"Зарубежный детектив 2026-18". Компиляция. Книги 1-11 (СИ), стр. 871
Криминальная статистика 2007 года была удручающей. Обвинение в убийстве предъявлялось прокуратурой 674 раза, обвинение в поджоге – 402 раза, обвинение в сексуальном насилии – 4052 раза. Большинство обвиняемых в этих преступлениях были признаны виновными.
После совещания Квон Ирён вернулся в Сеул. Меньше недели спустя ему позвонил криминальный эксперт из полицейского отделения Согвипхо:
– Мы его поймали!
– Подробности потом, но скажите, где он живет? – спросил Квон Ирён радостно взволнованного собеседника.
Оказалось, что временная постройка, служившая пристанищем преступнику, находилась на территории сада, расположенного всего в пятидесяти метрах от дома семьи Ян Чисын. Профайлер был совершенно прав в своем предположении.
Дом семьи Ян Чисын стоял среди таких же других. Через квартал находились начальная школа и супермаркет. А с другой стороны – мандариновый сад. Труп девочки был обнаружен неподалеку.
После совещания с Квон Ирёном детективы поступили именно так, как предлагал профайлер. Они снова наведались в родные места девочки и, беседуя с жителями, каждый раз сообщали, что преступление совершил кто-то из местных. Также было проведено несколько повторных допросов. На Чеджудо говорят, что любой местный житель состоит в родстве с остальными, пусть и весьма отдаленном. В небольшом сообществе Сохондона, не превышавшем десяти тысячи человек, новости распространились молниеносно.
Тогда же полиция повторно навестила временную постройку на территории мандаринового сада рядом с домом девочки. Именно там, как вскоре выяснилось, обитал преступник, нанятый следить за садом. В марте он сообщил полиции, что в указанное время спал, и, поскольку улик против него не имелось, его отпустили. Теперь же его попросили приехать на следующий день в отделение полиции Согвипхо для проверки на полиграфе.
Преступник занервничал, испугавшись, что детективы обнаружат тело девочки, спрятанное им на свалке бытового хлама рядом с его жилищем. Ночью того же дня он начал копать во дворе яму, намереваясь захоронить труп. Земля оказалась неожиданно неподатливой, и, забеспокоившись, что кто-нибудь заметит его за этим занятием, преступник отказался от своего плана и засыпал неглубокую яму дорожным грунтом.
Детектив, прибывший на следующий день, чтобы сопровождать мужчину в полицейское отделение, сразу заметил странное изменение: во дворе у временной постройки недавно копали. Вряд ли хозяин затеял ремонт. Детектив вспомнил слова Квон Ирёна: «Рядом с местом исчезновения девочки скоро произойдет что-то необычное. Я не могу предсказать, что именно, но это, несомненно, будет иметь отношение к преступнику».
Проверив засыпанную яму и не обнаружив труп, детектив вызвал оперативную группу с разыскными собаками. Одна из собак залаяла возле свалки, на которую относили отслужившую бытовую технику. Там и было найдено тело девочки. Хозяин Сон Ючхоль (имя изменено), вернувшись домой, сразу же сознался в преступлении.
По словам Сон Ючхоля, в свои почти пятьдесят лет имевшего многочисленные судимости, в том числе за покушение на растление несовершеннолетней, произошло следующее. Около пяти часов вечера 16 марта он увидел, как Ян Чисын вышла из автобуса и направилась домой. У него моментально сложился план.
– Ты ведь умеешь писать? – обратился он к девочке. – Я так и не научился. Можешь написать для меня кое-что?
Он отвел Ян Чисын к себе, включил телевизор, и некоторое время они вместе его смотрели. Но затем он набросился на девочку и изнасиловал ее. Было около семи вечера, когда все закончилось. Он заставил девочку принять пять таблеток снотворного и убил ее. Труп засунул в мешок, который отнес на свалку неподалеку от своего жилища. Все следующие дни Сон Ючхоль наблюдал за поисками.
Некоторое время спустя преступник сообщил младшему брату, который проживал в тех же местах, что собирается переехать. Как выяснилось в ходе расследования, переезд откладывался только из-за того, что Сон Ючхоль искал возможность забрать мертвое тело с собой.
