"Зарубежный детектив 2026-18". Компиляция. Книги 1-11 (СИ), стр. 339
Он сказал, что связал Ричарда с кроссовками «Авиа Аэробик» и всеми местами преступлений, где были обнаружены их следы. В конце дня Хэлпин сказал, что он закончил, удовлетворенный тем, что сделал все, что в его силах.
После того как присяжные ушли, Кларк спросил Тайнана, сможет ли Даниэль на время обсуждения присяжных покинуть город. Тайнан спросил Ричарда, нет ли у него возражений.
– Ничего страшного, если он уедет, – ответил Ричард, и суд был признан правомочным.
На следующий день ровно в 10:13 судья Тайнан сказал присяжным, что настало время для последнего акта в судебном процессе, и приступил к своему заключительному обращению к присяжным, продолжив им объяснять закон и то, как прийти к вынесению вердиктов по всем пунктам обвинения. На это ему потребовалось два дня, и когда все завершилось, присяжным уже не терпелось начать обсуждение и покончить с судебным процессом. Они сидели в нем четырнадцать месяцев. За это время они сроднились, как семья, а зародившаяся между ними дружба потом продолжалась всю жизнь.
26 июля присяжные вошли в совещательную комнату. В 11:25 утра они начали обсуждение.
Глава 52
Присяжные приготовили попкорн, а затем уселись за длинный прямоугольный деревянный стол с двенадцатью стульями. Следуя указанию судьи Тайнана, они начали с первого пункта обвинения – убийства Дженни Винкоу. Единственное, что связывало Ричарда с этим преступлением, – это его отпечаток пальца на окне, и присяжные жарко заспорили, чем, согласно закону, является отпечаток пальца как приемлемое в суде доказательство, и в итоге отправили судье Тайнану записку с просьбой предоставить необходимые элементы того, что позволяет считать отпечаток пальца «законным судебным доказательством».
Судья вернул их в зал суда и снова зачитал им то, что сказано в законе об отпечатках пальцев. С этой информацией они вернулись к обсуждению и проголосовали. Им не потребовалось много времени, чтобы благодаря отпечатку пальца и нанесенной ножом ране признать Ричарда виновным в убийстве Винкоу.
Они начали изучать все связывающие преступления элементы и вскоре сосредоточились на следах «Авиа». Пользуясь следами в качестве ориентира, они обсудили каждое преступление, где обнаружили эти следы. Они обсудили «за» и «против» всех инцидентов, причем Синди Хейден выступала в роли адвоката дьявола, заявляя, например, что «такая обувь могла быть не у одного человека». Они голосовали по каждому из преступлений, и Ричард был признан виновным во всех нападениях со следами «Авиа».
Они перешли к делам, где следов обуви нет, обсудили, какие еще факторы связывают преступления. Они учли разгром, отключение телефона, проникновение со взломом и сходство слов и выражений – «Заткнись, сука. Не смотри на меня. Где это?»
Все шло очень быстро, учитывая объем обвинений. Среди присяжных не было разногласий, они хорошо ладили и были неизменно взаимно вежливы.
Первой проблемой, с которой они столкнулись, был присяжный номер четыре, темнокожий мужчина по фамилии Ли, который все время засыпал. Они голосовали за столом, и когда очередь доходила до него, он спал, качая головой. Наконец, старшина присяжных написал записку судье Тайнану с жалобой.
Судья посчитал это серьезной проблемой и вызвал адвокатов. Кларк сказал, что не настаивает на его уходе, а Хэлпин сказал, что он считает, что лучше его убрать. Тайнан постановил, что Ли должен уйти, что его сон может стать предметом апелляции. Ли заменил Вернон Саттон, тоже темнокожий.
Жюри продолжило обсуждение, некоторые женщины приносили печенье и пироги, и пока шло обсуждение, все жевали.
14 августа не пришла присяжная Филлис Синглтери. Судья Тайнан пригласил присяжных в зал суда и сказал им, что без мисс Синглтери они продолжать не могут, и суд перенесли на следующий день.
На самом деле судья узнал, что мисс Синглтери обнаружили убитой.
Вскоре о смерти Синглтери проведала пресса и зароилась над этой историей, как пчелы над медом. Убийство присяжной на самом знаменитом судебном процессе по делу о серийных убийствах в Калифорнии стало большой новостью.
