Затемнённые окна, стр. 6

– Есть хоть какая-то связь между Бьюрманом и первой жертвой? – спросил Роудс.

– Никакой, какую мы могли бы найти, – сказал Бенсон. – Жертва номер один – парень по имени Стивен Филдинг – был найден у себя дома. Его жена обнаружила его растянувшимся на полу в гостиной.

– Сначала это выглядело как неудачное ограбление, – сказал Андерсон. – Кто-то вломился, избил парня до полусмерти – того просто угораздило оказаться дома – и забрал кое-что. Но на данный момент жена не может назвать ни одной вещи, которая действительно пропала. Так что похоже: если это и было проникновение, то только затем, чтобы убить Филдинга.

– В материалах говорится, что первое убийство было не таким жестоким, как второе, верно? – спросила Хлоя.

– Смотря что ты называешь жестокостью, – сказал Андерсон. – Его били по голове и лицу чем-то твёрдым – тем, что могло быть, а могло и не быть алюминиевой битой. Нос у Филдинга был размолот в кашу. Самая мерзкая чёртова штука, какую я когда-либо видел.

– Но, с другой стороны, – сказал Бенсон, – лицо Бьюрмана, похоже, вообще не трогали, хотя на макушке был один удар, оставивший небольшую вмятину.

Хлоя прошла несколько шагов вперёд, глядя на участок тротуара, который явно стал для Виктора Бьюрмана последним пристанищем. Засохшая кровь всё ещё была видна, хотя было ясно, что городская служба благоустройства сделала всё, чтобы её отмыть.

– Есть ли что-нибудь вообще примечательное в этом перекрёстке? – спросила она.

– Ничего, – сказал Бенсон. – Обычный уголок, как и любой другой в этом городе.

Хлоя дошла до края и посмотрела направо. Если на Бьюрмана и правда напали здесь, на улице, то именно там и прятался нападавший. Это было бы достаточно просто, решила она. Светофора нет – только знак «СТОП». А перед знаком рос исполинский дуб, усыпавший землю желудями. Дуб обрамляли чахлые кусты. Даже без листвы они давали более чем достаточно места, чтобы кто-то мог оставаться незаметным – если только сидел на корточках.

– В материалах сказано, что Бьюрман был каким-то спортивным тренером, – сказала Хлоя. – А именно каким?

– Да он скорее из фитнеса, не тренер в строгом смысле, – сказал Андерсон. – Работал в частном зале, но и на дом выезжал.

– В каком зале?

– «Фулбрайт Фитнес». Жутко дорогая контора, продвигают йогу, парилки, всё такое.

– А Филдинг? – спросил Роудс. – Чем он занимался?

– Днём детейлингом машин, ночью – барменом, – сказал Андерсон.

Хлоя изо всех сил старалась не дать собственным проблемам затуманить мысли, но пока ей плохо удавалось найти связь между этими двумя мужчинами и тем, как их убили. Она всё быстрее приходила к выводу, что это вовсе не серийное дело. Но даже если так, факт оставался фактом: двоих мужчин жестоко убили.

– Жертва номер один ведь жил не здесь, в Пайн-Пойнте, верно? – спросила Хлоя.

– Практически здесь, – сказал Бенсон. – Он жил всего в нескольких милях от города, ближе к Винчестеру. Небольшой городок под названием Колин.

Ещё один аргумент против того, что это очевидный «серийник», подумала Хлоя.

– Кто-нибудь уже говорил с женой Бьюрмана? – спросил Роудс.

– Да, это был я, – ответил Андерсон. – Там странная ситуация. Она, конечно, очень горевала, но не так, как можно было бы ожидать.

– Есть мысли почему? – спросила Хлоя.

– Никаких. Она ничего такого не сказала. Можете поговорить с ней сами. Может, вам удастся вытянуть из неё больше, чем мне.

В его словах не было ни насмешки, ни осуждения. Казалось, Андерсон и Бенсон даже рады, что бюро приехало и забрало эту кашу с их рук. Они без дела стояли рядом, пока Хлоя и Роудс сделали несколько быстрых снимков места происшествия – словно нетерпеливо ждали, когда те по мановению руки заставят дело исчезнуть.

