Поцелуй меня шёпотом (СИ), стр. 67
– Не легко, Ян… Совсем не легко… Прости… Ты не однодневка. Ты нужна мне. Такой, как ты, больше нет. Пожалуйста, Яна, – торопливо шептал он, поглаживая мои щеки большими пальцами.
Я тоже прикрыла глаза и покачала головой.
– Ты не стал меня слушать. Поехал к ней… Выбрал ее.
– Я не выбирал. – Я чувствовала его обжигающее дыхание на своих губах. – Я был пьяным и ничего не соображал…
– Это не оправдание, – еле слышно выдохнула я.
– Я знаю… Черт, знаю! – повысил голос Егор. Я открыла глаза и столкнулась с его наполненным отчаянием взглядом. – Я сотню раз пожалел об этом. Если бы я мог вернуть время вспять, то ни за что бы этого не допустил.
Я горько улыбнулась:
– Ты так целовал ее…
– Хватит, – выдохнул Егор, все еще удерживая мое лицо. – Прошу тебя. Я заслужил твою злость, заслужил твою обиду… Если бы ты не была мне нужна, я не стал бы тебя удерживать и не умолял дать шанс все исправить. Я никогда и никого не умолял… Но умоляю тебя…
Я молча смотрела в самые красивые на свете глаза и пыталась понять, почему я полюбила именно этого человека. Сломленного, вспыльчивого, сложного, но в то же время самого невероятного. За все время знакомства я стала свидетельницей десятков совершенных им ошибок и необдуманных поступков, знала его слабости, но все равно продолжала любить.
Я ласково прикоснулась к его лицу. Егор судорожно вздохнул. Несмотря на то, насколько сильно он меня обидел, я наслаждалась его дыханием на своих губах, его прикосновениями к моей коже, теплом от близости его тела.
– Почему я так сильно полюбила именно тебя? – тихо спросила я.
Егор пристально всмотрелся в мои глаза.
– Сам не знаю. Такой придурок, как я, не заслуживает такой, как ты.
– То, что ты придурок, это точно.
Уголки губ Егора дрогнули в неуверенной улыбке.
– Что я могу сделать, чтобы ты меня простила?
Я погладила его по щеке, и Егор подался к ней, с нежностью рассматривая меня.
– Не заставляй меня пожалеть о том, что я снова отдала тебе сердце.
Исаев покачал головой:
– Ни за что на свете. – Он прошептал мне прямо в губы: – Я лучше отдам тебе взамен свое.
А затем поцеловал меня так чувственно и ласково, что мне показалось, будто меня в считанные секунды вознесли на облака.
Я любила его слишком сильно. Так сильно, что даже страшно…
– А можно без вот того, чтобы опять хотелось сблевать?
Мы с Егором оторвались друг от друга и повернули головы в сторону выглянувшего из зала Вадима.
– Друг, ты уж определись – помирить нас хочешь или развести, – со смешком заметил Егор.
– Я всего лишь хочу однажды не застукать вас голыми, предающимися…
– Вадим! – окликнула его выглянувшая следом Юля. – Дай ты людям помириться нормально! Что ты как дед старый?
Вадим с возмущенным видом взглянул на свою девушку, а та лишь с невинным видом нам улыбнулась и, схватив его за шиворот, утянула обратно в зал.
Мы с Егором переглянулись и улыбнувшись друг другу, крепко обнявшись.
Глава 34. Егор
– Ребята, я собрал вас здесь по очень важному поводу.
Я обвел взглядом всех, кто смог приехать на место проведения гонок. Людей собралось прилично, но самое главное, что приехали двое героев сегодняшней встречи, пока еще не догадывавшихся о том, какая роль им отведена. Стояли на расстоянии друг от друга, делая вид, что их ничего не связывает. Сраные лицемеры.
Рядом со мной в качестве поддержки находился Вадим. Яну я звать не стал, чтобы не расстраивать.
– Повод исключительный, такого у нас еще не было, – объявил я присутствующим и остановил взгляд на стоявшем в первых рядах Кучере. – Денис, можно тебя попросить выйти сюда?
Человек, которого все это время я считал другом, с озадаченным видом отделился от толпы и подошел ко мне.
