Служанка ректора Академии военных драконов 2 (СИ), стр. 42

— Помните — необходимо, чтобы это было максимально естественно и не с бухты-барахты, — деловито наставлял короткостриженый. — Она должна сама проявить к Маллоу влечение. Майор Уинфорд же должен именно РАЗОЧАРОВАТЬСЯ в кривовке, в ее поведении недалекой дешевки. А не воспринять ее союз с Маллоу как продиктованное вами намерение отнять у него Кук, насильно разлучить его с предметом его страсти…

— Все так и будет, сержант Лафарг. Зелье из пай-травы, которое эта девка поглощала в таких лошадиных дозах, не подведет — уж будьте покойны. Она полностью доверяет своей сестре и мне. Мы потихоньку внушили ей мысль о том, что ее внебрачная связь с майором — греховна и грязна, и что она будет намного счастливее, когда выйдет замуж за равного себе. По ее приезду Толю Маллоу стоит поцеловать ее, а затем переспать с ней — и она окончательно на нем запечатлеется. А после сделает все, что он ей скажет! Обнаружить действие зелья будет нельзя. Еще одно преимущество перед воздействием менталиста, которое может обнаружить другой менталист. Если основательно покопается в мозгах.

— Тогда после того, как у них все случится, поскорее удалите кривовцев из Академии, подальше с глаз майора.

— У нас существует договоренность с Маллоу, он получил от меня крупную сумму империалов. Вначале он обрюхатит девку, и она немного походит перед майором с пузом, — ухмыльнулась тетка. — Поверьте, ничто так не охлаждает любовный пыл мужчины, как ребенок от другого. Тем более такого, как этот малохольный Маллоу. Премерзкий паренек, я вам доложу! После они поселятся на Обочине — у Маллоу там небольшая хибарка. Довольно-таки паршивая для моей племянницы после АВД. Но это то, чего она действительно заслуживает. Она и пикнуть не посмеет, устроится работать на мусорозавод, будет рожать Маллоу спиногрызов, да и радоваться счастью с любимым. Так всю жизнь и проживет. А Академию и майора забудет, как сон.

И Элира весело засмеялась. Ее действительно это забавляло.

— Единственное, что меня беспокоит…

— Что же?

— Я не ожидала, что она все-таки обернется в дракона… — в голосе Элиры послышалась досада. — Как бы Палата Гармонизации не учинила проблем, что стеклянная дракайна выходит замуж за кривовца, и не подобрала ей в мужья такого же стеклянного дракона.

— Насчет этого не беспокойтесь. Хозяин все устроит. А вы устройте, чтобы девка опозорилась перед майором настолько, чтоб он и смотреть не мог в ее сторону. Только в этом случае хозяин оплатит оставшуюся сумму долга вашего хрустального завода, и сделает так, чтобы ваше предприятие не пошло ко дну.

— Кредиторы уж очень нас донимают, поэтому прошу решить вопрос поскорее. Поверьте, Лафарг, глупышка у меня в кармане. Белый чай с пай-травой — верное средство. И никому не известное, что важнее. Давным-давно узнала об этом способе от одной старой ведьмы с Обочины. Отменить действие зелья невозможно. Обнаружить — тоже. Так что вскоре господин майор и не посмотрит на мою племянницу и снова воспылает чувствами к своей очаровательной высококровной сапфировой невесте.

Они еще немного обговорили финансовую сторону вопроса, и Элира отправилась провожать своего гостя.

Я вылезла из шкафа и, вернув коробку из-под обуви на место, как была, спешно ретировалась из комнаты тетки, сунув письма Олы Кук в карман.

Белый чай с зельем, которое добрые родственнички туда подливали, призванное тихо-мирно устроить мою счастливую судьбу с Толем Маллоу…

С самого начала я выливала чай куда придется — раковину, окно или хрустальные вазы, а порой прямо в тот же самый заварочный чайник.

Элира мнила себя такой продуманной, такой коварной.

Первую неделю было еще ничего — не будь так осторожна, я, может, и купилась.

Но затем и она, и Марзи стали просто нещадно переигрывать.

Так что шли бы они со своим Толем Маллоу далеко и надолго!

Хотя «заказчиком» была не она, а другой человек.

Имя «хозяина» ни разу не было названо в разговоре… Но я все-таки узнала этого Лафарга.

