Хотя при этом мысли Арли я по-прежнему не читал. Ощущения в сравнении с тем, что было несколько сэнов назад, несколько приглушились. Но девочку я все равно чувствовал как часть себя. Понимал ее даже не с полуслова, а с одной только мысли. По-прежнему слышал отголоски ее эмоций. Поэтому мог легко понять, когда ей грустно или весело, радостно или, наоборот, тревожно. Причем, скорее всего, даже на расстоянии.

Странное, если честно, чувство.

Как будто «меня» вдруг стало двое.

И в то же время наличие этого «второго я» самым удивительным образом успокаивало. Оно давало понять, что я больше никогда не буду один. И создавало стойкое ощущение не просто кого-то близкого, а человека, который никогда не подведет, не предаст, кто по первому слову подставит плечо, а в случае необходимости поделится и силами, и магией и, если потребуется, отдаст за меня жизнь. Точно так же, как я без колебаний отдам жизнь за него.

— Хорошо, — спокойно отозвался мастер Майэ. — Понимаю, что вам желательно привыкнуть к новому состоянию, но у нас, к сожалению, не так много времени, поэтому осваиваться будете прямо в процессе. Арли, тебе ведь знакома техника работы с осознанными снами?

— Конечно, — без промедления ответила девочка.

— Тогда вы оба создаете общий сон и приглашаете в него меня. Связь не ослабляйте. Она вам сегодня понадобится.

Мы с Арли дружно кивнули. После чего, по-прежнему держась за руки, как дети на утреннике, одновременно закрыли глаза.

Собственно, для меня не составляло никакой проблемы уснуть в любой момент. Эмма (а с некоторых пор и модуль) легко решала эту задачу. Мастер Майэ, полагаю, тоже умел засыпать, когда ему нужно. Однако у Арли, как выяснилось, такого умения еще не было, поэтому мне пришлось ей немного помочь.

Эмму на этот раз я с собой не взял. Поскольку мы будем заняты и не сможем контролировать ситуацию в квартире, то ей придется за нами присмотреть. Ну и лэна Даорна оставлять без присмотра, разумеется, было нельзя, потому что модуль йорка для этой задачи откровенно не годился.

Создание нужного сна мы с Арли, не сговариваясь, тоже решили оставить на моей совести. Так было привычнее. Но я, как обычно, не мудрил и по старой традиции создал гостиную Даруса Лимо. Одновременно со мной туда пришла притянутая обрядом Арли, причем сейчас, раз уж мы связали ауры, она смогла до меня дотронуться и получила точно такие же права, как когда-то Эмма.

Ну а самым последним сюда явился мастер Майэ.

Более того, даже толком не оглядевшись и полностью доверяя моему сну, он сразу же прошел к единственной двери. Положил на нее морщинистые ладони. Немного постоял с закрытыми глазами, что-то там поколдовал, настроил. После чего нажал на дверную ручку, причем, насколько я видел, сдвинуть дверь с места ему удалось с некоторым трудом. А когда она открылась…

Хм.

Честно сказать, я еще ни разу не видел, чтобы за дверью царила кроваво-красная хмарь, да еще с таким насыщенным черно-багровым подтоном на заднем плане, словно там недавно случилось массовое жертвоприношение.

А еще я заметил, что внутри этой хмари были натянуты тонкие, белесоватые, чем-то напоминающие обычный целлофан перегородки. Причем натянуты не бессистемно, а радиально, как спицы в колесе. И шли от одной-единственной точки, которая спряталась где-то глубоко внутри. Между перегородками клубилась та самая кровавая хмарь. А вот что творилось внутри нее, было пока неясно.

При этом холода хмарь не источала. Визуально казалась достаточно рыхлой, то есть через нее наверняка можно было пройти. Тем не менее мастер Майэ, когда ее увидел, явственно помрачнел. После чего отступил от двери и знаком велел нам подойти.

— Что ты видишь? — осведомился он, когда я встал рядом.

Я пожал плечами и вкратце описал свои ощущения.

— А ты? — повернулся он к Арли, когда я умолк.

— Я вижу на некоторых перегородках пятна, — сообщила девочка. — Они темные. Как плесень. И есть вероятность, что именно в этих местах их можно попытаться разрушить.

— Уже хорошо, — слегка посветлел лицом мастер Майэ. — Сколько перегородок вы видите?

— Десять, — сказала Арли.

— Семнадцать, — спокойно признался я. — У меня спектр зрения шире.

— То есть у нас не просто закрытый сон, а сразу семнадцать вложенных снов и как минимум семнадцать жертв, сознание которых заперто внутри ловушек, — заключил учитель. — И все их вам нужно постараться взломать.

Я повнимательнее присмотрелся к творящемуся за дверью безобразию.

— Вы как проводники можете видеть структуру снов, — пояснил тем временем мастер Майэ. — Мне, к сожалению, это знание недоступно, поэтому я вижу только алую муть. То есть внешнюю оболочку сна. Тогда как внутренние… те самые ловушки для разума… остаются для меня невидимыми. По этой же причине воздействовать конкретно на этот сон я не могу. Да и войти в него мне не дано. В отличие от вас.