ГЛАВА ПЯТАЯ

Дженни Бьюрман явно плакала, но это почти не умаляло её очевидной красоты. Она была невысокая и с такой фигурой, о какой, как думала Хлоя, большинство женщин готово мечтать до боли. Это бросалось в глаза даже в футболке и штанах для йоги, в которых Дженни впустила их в дом. Одежда казалась не слишком уместной при таких обстоятельствах, но Хлоя решила, что, возможно, Дженни Бьюрман и дома ходит именно так, когда ей никуда не нужно. Учитывая, как она выглядит, Хлоя невольно задумалась, насколько привлекательным был её муж.

– Спасибо, что нашли время поговорить с нами, – сказала Хлоя. – Мы понимаем, что полиция уже беседовала с вами.

– Всё в порядке, – ответила Дженни, садясь за кухонный стол и делая глоток чая. – Я готова говорить с любым, кто может помочь. У меня просто нет слов… мыслей… да вообще ничего, если честно.

– Простите, если мы повторим вопросы, которые вам уже задавали полицейские, – сказал Роудс. – Но можете ли вы представить хоть кого-то, кто мог желать вашему мужу смерти?

– Вот в том-то и дело, – сказала Дженни. – Его любили все. Я понимаю, как это банально звучит, но насколько мне известно – так и было. Я не могу вспомнить ни одного врага, который у него мог быть.

– Кто-то с работы? – спросила Хлоя. – Например, из «Фулбрайт Фитнес»?

– Вряд ли, – ответила Дженни. – Он обычно рассказывал мне почти обо всём, что происходило на работе. К тому же все его занятия в «Фулбрайт» оформлялись по договору через владельцев, а не через Виктора. Любые претензии адресовали бы руководству «Фулбрайт Фитнес».

– Вы говорите, его любили все. Значит, он был общительным человеком?

– Да, очень. Откроется новый бизнес, устроят какой-нибудь приём или торжество – он обязательно там. И он всегда был готов помочь любому. Из тех людей, которые, если надо, последнюю рубаху с себя снимут.

– А клиенты, к которым он ездил домой? – спросил Роудс. – Вы кого-нибудь из них знали?

– Большинство – да. Виктор всегда сообщал мне, когда брал нового клиента, потому что почти всегда это были женщины. Он говорил об этом прямо, ничего не скрывал. Он хотел, чтобы я знала, когда он будет находиться в доме у женщины. Мужья в большинстве случаев были дома, так что ничего страшного.

– У вас есть список его клиентов?

– Нет, но у нас на телефонах общий список контактов. Хотя, думаю, полицейские уже работали с людьми из «Фулбрайт Фитнес» и получили список его выездных клиентов.

– Всё равно, если вы сможете дать нам имена и номера, это будет очень полезно, – сказала Хлоя.

– Конечно, – сказала Дженни. Она взяла телефон со стола рядом с чашкой, и у неё тихо сорвался плач. Она уставилась на изображение на главном экране – на фото, где она была с мужчиной, которого Хлоя сочла её мужем. Дженни ввела код и начала перелистывать контакты.

Она называла имена и номера клиентов Виктора – одного за другим. Голос у неё каждый раз срывался всё сильнее, когда она перечитывала остатки жизни собственного мужа. А Хлоя тем временем, пока они с Роудсом переписывали список, начала мысленно складывать кое-какие детали. Почти все клиенты Виктора Бьюрмана, к которым он ездил домой, были женщинами. И если он хоть немного был похож на свою жену, Хлоя почти не сомневалась: чтобы оставаться верным, ему приходилось очень стараться.

Эту мысль она спрятала где-то на задворках сознания, пока Дженни Бьюрман продолжала перечислять клиентов. После седьмого имени Дженни пришлось остановиться. Она с яростным движением отшвырнула телефон и осела на кухонный стол, а затем разразилась горестным воем.

Хлоя медленно подняла телефон с пола и положила обратно на стол. И, сделав это, успела как следует разглядеть фотографию на домашнем экране – Виктор Бьюрман и правда был красивым мужчиной. Они с Дженни составляли ослепительную пару. И хотя Хлое не хотелось думать об этом так сразу, она всё же невольно задалась вопросом: как мужчина с такой внешностью умудрялся раз за разом входить и выходить из чужих домов – и не вывести из себя хотя бы нескольких мужей.

***