Я посмотрел ему прямо в глаза и громко произнес, так, чтобы слышали все:
– Я предъявляю тебе формальную «черную карту». С сегодняшнего дня тебе запрещено принимать участие в гонках и появляться здесь.
По толпе присутствующих пронеслись шепотки. Представляю, какой для них это был шок. Вечная троица Исаева, Макарова и Кучера распалась.
Денис пристально смотрел на меня в ответ. Уже тише я добавил:
– Думаю, ты понимаешь, по какой причине.
Посверлив меня еще немного взглядом, Кучер кивнул.
– Буду крайне признателен, если ты больше не будешь попадаться мне на глаза, – все так же негромко сказал я.
Денис бросил взгляд на стоявшего позади меня Вадима, еще раз кивнул и, развернувшись, исчез среди остальных ребят.
– Аля Сизова! – вновь повысив голос и заглушая поднявшиеся обсуждения, позвал я.
Сизова, явно обеспокоенная участью Кучера, неуверенно шагнула вперед.
Равнодушно глядя на нее, я начал:
– Я предъявляю тебе формальную «черную карту». С сегодняшнего дня…
– Да почему? – истерично взвизгнула Аля, перебивая меня. – Кто дал тебе право так поступать со мной?
Мой ответ был четким и категоричным:
– Я.
Все взгляды обратились к Сизовой, ожидая ее реакции.
– Решил выставить меня посмешищем на глазах у всех? Доволен? Получаешь удовольствие?
– Аль, прости, но сейчас посмешищем выставляешь себя только ты, – подал голос Вадим. – Денис хотя бы ушел с достоинством.
Сизова покраснела и яростно закачала головой.
– Самовлюбленные уроды! – выкрикнула она. – Что Исаев, что Макаров! Считаете себя дохрена важными?
Я продолжал спокойно наблюдать за разворачивающимся представлением. Аля обратилась к остальным:
– И вы просто позволяете им себя так вести? Публично унижать человека?
– Если ты прямо сейчас не закроешь рот и не исчезнешь, я начну унижать тебя по-настоящему, рассказав всем, из-за чего принял такое решение, – процедил я.
Сизова с ненавистью взглянула на меня покрасневшими глазами.
– Мразь, – прошипела она. – Ты – конченая мразь…
Договорить ей не дал вдруг появившийся рядом Кучер, который, как я думал, уже успел уехать. Денис подошел к ней и, обняв за плечо, потянул на себя.
– Пойдем, Аль, – донеслось до меня.
Сизова не отрывала от меня полного презрения и ненависти взгляда до тех самых пор пока Денис не увел ее.
Когда шокированные слушатели вновь обратили внимание на меня, я заявил:
– Также «черная карта» объявляется Илье Суворову. Уверен, здесь есть те, кто с ним знаком, поэтому прошу передать ему.
Я чувствовал общий полный непонимания настрой, а потому добавил:
– Я уже сказал, что повод сегодня исключительный. За все время существования наших гонок подобного еще не было. Думаю, что больше и не будет. А пока – всем спасибо за внимание.
– Ты прям как настоящий вождь, – похлопал меня по плечу Вадим когда мы подошли к Боссу и Пуле.
Я невесело усмехнулся:
– Надеюсь, в первый и последний раз.
– Все прошло супер, я тобой горжусь, – глядя мне в глаза, искренне сказал Макаров.
Теперь настала моя очередь хлопать его по плечу:
– Спасибо, друг. Для меня это очень важно.
***
Мне кажется, я ни разу так сильно не волновался даже ни перед одной гонкой, как перед тем, чтобы отвезти сегодня Яну в свое излюбленное место на парковке за городом.
Я специально выбрал вечернее время – когда закатные розовато-оранжевые солнечные лучи пробиваются сквозь редкие облака и накрывают землю теплым светом. Мне хотелось поделиться этой красотой с Яной. Теперь мне хотелось делиться с ней всем.
С момента нашего «разбора полетов» прошло почти три недели. И это были восхитительные недели, каждый день из которых я старался проводить с Макаровой. Мы гуляли, катались на мотоцикле, ходили по кафешкам и… занимались сексом. О да, мы очень много занимались сексом. И я был безмерно этому рад, потому что мне было катастрофически мало Яны. Я стал гребаным наркоманом, зависимым от ее голоса, запаха, влюбленных взглядов и нежных прикосновений.