Синтия Хейден узнала об убийстве от присяжной Чоклейт Харрис, в тот вечер позвонившей ей домой. Вскоре весть о смерти Синглтери дошла до всех присяжных и заместителей, и в ту ночь мало кто из них хорошо спал. Их всех тревожила перспектива некой вины Ричарда Рамиреса. Они видели, как его поклонницы и сатанисты гордо разгуливают в зале суда на протяжении последних четырнадцати месяцев. Все они знали, что Чарльз Мэнсон послал людей убить Шэрон Тейт и ее друзей, а также мистера и миссис Лабианка. В конце концов, это Южная Калифорния. Здесь возможно все.
Утром присяжные собрались в совещательной комнате, оцепеневшие от шока. Убийство мисс Синглтери нависало над ними как темная грозовая туча. Некоторые задавались вопросом, кто из них будет следующим.
В 10:47 Тайнан пригласил их в зал суда. Он извинился за то, что не рассказал им об убийстве накануне, сказав, что не знал всех подробностей.
– Ваш друг, и наша присяжная в суде, застрелена. Я хочу подчеркнуть, что, насколько нам известно, и я в этом не сомневаюсь, это не имеет отношения к этому делу. Ее смерть трагична, и все мы о ней скорбим. Но то, что произошло, ничего не добавляет и не отнимает от доказательств того, виновен или невиновен мистер Рамирес по этим пунктам обвинения. И я прошу вас, прошу вас помнить это при обсуждении… В этом случае ваше горе не должно примешиваться к вашим обязанностям… Мы люди, но также граждане, у которых есть долг.
Тайнан приказал своей помощнице Жозефине достать из барабана записку с фамилией, и была выбрана запасная присяжная Мэри Хелен Эррера.
Мисс Эррера расплакалась, ее грудь сдавили рыдания. Она была так расстроена, что не могла встать и занять вакантное место Филлис Синглтери. На предварительном собеседовании с присяжными с целью выявления их возможной предубежденности стало известно, что оба брата мисс Эрреры, служившие в правоохранительных органах, были застрелены. Теперь Даниэль сожалел, что под любым благовидным предлогом не отвел ее кандидатуру.
Позже в тот же день выяснилось, что мисс Синглтери убил Джеймс Мелтон, ее 51-летний сожитель, жестокий мужчина с буйным нравом. Детективы шерифа, отследившие его местонахождение по телефонному звонку, устремились в отель, где скрывался Мелтон. Мелтон увидел их приближение и, прежде чем заместители шерифа успели что-либо предпринять, приставил пистолет, из которого убил Филлис, к виску и нажал на курок, мгновенно покончив с собой. Заместители шерифа обнаружили в номере отеля написанную рукой Мелтона записку. В ней он признался в убийстве Филлис, написав, что дважды выстрелил ей в грудь из-за «домашних разногласий».
Позже детективы узнали, что Филлис сказала Мелтону, что ей жаль Ричарда Рамиреса, потому что Эрнандесы не предоставили ему должной защиты. Мелтон считал, что Рамирес – бешеный пес, которого следует пристрелить. Завязался спор, переросший в бессмысленное смертоносное неистовство.
Когда в тот день Кларк и Даниэль посетили Ричарда в окружной тюрьме, он сказал, что не хочет продолжать судебное разбирательство и его адвокаты должны потребовать аннуляции судебного процесса. Он настаивал, что убийство коллеги повлияет на остальных присяжных. Он указал, что его дело не о подделке документов или мошенничестве с акциями, дело об убийстве, и судят его за убийство.
– Невозможно, мать твою, чтобы они были не настроены против меня!
Кларк, Даниэль и Салинас полностью с Ричардом согласились и пообещали подготовить ходатайство об аннуляции судебного процесса.
В переполненном зале суда Кларк сказал судье, что защита хотела, чтобы у присяжных был период не менее недели на восстановление. Если судья не был склонен давать им неделю, Кларк попросил опроса присяжных, чтобы понять, смогут ли они оставаться беспристрастными. Он сотрудничал с двумя психиатрами, доктором Джо Эллен Димитриус и доктором Карло Уэббером, и оба они недвусмысленно советовали ему, что было бы неправильно и неприлично позволять этим присяжным без проведения опроса заседать для вынесения приговора обвиняемому в убийстве. Он напомнил судье, что присяжные сроднились «как братья и сестры, мужья и жены».