"Зарубежный детектив 2026-18". Компиляция. Книги 1-11 (СИ), стр. 325
После обеденного перерыва судья спросил, где Артуро. Даниэль сказал, что не знает: на выходных он посылал ему сообщение на пейджер, но Артуро не ответил. Тайнан сказал, что издал в отношении Артуро уведомление об «обязательном присутствии в суд», но задержит его до среды.
Даниэль спросил Солано, разговаривал ли он в бильярдной на Седьмой с женщиной, которая предлагала ему драгоценности на продажу за несколько дней до ареста Ричарда. Солано сказал, что видел эту женщину на следующий день после ареста Ричарда, но не знал ее имени и никогда не видел ее раньше. Даниэль спросил его о разговоре с ней. Он ответил, что она получила его имя как скупщика. Он сказал ей, что не заинтересован, но женщина была настойчива. В конце концов, он сказал ей, что, возможно, его интересуют золотые цепочки, но в тот день она ему ничего не показала. Он сообщил суду, что на следующий день женщина пришла к нему домой. Своего адреса он ей не давал и разозлился. Когда она ушла, он попытался за ней проследить, но она от него оторвалась. Через полчаса после ее ухода появилась полиция.
Даниэль упомянул женщину по имени Ева, которая знала Ричарда и Солано. Солано уклончиво сказал, что Ева иногда помогает его жене с уборкой и присмотром за детьми, и однажды он видел, как она разговаривает с Ричардом в бильярдном зале, хотя он не знал, каковы были их отношения.
Даниэль задавал ему вопросы еще час. После повторного прямого допроса и еще одного перекрестного допроса Солано сошел с трибуны.
Следом на нее взошел заместитель шерифа Дурасо и заявил, как он узнал, что Солано купил украденное имущество у Ричарда Рамиреса, но у полиции не хватало информации для получения ордера, поэтому они решили попытаться продать Солано украденное имущество. Они заручились помощью женщины, имени которой он не знал. Она «жила в этом районе и, насколько известно, употребляла наркотики и торговала краденым».
Они снабдили женщину скрытым микрофоном, и пять детективов ждали у биллиардной, пока она безуспешно пыталась продать товар Солано.
На следующий день они привезли ее в дом Солано, но его не заинтересовало то, что она хотела продать. Затем Солано охотно впустил полицию к себе в дом и разрешил им все осмотреть, подписав согласие на обыск. Они ничего не изъяли, пока не пришли сержант Ярбро и заместитель шерифа Ган, отвечавшие за сбор и инвентаризацию всего возвращаемого имущества по делу Охотника.
Кларк задавал много вопросов о женщине, которую полиция отправила в бильярдный зал и в дом Солано.
Хэлпин сказал судье Тайнану, что он вызовет несколько свидетелей вне очереди, потому что они приехали из другого города и ждали несколько дней. Хэлпин предложил, что было бы неплохо отвезти присяжных на автобусе на все места преступления. Он знал, что они смотрели фотографии, но чтобы что-то почувствовать, лучше всего увидеть своими глазами. Тайнан сказал, что подумает над этим, и перенес суд на следующий день.
В тот день после суда Дорин посетила Ричарда в тюрьме. Там уже было несколько его поклонниц, но она их проигнорировала. Когда подошла очередь Дорин, она с нетерпением ждала, когда Ричарда выведут из камеры. Она знала, насколько он расстроен предательством Солано и какую боль причинила ему его ложь. Когда Ричард сел по другую сторону стеклянной перегородки и взял трубку, он был в ярости. Он сказал, что Солано скупал краденое у множества людей, не только у него, что все, чего хотел Солано, – это вознаграждение, что он скверная грязная крыса и будет гореть в аду за свое предательство. Дорин сочувствовала Ричарду и слушала глядя на него понимающим взглядом. Он сказал ей, что Ева, профессиональная воровка, продала Солано много вещей, которые тот, в свою очередь, отвез в Тихуану и перепродал. Он сказал, что его адвокаты пытались ее найти, чтобы показать присяжным, какой Солано лживый урод.
Он сказал, что, в конце концов, все это не имеет значения, потому что его осудят и приговорят к смерти. Дорин умоляла его не говорить так, чтобы не терять надежду. От одной мысли о казни Ричарда ей становилось дурно до потери сознания.
Глава 47
На следующее утро Хэлпин сказал суду, что из-за графиков свидетелей им придется перейти от фазы возвращения похищенного имущества к следам обуви «Авиа».
