Развод со злым ёкаем (СИ), стр. 40
Люди отпрыгнули.
Старуха с завидной бодростью припустила к посёлку! Лошадь же, получив от меня ободряющий хлопок по крупу, сдобренный магическим приказом, – очень коротким, практически показным галопом показала за старухой следом, дурачась и меняя ведущую ногу в воздухе. Получалось, словно они-ума бежит вприпрыжку, пританцовывая, и люди начали посмеиваться старухе вслед. Я ощущал, как меняется воздух вокруг — деревенские проникались к моё расположением.Люди. Ко мне.Я так и не мог в это поверить...
Крестьяне начали рассасываться с опушки. Последними ушли родители Рейны, утащив девочку — маленькую сестру моей жены по имени Эмири, которая всё приговаривала, что не уйдёт с этого места и будет ждать, когда вернётся тот "юный прекрасный Небожитель". Интересно, что у девчонки с глазами, надо будет осмотреть её и исцелить. Всё же родня. А если она здорова, то... Ну и дурновкусие! Моя жена вот прекрасно отличает настоящую живую красоту от мороженой чёткости форм бледных Небожителей! Как это Эмири с Рейной появились на свет от одних и тех же родителей?
Чудно. Впрочем, я с моими братьями тоже немало различался убеждениями... всё бывает. А девчонка ещё перерастёт. Хотя этот упорный отчаянный блеск в её глазах и заставлял усомниться.
Так или иначе, мы с Рейной остались вдвоём.
– Мортас, прости... – первое, что я услышал от жены, робко мнущей рукав своего кимоно. Она при этом смотрела в землю, не решаясь больше поднять на меня взгляда, – я правда позвала Небожителей, потому что считала тебя великим злом... опасным для людей.
– И это было справедливое опасение, Рейна, – ласково смотрел я на свою смущённую супругу. – Тебя не в чем обвинять.
– Нет, Мортас... я ошиблась. Была невнимательна. Ты совсем не такой... – эта робкая улыбка на губах моей человечки была прекраснее первого луча солнца, что я увидел после долгих лет заточения в темноте. Свежего первого глотка чистого воздуха после затхлости моей тюрьмы.
Я остановил Рейну жестом. Потому что этой женщине – моей идеальной супруге, было не за что просить прощения. Я медленно взял жену за талию двумя руками, опустился перед ней на колени. Поймал её взгляд.
– Это я должен просить твоего прощения, жена. За то, как именно женился на тебе. За весь пережитый тобою ужас… Если бы я только пригляделся к тебе внимательнее… как бы я хотел начать всё иначе. Я был слеп и зол на всё человечество. И не разглядел, какое передо мной сокровище…
Рейна вдохнула и, кажется, забыла выдохнуть. Она теперь смотрела на меня во все глаза. В них стояли слёзы.
А потом они потекли по её нежным щекам, прозрачные, свежие, точно хрустальные. Я не хотел, чтобы она плакала, вообще никогда. И готов был порвать любого, кто окажется виноват в её слезах. Но парадокс в том, что виновником был я.
И я подумал… Рейна заслужила другой свадьбы. Другого отношения. Так почему бы мне не дать это ей?
– Ты знаешь, кто я такой, Рейна. Всё знаешь. Тебя против воли за меня отдали…
– Нет–нет… неважно… – бормотала она, утиная ладонями слёзы.
– Важно. Я прошу тебя стать моей женой. По своей воле, Рейна. Станешь?
Рейна молчала. Хватала ртом воздух. А я так и стоял перед ней на коленях, нежно держа ладонями её тонкую талию. А потом она согласно кивнула!
– Ты правда не злишься из-за Небожителей, Мортас? – наконец, выдавила она.
– Не злюсь. Я не вправе. И не желаю злиться. Только не на тебя.
И это была правда. Я не могу злиться на мать моих детей. Но даже без этого я бы не злился.
– Я не могу на тебя злиться, Рейна. Тогда я злился… скорее на себя. Что допустил всё… это сложно признать. Я вообще в этом не силён. Но для тебя и для наших детей я буду стараться.
“Детей” – повторила Рейна одними губами. На её личике отразилась напряжённая работа мысли. А потом – ротик Рейны приоткрылся, глаза ошарашенно расширились. Я знал, что она сейчас вспомнила те слова Небожительницы и медленно, зачарованно положила руку на низ своего живота.
– Я… уже? А… это точно? – лепетала моя растерянная красивая жена.