Я видела его сначала на представлении клубов, а затем на приеме в синей банкетной зале.

Это был адъютант Нормана Уинфорда.

Коварство замысла, с которым он хотел убрать меня, поистине впечатляло.

Не убить, не силой выдать замуж, а именно дискредитировать перед Лейтоном.

Прекрасный у него отец! Настоящий стратег.

А ведь Лейтон предупреждал меня, что родственникам доверять не стоит.

Что ж, я и сама это знала, а теперь убедилась своими собственными глазами.

Жаль, что они оказались такими мерзкими людьми… Драконами.

Но главным было даже не это, а совсем другое.

То, что я узнала из письма Олы сестре. Никакой она продажной ш не была, у нее был только один возлюбленный, которого она любила всем сердцем и которому отдала свою девственность.

Именно его образ был размытым на том снимке, что я нашла в папке. Именно он стал отцом Тессы.

Даже те крохи информации, которые я получила о нем, показались мне очень важными. Возможно, в остальных письмах содержится больше…

Вот только мне будет тяжело их читать…

У меня не было мамы, я понятия не имела, что это такое, и от письма матери Тессы — этого слабого, хрупкого, призрачного прикосновения из прошлого на глаза наворачивались слезы.

Будто прочитала письмо своей матери.

Я знала, как трагично сложится судьба самой Олы и ее дочери, и от этого становилось еще печальнее.

Загадка, кто был отцом Тесс и что с ним произошло, но мне не хочется думать, что она обманывалась в своих чувствах и он просто морочил ей голову.

Я должна выяснить, кем он был и что с ним стало. Должна распутать этот клубок и не попасть в многочисленные расставленные ловушки.

Ради Тессы и ее мамы.

Должна.

Глава 38

Кадеты собирались на Дворе чести куда медленнее и неохотнее, чем обычно.

Еще не отошедшие от каникулярного отпуска, от Компиталий, от своих курортов, крутых тусовок, роскошных вилл и особняков, немного ленивые, расслабленные.

Это было торжественное построение в честь начала второго полугодия, первое в этом году.

Было прохладно и ветрено, но ясно. В Драковию пришла весна — и она чувствовалась во всем. В ярко сияющем солнце и голубом небе и в воздухе, наполненном запахом талой воды, влажной сосновой коры и соли с залива, на котором уже растаял лед.

Снег на острове тоже почти растаял, а здесь, во дворе его еще и подтопили, и брусчатка сияла чистотой, поблескивая в лучах пока еще не жаркого утреннего солнца, как будто ее только что вымыли с мылом.

Как же приятно было ступать по ней не в приютских башмаках с отваливающейся подошвой и не в тяжелых ботах из кордуры, а в новеньких ладных берцах с рифленой подошвой!

Они интересно сочетались с новой формой, которую прислал Лейтон, делая мой образ женственным и где-то даже стильным. Мех от подаренного им пальто я отстегнула, порадовавшись практичности этой вещи. Она была прямо для меня.

Хотя, как практичности — великолепную застежку с черным бриллиантом отстегнуть не удалось — пальто сразу начинало недовольно подвывать, мол, «вы покусились на вещь, принадлежащую Тессе Кук». Точно так же, как и туфли Веленто, пальто было зачаровано на меня. Поэтому мыслишку о том, чтобы отпороть бриллиант, продать и обзавестись империалами на жетон, пришлось сразу отмести.

Так и щеголяла я дорогим камушком, приковывая взгляды других кадетов. Впрочем, таким пресыщенных драконов было не удивить.

На меня поглядывали с интересом, но, скорее, таким ленивым интересом свысока, в котором не было ничего нового.

— Что, третьесортная, можно тебя поздравить с переходом во второсортные? — Ченинг с друзьями как раз проходил мимо. — Наконец-то остеклилась?

Паджет был в своей темно-бордовой форме, сверкая рубинами на поясе, пуговицах, запонках и даже бархатной ленточке, которой были стянуты сзади его тщательно завитые светлые локоны.

— Уж никак из-за того, что пристукнула нашу гренадершу, обернулась? — домиком изогнул светлую бровь рубиновый, и все-таки слышался в его презрительном голосе какой-то затаенный интерес. — Не думал, что ты у нас такая кровожадная, второсортная… Прямо-таки маньячка.