– Можете продолжить, – сказал Тайнан, и прокурор зачитал для протокола список всех предметов, относящихся к следам обуви «Авиа». Сюда входили финансовая и коммерческая отчетность компании «Авиа», фотографии следов обуви «Авиа Аэробик», найденных в домах Заззара, Дои, Белл/Лэнг, Каннон, Беннетт, Нельсон, Хованант и Абоват, а также гипсовые слепки верхних и нижних зубов Ричарда.
Прокурор вызвал на свидетельскую трибуну руководителя отдела обработки данных компании «Авиа» Джеффа Брюстера, и тот рассказал присяжным, как он вводил в компьютер данные о стиле и цифровом обозначении, о количестве пар обуви и каких размеров продано в том или ином регионе. Он показал, что отчетность за период с января по июль 1985 года указывают на то, что в Южной Калифорнии было продано двадцать четыре пары, и только одна пара 44,5 размера. Хэлпин спросил, сколько пар обуви «Авиа Аэробик», модели 445B, продали в районе залива Сан-Франциско. Брюстер назвал сорок одну пару, из которых две были 44,5 размера.
Это свидетельство, по мнению Хэлпина, доказывает, что в Лос-Анджелесе или Сан-Франциско очень мало людей ходили в модели 445B размера 44,5, а при этом еще грабили дома и убивали людей ради развлечения.
Кларк предпринял доблестные усилия и задал много умных вопросов, но не добился от Брюстера ничего, что помогло бы защите. В Южной Калифорнии было продано две пары 44,5 размера «Авиа Аэробик», и ничего из сказанного Кларком этот факт изменить не могло.
Хэлпин вызвал на свидетельскую трибуну Джерри Стабблфилда, разработчика модели «Авиа Аэробик». Он очень подробно описал уникальный рисунок протектора подошвы «Авиа Аэробик» и то, насколько он отличается от других моделей, которые они производят. Во время перекрестного допроса Кларк заставил Стабблфилда признать, что их модель «Коуч» очень похожа на 445B, и что с учетом износа, следы, оставляемые «Коуч», такие же, как у «Аэробик».
Стабблфилд сказал присяжным, что отдел шерифа показал ему следы с места преступления, и что он опознал следы как следы обуви «Аэробик».
Следующим на трибуну взошел доктор Кеннет Мур, врач, работавший в отделении неотложной помощи больницы Помона-Вэлли. Йохельсон попросил доктора Мура описать травмы Сомкид Хованант на запястьях, лице и ногах, а также выделения, которые характерны для насильственного проникновения, «нападения с целью изнасилования».
Затем обвинение перешло к Ричарду. Вызвали доктора Джерри Вейла, и он показал, что отправился в тюрьму 13 сентября 1985 года, и сделал серию снимков зубов Ричарда в том виде, в каком они находились в тот день. Когда Йохельсон показал ему фотографии, доктор Вейл описал их для присяжных: зубы неровные и разрушенные, как в нижних, так и в верхних деснах отдельные зубы отсутствовали. Далее он заявил, что сделал желатиновые слепки нижних и верхних зубов, которые использовал для изготовления гипсовых слепков. Йохельсон попросил доктора Вейла держать слепки и подробно описать каждую неровность зубов Ричарда. На перекрестном допросе Кларк задал несколько вопросов о коронках и пломбах во рту Ричарда.
За доктором Вейл последовал другой дантист, доктор Альфред Отеро, который сказал присяжным, что последние девятнадцать лет был старшим дантистом в департаменте шерифа Лос-Анджелеса и впервые увидел Ричарда 3 сентября. У Ричарда было девять гнилых зубов. За девять месяцев доктор вылечил почти все разрушения зубов Ричарда, поставив пломбы.
Хэлпин и Йохельсон с помощью Каррильо и Салерно переместили на демонстрационные стенды следы обуви «Авиа», обнаруженные на местах преступлений Заззара, Дои, Белл/Лэнг, Кэннон и Беннетт. Хэлпин представил следы и гипсовые слепки следов «Авиа» в качестве доказательств. Он вызвал на трибуну Джеральда Берка, криминалиста из криминалистической лаборатории департамента шерифа, отвечавшего за анализ и классификацию всех следов обуви, имеющих отношение к преступлениям Охотника. Тот рассказал присяжным, как трудно было опознать обувь.