Затемнённые окна, стр. 7

Когда Дженни снова смогла говорить связно, она посмотрела расписание Виктора и выяснила, что последней клиенткой, к которой он заходил перед смертью, была женщина по имени Тереза Диас. Она жила на Примроуз-стрит, чуть меньше чем в восьмистах метрах от дома Бьюрманов.

Было чуть после полудня, когда Роудс остановил машину у дома Диас. Милый аккуратный домик, вдоль стен – клумбы. Двухместный гараж был открыт; внутри стоял один внедорожник. Агенты вышли, Роудс нажал на дверной звонок. Прошло несколько секунд, и дверь наконец открыла симпатичная светловолосая женщина. В каком-то смысле это было почти как дежавю. Хотя на Дженни Бьюрман она была похожа хотя бы немного, разница бросалась в глаза. В одном обе женщины совпадали: обе плакали – только Тереза Диас изо всех сил старалась сделать вид, будто нет.

– Да? – спросила она с недоумением.

– Миссис Диас, мы агенты Файн и Роудс, Федеральное бюро расследований, – сказала Хлоя. – Мы хотели задать вам несколько вопросов о Викторе Бьюрмане. Полагаю, вы уже слышали новости?

– Да. И да, проходите.

Тереза провела их в дом – небольшой, но красиво обставленный. Откуда-то из глубины лилась негромкая музыка – мягкая, похожая на балладу песня, которую Хлоя помнила ещё по тем временам, когда прошло несколько лет. Тереза привела их в комнату, служившую гостиной. Хлое понравилось, что телевизора не было, а кресла стояли друг напротив друга – словно в семье Диас больше ценили разговоры, чем запоем смотреть очередной сериал, о котором говорит весь мир.

– Когда вы в последний раз видели мистера Бьюрмана? – спросил Роудс.

– Вчера вечером. Он приходил на занятие пилатесом и тренировку мышц корпуса.

– Когда он ушёл? – спросила Хлоя.

– Точного времени не помню, но занятие закончилось в семь. Обычно он выходит сразу, без задержек. Так что, думаю, не позже семи ноль пяти или около того.

– Простите за такой вопрос, – сказала Хлоя, – но ваш муж присутствовал во время занятия?

– Нет. – Она на секунду замолчала, словно решая, стоит ли обидеться на то, что Хлоя могла подразумевать. В конце концов она отмахнулась и продолжила так спокойно, как только могла. – Он сейчас в командировке. Вернётся через три дня. Но мой муж знаком с Виктором, и там даже думать не о чем.

Она не дерзила и не говорила со злостью – напротив, тон у неё был очень вежливый. И всё же Хлоя отметила: женщина определённо плакала совсем недавно.

– Вы знали мистера Бьюрмана вне ваших профессиональных отношений? – спросил Роудс. – То есть вы бы назвали вас друзьями?

«Конечно. Мы вместе смеялись, болтали, шутили. Иногда после занятий он оставался выпить бокал вина, но только когда Майк – мой муж – был дома».

Хлоя тщательно обдумала следующий вопрос. Тереза Диас за последние секунд двадцать нарочно несколько раз упомянула мужа. И так же вежливо, как могла, пресекла любые намёки на то, что у них мог быть роман. Значит, тема по какой-то причине болезненная. И ещё Хлоя понимала: стоит надавить – Тереза тут же выставит их за дверь.

– Как давно вы были клиенткой мистера Бьюрмана? – спросила Хлоя.

– Примерно год. Он был очень хорош…

Тут она умолкла, собралась с духом и покачала головой.

– Простите. Всё это так внезапно. Я хочу сказать… я же видела его вчера вечером.

– Ничего, – сказал Роудс. – С учётом ваших рабочих отношений, можете ли вы представить, кому он мог перейти дорогу?

– Вот именно, – ответила Тереза. – Я ни разу не видела, чтобы он с кем-то перебранился. Да что там – я вообще ни разу не слышала, чтобы о нём говорили плохо.

– А что о нём думал ваш муж? – спросил Роудс.

Хлоя едва заметно поморщилась, прикидывая, не будет ли это тем самым вопросом, после которого их попросят убраться. Но нет: Тереза либо спокойно это проглотила, либо просто не уловила тонкости в вопросе Роудса.

