"Зарубежный детектив 2026-18". Компиляция. Книги 1-11 (СИ), стр. 402

Ландвер позвонил своим офицерам и передал им то, что ему известно.

Закончив разговор, он быстро сделал еще один звонок, связавшись с Полом Дотсоном, своим бывшим партнером по отряду «Охотники за привидениями» из полицейского управления Уичито, ныне вышедшему в отставку и работающему начальником полиции в Государственном университете Уичито.

– Приезжай немедленно, – сказал Ландвер.

Дотсону показалось, что вид у Ландвера в больничном коридоре был такой же растерянный, как в тот день одиннадцать лет тому назад, когда умер его отец. Ландвер подвел Дотсона к лестничному пролету, сунул ему в руки листок с посланием и наблюдал. Дотсону хватило одного взгляда на подпись BTK и фотографию украденных у Вегерле водительских прав, чтобы волосы у него на затылке встали дыбом.

– И что нам делать? – спросил Ландвер.

Кто-то направлялся к лестничному пролету. Дотсон и Ландвер обменялись взглядами, быстро отошли друг от друга и убедились, что руки у них находятся в зоне видимости. Внезапно они почувствовали смущение – им бы не хотелось, чтобы кто-нибудь подумал, что двое взрослых мужчин делают что-то подобающее на больничной лестнице. Они едва не рассмеялись.

– Так что нам делать? – повторил свой вопрос Ландвер.

Дотсон ощутил сострадание к Ландверу – и благодарность. В поворотный момент своей карьеры Ландвер обратился за помощью именно к нему.

Дотсон быстро начал говорить:

– Мир, каким ты его знаешь, для тебя закончился.

Он начал составлять список того, что понадобится Ландверу: деньги, машины для детективов, удаленный штаб для новой оперативной группы для устранения утечек в СМИ. В полицейских управлениях, как и в любой другой организации, есть служебная политика, зависть и сплетни. Ландверу и его опергруппе необходимо покинуть городскую ратушу.

Пришло время реализовать стратегию, которую «Охотники за привидениями» разработали двадцать лет назад: общаться с BTK через средства массовой информации, играть с его эго, заставлять его совершать ошибки, раскрывающие его личность. Для обращения к BTK с экранов использовать одного и того же человека.

– Но только ни в коем случае не ты, – предупредил Дотсон. – Ты не можешь одновременно вести расследование и быть переговорщиком. Ты просто сломаешься от такой нагрузки.

Сказав это, он посмотрел на Ландвера. То, что он увидел, заставило его остановиться. Ландвер больше не выглядел потрясенным – он выглядел решительным. Было ясно, что Ландвер намеревался заниматься всем одновременно.

– Смотри, – холодно сказал Дотсон. – Не моя работа – говорить то, что ты хочешь услышать. Моя работа – говорить прямо. Ты не можешь заниматься одновременно и тем, и другим.

Ландвер просто смотрел на него.

Дотсон собрался уходить.

Ему было почти плохо от беспокойства за Ландвера. Он знал, насколько тот умен, но к тому же знал, что его друг постоянно сомневается в себе и умело маскирует глубокую потребность в любви. Он знал, как сильно переживает Ландвер каждую свою неудачу. Теперь весь мир будет наблюдать за Ландвером, который в открытую вступит в схватку с затаившимся монстром, рискуя не только своей шкурой, но чужими жизнями и карьерами.

В одном они сошлись, когда смогли немного успокоить нервы: это письмо – улыбнувшаяся им удача.

Едва Дотсон ушел, Ландвер стал вбивать в телефон номера.

Возможно, этот ублюдок дал им ключ к собственной поимке.

Расспросив капитана Хейнса о странном письме, Лавиана вернулся в редакцию, чтобы поработать над другими новостями.

Зазвонил телефон.

– Это Херст, – ответил он.

– Это Келли Отис.

– Что такое?

– Мне нужно два дня. – Отис оставил слова висеть в воздухе.

До Лавианы не сразу дошло, что он сейчас услышал.

– Что?

