Служанка ректора Академии военных драконов 2 (СИ), стр. 83
Летели часы, за окном день сменился поздним вечером. Не обращая внимания на выцветающее небо за окном, я сопоставляла, вероятно, кодовые «Драковоин» и «Дракодева» со своими табличками.
Подставляя найденные соответствия обратно в текст, следила — образуются ли осмысленные слова. Если не получалось, возвращалась и пробовала другие варианты.
Некоторые фразы не складывались даже с правильными заменами, но я пробовала и пробовала разные комбинации, записывая все найденные соответствия и предполагаемые мной варианты в карту.
В какой-то момент мне показалось, что я сплю, что все не по-настоящему, а вернуться в реальность мешает непроницаемая стена из букв и цифр…
Но в этой самой стене, как по мановению волшебной палочки подсветились необходимые слова, которые сложились в текст.
На самом деле никакой магии в этом не было — только мое упорство и точный, хладнокровный расчет.
Че оказался прав — «Драковоин» и «Дракодева» оказались ключами.
Трясущейся рукой я записала расшифрованный текст, жадно вчитываясь в строчки.
Там было вовсе не про несчастную кривовку Виверну Прожект. Совсем не про нее.
Вынужден сообщить, что дальнейшее продолжение проекта «Виверна» на базе Академии Военных Драконов представляется мне нецелесообразным и, более того, потенциально опасным.
В ходе проведенных экспериментов по введению испытуемым стеклянным драконам сыворотки Зет, полученной из предоставленных вами образцов, выяснилось, что в крови испытуемых субстрат проявляет себя неожиданным и крайне нежелательным образом, демонстрируя агрессивные мутационные способности.
Изначально мы возлагали на Зет огромные надежды, рассматривая как ключ к созданию идеальных воинов — истребителей химер.
Однако, наблюдаемые нами изменения в клеточной структуре драконьих организмов, подвергшихся воздействию, выходят за рамки понимания и контроля. Последние инциденты, к сожалению, подтверждают наихудшие опасения.
Ответственные за эксперимент офицер Локвист и офицер Кан настаивают на продолжении, однако я считаю, что уровень непредсказуемости и потенциальной угрозы, исходящей от драконов с «золотой» кровью, достигает критической отметки.
Продолжение исследований в текущих условиях может привести к последствиям.
В связи с этим я настоятельно рекомендую Его Императорскому Величеству полное и немедленное закрытие проекта «Виверна», предполагающее наложение на всех, имеющих отношение к проекту, ментального вето и ликвидацию испытуемых с введенной Зет.
Подполковник Дерилл Лэмингтон/
Я перечитала расшифровку три раза — буквы плясали перед глазами.
От неловкого движения листовка порхнула за стол — я подняла ее дрожащими руками.
И взяла ту самую карточку с драконом, чешуя которого отливала золотом, парящим в небесах, рассматривая ее так, словно видела впервые.
Значит, вот кем ты был — результатом эксперимента, стеклянным драконом, которому ввели искусственно сгенерированную сыворотку в надежде получить из тебя убийцу химер!
А потом тебя ликвидировали.
Я — то же самое, что и ты.
Результат неудачного эксперимента, в котором каким-то образом была замешана Ола Кук.
Сунув в карман брюк и шифровку и расшифровку, решительным шагом двинулась в покои Лейтона, однако они были темны и пусты.
Отсутствовал в своем номере и профессор Локвист, что наводило на определенные мысли.
И тогда я направилась в ту часть Офицерской башни, где раньше никогда не была — здесь находились номера попроще, не такие роскошные, как у Лейтона и профессора Локвиста.
Именно сюда переселил Лейтон офицера Кана после того, как понизил его в должности.
Но сколько я не колотила в дверь комнаты бывшего генеалога, мне никто не открыл.
Однако это не остановило — мне нужно было знать! Внутри все горело, как от нестерпимого зуда.
Я чувствовала возбуждение и ярость.
Мне нужны были ответы — прямо сейчас!
— Леди Тесса…
Руперт Аллиот возник рядом со мной, будто тень — все-таки не зря стеклянных готовили в шпионы.