– Майк с ним прекрасно ладил. Если уж говорить откровенно, ему не нравилась сама мысль, что в дом приходит мужчина-тренер, когда его нет. Но стоило Майку познакомиться с Виктором – и всё изменилось. Я не могу достаточно подчеркнуть, каким обаятельным он был. Его все любили. И совершенно непонятно, за что его могли убить.

– Вы случайно не знаете, были ли у него клиенты в городке Колин? – спросила Хлоя.

– Не уверена. Наверное, его жена сможет сказать.

Смело с её стороны – упомянуть жену Бьюрмана, подумала Хлоя. Тут почти наверняка был роман или, по меньшей мере, влечение.

– Во время вчерашнего занятия мистер Бьюрман выглядел хоть сколько-нибудь встревоженным или не в своей тарелке? – спросила Хлоя.

– Нет. Или, если и был, то очень хорошо это скрывал. Я просто… я не понимаю…

Похоже, это и было главным рефреном. И ещё одним доказательством того, что от Терезы Диас они ничего стоящего не добьются. Следующий логичный шаг – съездить в городок Колин и выяснить, что удастся, об убийстве Стивена Филдинга. Но Хлоя чувствовала: сделай они это сейчас – и след по делу Бьюрмана остынет, потому что с каждой минутой она всё сильнее убеждалась: эти убийства между собой не связаны.

– Я просто не понимаю, – повторила Тереза; голос дрогнул, и слёзы уже были совсем близко.

Нас двое таких, подумала Хлоя.

ГЛАВА ШЕСТАЯ

– То есть они точно трахались, да?

Вопрос прозвучал грубо, но именно такого Хлоя и ждала от Роудса, как только они вернутся в машину.

– У меня было такое ощущение, – сказала Хлоя. – Ты заметил, что она плакала, да?

– Ага. Краснота и лёгкая припухлость вокруг глаз. И этот мелкий дрожащий надлом в голосе.

– Так что понятно, почему она не хочет признаваться в романе, – сказала Хлоя. – Особенно если правда то, что она сказала про знакомство мужа с Бьюрманом. Логично: ей хочется прикрыть свою задницу. Если мужчина, с которым она крутила на стороне, вдруг мёртв – прятать измену становится гораздо проще.

– Всё равно, я бы проверил историю про то, что её муж был в командировке, – сказал Роудс. – Наверняка можно попросить наших новых друзей Андерсона и Бенсона это пробить.

– Думаешь, убийцей мог быть муж? – спросила Хлоя.

– Скорее всего нет. Но раз уж убийства пока выглядят несвязанными, нам, наверно, стоит проверить все варианты.

Хлоя кивнула. Ей нравилось, когда они с Роудс так идеально понимают друг друга с полуслова. Их напарничество, конечно, начиналось тяжело, так что время от времени было полезно вспоминать, какой путь они уже прошли.

– Эй, Файн?

– Да?

– Что на самом деле случилось там, в Техасе?

Хлоя почувствовала, как мысли о их слаженности с визгом тормозов обрываются. Её раздражало, что Роудс лезет туда – с подсказками Джонсона или без них, – но показывать злость она не хотела. Она знала: так будет выглядеть, будто ей есть что скрывать.

– Ты хочешь версию с семейной драмой в комплекте или без?

Роудс усмехнулась.

– Без. Я знаю, как ты ненавидишь ворошить это дерьмо.

Хлоя на секунду замялась, не зная, как лучше ответить. Если Роудс играла роль, то играла мастерски.

– Папа с Даниэль сцепились у него в квартире. Я даже толком не знаю, из-за чего именно, потому что Даниэль не рассказывает мне всех подробностей. Но в конце концов, мне кажется, папа просто сорвался и…

– Да?

– Роудс, надеюсь, ты не примешь это на свой счёт, но мне правда не хочется об этом говорить. Не сейчас. Это мне мозги вынесет и помешает сосредоточиться на деле. Ты же понимаешь, да?

– Конечно.

Хлоя не смогла понять, есть ли разочарование в её лице и голосе. Ей не хотелось думать, что Роудс действительно шпионит за ней и обязана докладывать Джонсону и тем, кто стоит над ним, всё, что узнает. Но сейчас ей нужно было быть предельно осторожной с каждым словом.

И всё же повисшая между ними тишина говорила о том, что Роудс не ожидала, что её так отрежут. Мгновение тяжёлым комом лежало между ними, пока Роудс вела машину в Колин.