– Люблю тебя, моя человечка, – я поднялся с колен и подхватил Рейну на руки, затем прижал к себе, она почему-то шумно разрыдалась, уткнувшись мне в плечо. Я просто понёс её назад – к гостевому домику.
– Люблю… я люблю тебя, Мортас, – всхлипывала человечка, обнимая меня за шею.
А я не мог перестать улыбаться – и тонуть в непонятном светлом чувстве, от которого меня буквально распирало.
***
Рейна
Наконец-то два образа в моём сознании склеились. А может, даже слились – Ваалморт–ас, жестокий властелин теней и мой Мортас… нет, неправильно. Они оба были мои. И одно другого не исключало.
Да, когда-то тот, кого я сейчас зову своим мужем, совершал страшные дела, и я могла стать жертвой прежней версии его личности. Но теперь… мой муж выбрал поступать иначе. А я – выбрала ему довериться. И собиралась сделать всё, чтобы объяснить его тёмной стороне – что я люблю его, люблю всё равно. Я выбрала его любить — и это не изменится.
Даже если Небожители соберутся кружочком и будут мне зачитывать перечень его преступлений. Всё. Эту страницу мы перевернули. А былое зло – что ж, Мортас его искупит, и я помогу ему в этом. А наших будущих детей (мамочки, дети! ДЕТИ!!! я никак не могла в это поверить!) Так вот – наших детей мы научим видеть свет и выбирать свет, чтобы они были самыми замечательными теневыми ёками. Может, они даже вырастут и выберут себе в спутники не других ёкаев, а людей, как Мортас выбрал меня?
А то и Небожителей?
Если наша дочь, к примеру, захочет связать себя узами брака с Небожителем, я с уважением приму…
Ой, что-то меня далеко унесло!
Из мечтаний о будущем на поколения вперед меня вывел возмущённый возглас Мортаса:
– Вот уж нет! Никаких Небожителей, Рейна!!!
Муж усадил меня на нашу постель в гостевом домике.
Такс, значит не время! Будем расширять мировоззрение моего ёкая мягко и медленно, по капельке… дети ещё не родились. Проблема свободы их выбора – встанет остро не сегодня и не завтра.
– И всё-таки нет, — буркнул Мортас, отмахнул хвостом, усаживаясь на колени перед мной. Глядя в его золотые глаза, я позволила себе отпустить фантазии о будущем. Для меня остался только текущий момент.
– Не пожалеешь ли ты о своём выборе, жена? – не отводил от меня взгляда мой ёкай, – я далеко не лучший и уж точно не добрый. Но на то, что я никогда и ни в чём не стану тебя неволить, ты уж точно можешь рассчитывать!
– Не пожалею, – твёрдо сообщила я Мортасу, подаваясь вперёд и протягивая ей ёкаю руки. Положила ладони на его горячие щёки… так приятно.
Моя власть над сильнейшим теневым существом кружила голову, точно я стояла на краю обрыва и заглядывала в бездну. Но я твёрдо намеревалась с нежностью и заботой обойтись с израненным сердцем Мортаса, которое он мне открыл. Я мельком сумела разглядеть и какие-то фрагменты его памяти – о предательстве людей, о затаённой в сердце обиде, что перегорела в ярость и жажду крови… Этот клубок мне ещё долго распутывать, но я обязательно справлюсь. Я прекрасно вижу, как тянется к свету душа Мортаса.
– Я сделаю всё, чтобы ты не жалела, любовь моя, – чуть ли не мурлыкнул мой ёкай, подаваясь ко мне. Наши лица теперь были так близко, что мы почти соприкасались губами. Я сама медленно развязала пояс своего кимоно. Не прячась от напряжённого взгляда мужа, я осторожно улыбнулась и позволила ткани соскользнуть с плеч.
Мортас дрогнул, но продолжил смотреть только лишь мне в глаза, хотя его желание перевести взгляд на грудь – читалось. Я улыбнулась шире. На краю поля зрения хвост мужа неистово хлестал по полу. Если я буду испытывать его терпение и дальше – он, пожалуй, некароком вскроет пол и начнёт громить мебель!
Я знаком показала, что хочу, чтобы Мортас дал мне руки – он подчинился. Я сама положила их себе на грудь. Сама завалилась на спину, утягивая ёкая за собой.
Я не знала, как ещё ему донести, что это именно мой выбор – что нет здесь ни страха, ни принуждения. Что я прощаю его за нашу первую свадьбу.