Таким образом, полиция едва успела. Если бы не стратегия, предложенная Квон Ирёном, преступник мог скрыться и дело об исчезновении Ян Чисын, скорее всего, не было бы раскрыто.
В мае профайлер вновь прилетел на Чеджудо. Незадолго до официального предъявления обвинения он встретился с преступником. В тот день бушевал штормовой ветер и лил дождь.
Квон Ирён заранее обдумал грядущий разговор. Он решил начать с вопроса, который часто задавал другим преступникам и ответ на который хорошо раскрывал характер собеседника: «Вы знаете, в чем вас обвиняют?»
Ответы на этот вопрос можно условно разделить на три типа. Некоторые преступники прибегают к кратким формулировкам Уголовного кодекса, другие более многословно объясняют произошедшее, а в ответе третьих заметно оправдание своих преступных действий. Сон Ючхоль относился к последним.
Разговор не отнял много времени. Сон Ючхоль признался в проблемах с эрекцией. Это заставило профайлера вспомнить дело об изнасиловании и убийстве четырехлетней Чиён. Преступник Чо Хёнгиль тоже страдал от комплекса неполноценности и не поддерживал отношений с женщинами своего возраста.
В 2001 году, когда была убита Чиён, Квон Ирён только начинал заниматься профайлингом. Шесть лет спустя отточенные профессиональные навыки позволили ему остановить серийного убийцу Чон Намгю. Все эти годы Квон Ирён не прекращал интересоваться исследованиями в области сексуального насилия над детьми. Он знал, что значительное количество насильников имеют тот или иной физический дефект, из-за которого у них развивается комплекс неполноценности. Ему также было известно, что такие преступники склонны к сексуальным фантазиям о детях. Своих жертв они часто выбирают среди знакомых им детей.
Среди сексуальных насильников много внешне непривлекательных мужчин. Как правило, их отвергают женщины, поэтому они самоутверждаются за счет детей. Страх быть отвергнутым превращается в персональный кошмар, но дети не предъявляют требований, и насильник чувствует себя намного увереннее. Механизм сексуального преступления в отношении детей запускается извращенными фантазиями, которые постепенно воплощаются в реальность.
«Растлители детей должны быть изолированы от общества. Такие преступники зачастую интровертны и являются хроническими неудачниками, что и обусловливает появление извращенных наклонностей. Характер и наклонности изменить нелегко. В большинстве случаев растлители рано или поздно становятся убийцами. Они практически никогда не останавливаются по собственной воле. Обычная судебно-исправительная система по отношению к ним неэффективна, для них должны быть разработаны специальные коррекционные программы», – считает Квон Ирён.
Пример Сон Ючхоля подтверждает слова профайлера. В двадцатилетнем возрасте Сон, работавший на стройке, получил травму позвоночника, после чего возникли проблемы с эрекцией. Тюремный срок за покушение на растление несовершеннолетней не изменил преступника, напротив, он вышел на свободу еще более озлобленным и готовым к насилию.
Квон Ирён не отрицает, что в работе над этим делом ему помог опыт, приобретенный в 2001 году, когда профайлер впервые столкнулся со случаем сексуального насилия над ребенком. «У детективов из Согвипхо не было необходимого опыта. Раньше им не приходилось расследовать сексуальные преступления в отношении детей. Кроме того, они не обладали знаниями о сексуальных насильниках и поэтому не умели правильно построить допрос. Годами занимаясь серийными преступлениями и объезжая полицейские отделения страны, я понял одну вещь. Часто случается так, что полиция допрашивает преступника среди прочих свидетелей, но затем отпускает его. Если не уметь задавать правильные вопросы, преступник уйдет безнаказанным».
Как правило, Квон Ирёну удавалось ладить с детективами, ведущими расследование. Выходец из простой семьи, работавший дорожным строителем, чтобы оплачивать лечение матери, служивший в армии и в итоге ставший полицейским, он понимал их как никто другой. Он умел говорить на их языке, и общение с ним никогда не напоминало лекцию высоколобого магистра психологии.