— Где Лейтон?
Руперт отвел взгляд.
— У майора конфиденциальная встреча.
— С ним можно как-то связаться?
— Он на другом конце континента — лететь туда много часов. Он появится только завтра утром.
— А профессор Локвист?
Руперт замялся, отводя глаза.
— Локвист полетел с ним? С кем эта встреча? Ответь!
— Не могу проинформировать вас по этому поводу. Уже очень поздно — предлагаю вам вернуться к себе.
— Я не вернусь к себе — у меня есть дело.
Это заявление Руперту не особо понравилось, но останавливать меня силой он не стал, поэтому сказал, что будет сопровождать.
Впрочем, сопровождать пришлось недалеко — до военного городка я долетела в ипостаси дракона, а затем, обернувшись в человека, не без труда нашла нужный мне дом.
Адрес дома разузнала, без зазрения совести проникнув в кабинет Лейтона и вытащив ящик с картотекой преподавателей.
Это был симпатичный домик-пагода с красивым садом, в котором цвели вишни.
Для Минсонга Кана мое появление на пороге его дома было полной неожиданностью.
Как и для меня видеть его с распущенными волосами и в халате.
Такого расслабленного.
Но при виде меня он напрягся.
Позади него маячила симпатичная светловолосая кудрявая женщина с зелеными глазами лет сорока пяти и мальчик лет двенадцати, похожий одновременно и на Кана и на нее.
— Кадет Кук? — с гневом воскликнул офицер. — Как мне понимать это вторжение? Убирайтесь!
Он собрался захлопнуть дверь, но я не дала и ступила в небольшую гостиную.
— Обязательно. Но прежде мы поговорим, офицер.
— Немедленно покиньте мой дом!
— Только после того, как расскажете, как Ола Кук попала в проект «Виверна»?
Выражение лица бывшего генеалога сменилось мгновенно — из гневного стало растерянным, и я бы даже сказала, испуганным.
Я демонстративно вызвала в ладони белое пламя, в котором засияли золотые искры, исподлобья глядя на него.
— Я не уйду до тех пор, пока не получу ответ на свой вопрос.
Глава 82
Кан подошел к своей жене и сыну и что-то прошептал им. Женщина вздрогнула и закачала головой. Сказала что-то непонятное. Глаза ее наполнились слезами.
Но Кан быстро обнял ее и мальчика, потом оттолкнул, и вместе со мной вышел за дверь, увлекая в сад, под цветущие вишни.
Я знала, что на мне стоит ментальный блок, запрещающий говорить о том, что я золотая, и не знала, смогу ли вести этот разговор так, как предполагаю, смогу ли свободно владеть речью?
Поэтому вместо долгих вступлений сунула Кану расшифровку.
— Вы утверждали, что седьмой крови не существует, офицер. Как же можно так нагло врать?
Кан, кажется, взял себя в руки и уже не выглядел испуганным. Скорее недовольным.
— А я надеялся, блокатор, который ввел твоей матери, нейтрализует сыворотку в ее крови и крови плода, — поморщился генеалог. — Но Зет оказался слишком силен…
Он рассматривал меня так, как будто видел впервые.
Со смешанными чувствами — с одной стороны неприязнью, но с другой — что-то такое в его взгляде было.
Восхищение? Любование?
— Зет вводили Оле Кук, я права?
Кан молчал.
— Какое отношение вы к ней имеете? Она же не была стеклянной, вообще не была драконом!
Мужчина оскалил желтоватые зубы.
— В том-то и была вся суть — мы как раз хотели приступить к тестированию Зет на обычных людях, в этом виделся большой потенциал. Превратить жалких, ничтожных кривовцев в драконов — о, это была мечта! И в этот момент император велел прикрыть «Виверну»! И это был полный крах!
— Как она согласилась участвовать в… эксперименте?
— Неправильно называть экспериментом. Это было… Возрождение. Возрождение наших изначальных, чистых, золотых генов. Золотая кровь Дракодевы и Драковойна. Та самая, что существовала ДО разделения потока. Мы хотели вернуть свое наследие, кадетка. Вернуть свое великое наследие!