"Зарубежный детектив 2026-18". Компиляция. Книги 1-11 (СИ), стр. 340

Хэлпин не согласился. Он не хотел никаких задержек, а опрос присяжных только разбередит их эмоции. Тайнан решил вызвать старшину присяжных и узнать его мнение об их способности вести беспристрастное обсуждение.

Вызвали Формана Родригеса, и Тайнан спросил его о способности присяжных продолжать обсуждение. Родригес, усатый мужчина с очень черными волосами, сказал:

– Я чувствую, что все немного успокоилось, и сегодня мы, скорее всего, сможем продолжить.

– Кажется, что все они в состоянии исполнять свои обязанности присяжных? – спросил судья.

– Верно. Кажется, все это у них уже в прошлом.

– Я рад это слышать, – провозгласил Тайнан с явным вздохом облегчения и велел пригласить присяжных. Он объявил, что собирается продолжить судебное разбирательство. Он посмотрел на стол защиты и сказал:

– Если есть возражения со стороны защиты, я готов их выслушать.

Ричард наклонился вперед и сказал:

– У меня есть возражение. Я думаю, что это полный трындец.

Подошел судебный пристав. Пресса, не зная, что выкинет Ричард, наклонилась вперед. Даниэль успокоил Ричарда и сказал Тайнану, что защита категорически возражает против продолжения обсуждения дела этим составом жюри.

Тайнан постановил, что они продолжат рассмотрение дела этим составом жюри, Ричард хмуро посмотрел на судью и нервно заерзал на стуле, звякнув цепями. Судья сказал присяжным, что позволяет им продолжить обсуждение, и зачитал им подготовленное заявление, с просьбой вычеркнуть из памяти убийство мисс Синглтери. Он повторил, что ее смерть не имеет с судом ничего общего, и рассказал им о Джеймсе Мелтоне, его самоубийстве и записке.

В 10:45 жюри возобновило обсуждение.

23 августа должно было состояться рассмотрение ходатайства защиты об опросе присяжных. Даниэль сказал суду, что Ричард категорически не хочет присутствовать, добавив, что не сможет контролировать Ричарда, если того заставят явиться в суд.

Судье это не понравилось. Он не позволит Ричарду Рамиресу запугать себя на завершающем этапе. Он сказал Даниэлю, что Ричард обязан присутствовать:

– Я не хочу играть в эти игры. Я действительно ценю проделанную вами выдающуюся работу по контролю над ним. Если он захочет вести себя как придурок, на этот раз мы сами сможем с ним справиться.

Ричарду приказали покинуть камеру в суде. Его вывели в окружении нервных судебных приставов, и он с нескрываемой злобой уставился на Тайнана, а губы шевелились в беззвучных ругательствах.

– Эй, мужик, я не хочу здесь находиться. Ты не понимаешь? – сказал Рамирес, садясь.

– Понимаю, – сказал судья.

– Тогда в чем проблема?

Судья проигнорировал Рамиреса и спросил Даниэля, хочет ли он слушаний своего ходатайства об опросе присяжных. Даниэль ответил утвердительно. Тайнан постановил, что прокуратуре будет дано десять дней на подготовку к рассмотрению ходатайства, и предложил тридцать первое число в качестве даты для выслушивания аргументов сторон.

Ричард крикнул:

– Я больше сюда не вернусь. Вы понимаете? Этот суд – издевательство, гребаное дерьмо… кусок дерьма.

Пока Ричард кричал, его окружили четыре судебных пристава, подхватили и вывели из зала суда.

Присяжные, зрители и пресса с удивлением переглянулись. Очень отрезвляющим было увидеть Ричарда с вздутыми венами на шее, искривленным в злобной, звериной гримасе лицом и тщетно хватающимися за воздух огромными скованными цепями руками.

Судья откашлялся. Хэлпин сказал, что будет готов ответить на ходатайство защиты тридцать первого числа. Даниэль согласился.

На совещании в кабинете судьи Даниэль повторил, что, если Ричард будет вынужден присутствовать на слушании тридцать первого числа, возникнут проблемы – он был непреклонен в своем нежелании. Даниэль сказал, что он вне себя из-за продолжения процесса после того, как одна из присяжных застрелена. Ричард подпишет отказ от присутствия.