– Мы спрашиваем, можете ли вы дать нам два дня, прежде чем печатать что-либо в газете.

О чем он вообще? Должно быть, о том письме. Может быть, оно представляет огромную важность. А может, копы просто осторожничают. В любом случае все это странно.

– Ничего не могу обещать, – сказал Лавиана.

Ответ Отиса прозвучал вежливо, но загадочно:

– Дайте нам столько времени, сколько сможете, чтобы мы успели подготовиться.

«К чему подготовиться, – размышлял Лавиана, – что они готовятся сделать?»

– Сделаю что смогу, – ответил Лавиана.

– Отлично. – Отис завершил разговор.

Лавиана встал и оглядел комнату. Нужно будет объяснить все редакторам. Намечается что-то интересное.

Возможно, убийца Вики Вегерле водил за нос прессу и полицию. Возможно, он хотел, чтобы все считали его BTK.

Возможно, это и был BTK.

Хотя нет.

Он в это не верил.

Ландвер позвонил в отдел поведенческого анализа ФБР в Куантико, штат Виргиния, и попросил разрешения поговорить с криминалистом. Он обнаружил, что разговаривает с Бобом Мортоном, поведенческим аналитиком, с которым прежде не был знаком. В тот момент Ландвер этого не знал, но Мортон станет ключевым игроком в оперативной группе, которую он сейчас в спешке формировал. Мортон – худой, мускулистый и лысеющий, бывший полицейский штата ростом более шести футов – изучал серийных убийц в течение многих лет. Его работа состояла не только в том, чтобы предсказывать их преступное поведение, но и в том, чтобы суметь заставить их совершить ошибку. Мортон предложил ту же стратегию захвата BTK, которую Ландвер и «Охотники за привидениями» применяли много лет назад. Теперь же он помог отточить тактику:

В течение первого безумного дня Ландвер и представительница полиции Джанет Джонсон постоянно обращались к Мортону, чтобы подготовить презентацию для шефа Уильямса и его штаба.

Ландвер гадал, кого они выберут переговорщиком с BTK. Должно быть, именно его. Он знал, что Синди это не понравится. Как он мог гарантировать ей и Джейку безопасность или обещать, что BTK не откроет на него охоту? Но Ландвер считал, что так будет правильно. Он следил за BTK последние двадцать лет, прочел сотни новостных сводок и знал, как подать их правильно.

Была еще одна причина, по которой он решил сделать это сам. Он не хотел подвергать риску кого-либо еще.

Ландвер позвонил еще одному «охотнику за привидениями» в отставке. Пол Холмс – коротышка пять футов ростом, 148 фунтов весом, с острым носом и соломенного цвета волосами – эти четыре года с момента отставки занимался тем, что клал кирпичи со своим братом Ларри. Но он до сих пор совершал пробежки на шесть миль по три раза в неделю по причине данной сгоряча клятвы никогда не подводить других патрульных, оказавшись не в форме в гуще драки. С 1980 года у него сохранилось пулевое ранение, а у бедра всегда имелся «глок» сорокового калибра. И он все еще лично работал над делом BTK, изучал документы, пытаясь отыскать что-нибудь, упущенное всеми.

– Он вернулся, – сказал Ландвер.

Холмс глубоко вздохнул, не спрашивая, кто этот «он».

Он задал единственный вопрос:

– Я могу как-нибудь помочь?

Как и Холмс, директор Канзасского отделения Бюро расследований, Ларри Уэлч, был другом Ландвера. У Уэлча на работе хватало собственных проблем: КБР, которое боролось с преступностью по всему штату и обеспечивало головные офисы и полицейские управления специалистами и экспертами, годами вело дорогостоящую кампанию против самого страшного наркотического бедствия со времен крэка. По всему сельскому Канзасу объявились сотни производителей метамфетамина, создающие нелегальные лаборатории в домах, заброшенных сараях и бараках. Они крали пропан, безводный аммиак и другие опасные ингредиенты и использовали их, чтобы превратить обычное лекарство от простуды в дешевый уличный наркотик.