Тайнан не видел причин не удовлетворять эту просьбу. Он знал, что Рамирес очень неуравновешенный, и не хотел с ним связываться. Он согласился, что Рамирес не обязан присутствовать тридцать первого числа, и разбирательство вернулось в открытый суд. Привели Ричарда: теперь он был сдержаннее и вежливо сказал «да», когда судья спросил, отказывается ли он от своего права присутствовать в суде во время слушаний.

Заседание тридцать первого числа о ходатайстве по опросу присяжных Ричард слушал через громкоговоритель в камере в суде, которую он так презирал. Кларк повторил позицию защиты. Обвинение поддерживал Йохельсон, заявив, что убийство мисс Синглтери произошло две недели назад. Не имело смысла вновь и вновь обсуждать трагедию и ворошить прошлое – после того как присяжные явно сумели вычеркнуть все из памяти.

Тайнан сказал, что, по его мнению, было бы фатальной ошибкой позволить защите расспрашивать присяжных о смерти Синглтери, и отклонил ходатайство.

Расхаживая взад и вперед по своей камере, Ричард проклинал судью и кричал тюремщикам, что суд – это издевательство, плевался, ругался и пинал прутья.

Даниэль сообщил суду, что Ричард также отказался присутствовать на рассмотрении второго ходатайства, которое назначено на 5 сентября. Судья сказал, что все будет в порядке, но ему придется подписать еще один отказ.

Заместитель начальника тюрьмы попросил беседы с судьей и сказал Тайнану, что Ричард ругался, кричал и заявил, что будет драться, чтобы не позволить заместителям шерифа доставить его в суд.

Тайнан объявил, что по соображениям безопасности ответчик подпишет отказ 5 сентября. Совещания присяжных продолжились.

5 сентября, когда Рамиреса привели в суд, он был смирен. Дорин сидела на своем обычном месте, ее глаза были прикованы к нему. Зал был набит до отказа. Рамирес подписал документ об отказе и был доставлен в камеру в здании суда.

Защита решила добиваться аннуляции судебного процесса на основании нескольких пунктов: первый – убийство Синглтери, второй – у заменившей ее присяжной, Мэри Эррера, два брата служили в правоохранительных органах и были застрелены. Первоначально она этот факт не упомянула.

Судья отказался назначить новое судебное разбирательство, заседание суда было закрыто, а совещания присяжных продолжились.

14 сентября был созвано заседание суда по делу Артуро Эрнандеса. Ему приказали звонить в суд ежедневно, но с шестого по четырнадцатое он не звонил. Судья Тайнан обвинил его в неуважении к суду и выписал ордер на гражданский арест с залогом в 5000 долларов.

Восемнадцатого Артуро явился в суд. Тайнан отругал его за нарушение обещания звонить. Никаких оправданий он слышать не хотел и просто хотел от Артуро признания вины. Адвокат заявил, что виновен. Приговор Тайнана был – штраф на 2400 долларов или двадцать четыре дня тюрьмы. Он дал ему срок до 24 сентября, чтобы найти деньги. Затем судья приговорил Артуро к однодневному тюремному заключению по обвинению в неуважении к суду 1 сентября.

Глава 53

20 сентября в 10:50 присяжные объявили, что вынесли вердикт – единогласным решением. Вызвали Даниэля Эрнандеса и Рэя Кларка, привезли из тюрьмы Ричарда. Он отказался переодеваться в костюм и был в тюремной одежде. Зал суда заполнила пресса. Все телекомпании прервали трансляции для объявления о вынесении вердикта.

В 14:12 все собрались в переполненном зале суда. Каррильо и Салерно сели на свои обычные места. Кларк сказал судье Тайнану, что Ричард не хотел присутствовать при оглашении вердикта. Хэлпин сказал, что хочет, чтобы он был.

Тайнан отказался приковывать руки Ричарда цепью к кандалам, когда тот будет выслушивать вердикт. Было бы нехорошо выставлять его перед жюри в таком виде до стадии определения меры наказания. Он постановил, что Ричард мог выслушать решение присяжных из камеры в здании суда, сославшись на дело «Девятый округ Калифорнии против Спейнира». Он расспросил Ричарда для протокола, четыре раза задав ему вопрос, отказывается ли он от своего права присутствовать при оглашении вердикта, и каждый раз Ричард отвечал «да». Он подписал отказ и был доставлен обратно в камеру.