На дальних берегах. Том второй (СИ), стр. 196

— Слава Всемогущему! А что с девушкой? С той ведьмой?

— Цела, здорова, снова в гармонии с собой и сейчас сожрет всю еду, если вы не поторопитесь.

— Прекрасно! Потому что мы, честно говоря, немного перепугались.

— Что такое?

— Тот небольшой карманный мирок, который вы предложили обследовать, — Валент сделал паузу, чтобы все поняли, что ему именно предложили, а не приказали, — Он пропал. Было такое чувство… Странное. Как в цитадели, перед тем как закрылись гермозатворы. Мы принялись анализировать возможные причины и обнаружили, что искажения, по которому определялся вход, отсутствуют.

— Потому, что миры схлопнулись. Видимо, Вольфган в ярости уничтожил не только пространство, но и время. Че случилось? Что с лицами?

— Там были Патриция и Петерфельд.

— За этим стоит некая история, я подозреваю?

— Вы хотели моего мнения по поводу участи Патриции, — немного с вызовом напомнил Валент, — Я решил, что если она пожертвует собой ради спасения дочери, то это может хоть как-то, пусть и не полностью, искупить причиненное ею зло.

— Спасения дочери?

— Мы отнесли её в медблок. Ей требовалась помощь и, надеюсь, мы смогли сделать все верно.

— Могу я посмотреть?

Аргус приглашающе кивнул и Старпом, пройдя за ним, с интересом осмотрел спасенную, все еще пребывающую в отключке.

— Ладно… Что-то такое от тебя я и ожидал. Вы давали ей эфирный наркоз?

— Она сама попросила.

— Дочь медика — понятно… А кураре зачем?

— Тоже она.

— Понимаю, что не ваша инициатива. Просто, если мне не изменяет память, кураре — миорелаксант.

— Дело в том, что из неё надо было кое-что вытащить.

— Что?

Проследив за взглядами, Старпом наклонился и с интересом рассмотрел валявшуюся под столом цепь.

— Серьезно?

— Да. Прямо через весь пищеварительный тракт.

— И подвесил… — добавил Валент, — Ему зачем-то нужно было заставить её страдать. Я хотел снять её, но он сказал, что тогда мы все погибнем.

— Что логично. Второй слой в таких местах сделать можно, но он крайне нестабилен. Так что Юджин использовал её, как своеобразный гаситель. Это же следы от подключений?

— Да. Не пойму только, чем обусловлен выбор мест? Выглядит как плод извращенного разума.

— Именно этим и обусловлен. Втыкать, в принципе, пофиг куда, лишь бы было побольше нервных окончаний, но малыш Юджин всегда имел несколько больную фантазию. А ты, значит, подвесил вместо неё Патрицию?

— Скорее натравил на Петерфельда, думая, что важны именно страдания…

— О как! Ладно — риск, говорят, дело благородное. Хотя, если это было до того, как миры схлопнулись, вас бы при коллапсе просто сюда выкинуло. Ваша моделька это предсказывала. Не факт, правда, что одним куском…

— А сейчас их куда выкинуло?

— Никуда, в том-то и прикол. Вольфган снес временную линию, так что два связанных мирка съехались в один. В тот, где время, собственно, осталось. И, кстати, вам сильно повезло, что перед тем как уничтожить время, он уничтожил материю и пространство. Бумкнуть могло на все деньги.

— Не понимаю о чем вы, но звучит как что-то, что не стоит наблюдать вблизи.

— Именно! Так вот, карман, где осталась эта парочка, был сделан из пространства, а главное — времени мира-ловушки, бывшего отражением уничтоженного Вольфганом мира. А теперь его нет. И их никуда не выкинет, так при отсутствии времени ничего измениться не может.

— Сложная концепция, но, думаю, я вас понял, — кивнул Аргус, — А что с Вольфганом?

— Ой! Там такая печальная история! Он попытался сотворить уничтоженное заново, но его хватило только повторить сделанное первый раз озеро. Творение, особенно если не за чужой счет, очень затратная штука.

— Озеро?

— Озеро. Довольно милое, кстати. Вольфган был тот еще мудак, но вкус имел.

— Ну что же… Если все так закончилось, то… — Аргус повернулся к пациентке, — Теперь бы убедиться, что с ней все будет в порядке. Дело в том, что мы сделали, что могли, однако такой способ подвешивания… Насколько миры изменили свои свойства? Что, если она умрет?

— Это, опять таки, к Вольфгану. К сожалению, сесть и расспросить, как он тут все наладил, возможности не выпало. Но знаете что? Алиса ассистировала доктору Кригеру.

— Она сведуща в медицине?

— Другого бы Ганс даже драить полы не допустил. К тому же она — ведьма. А тут эти штуки работают гораздо эффективнее. Хотелось бы дать ей передохнуть, но что поделать… С другой стороны, учитывая, что временной поток тут медленный, можем себе позволить немного расслабиться после. Особняк, не разграбленный стоит… Или может, себе оставить? Места тут шикарные, озеро, опять таки, организовалось удачно…

Старпом задумчиво размял в пальцах сигарету и пошел за Ведьмой.

Глава 13

«Сладкий Дом»

Это был её личный страх. С тех самых пор, когда она поняла, что проиграл её отец и почему, не найдя в себе сил в этом признаться, повесился. С тех самых пор когда лежала, свернувшись в лабиринте колючек, прислушиваясь как её ищут в их пустом доме. С тех самых пор она боялась закончить свой путь в борделе. Боялась настолько, что готова была спать с мужчинами за защиту. Или за деньги. Или еще по миллиону других корыстных поводов. И да — она понимала, как это называется, но ведь это еще не бордель? Ведь это просто такой способ выжить? Пока она решает, когда и с кем, это ведь не считается?

Место, куда привезли Принцессу, судя по её познаниям в навигации, находилось северо-восточнее Амена. Довольно большой остров среди вытянутого, словно след из крошек, архипелага, застроенный теряющимися в зелени виллами и увенчанный стоящим на возвышенности особняком с террасами в южном стиле. Судя по разговорам наемников, это какой-то элитный клуб. «Сладкий Дом», как они его называют. На который эти парни собираются работать. И она — их вступительный взнос в эту организацию.

Принцесса слышала про подобные заведения, которые появились после того, как любовницы и проститутки поняли, какую власть они имеют над представителями высших слоев общества. Скандалы там не любят. И да — можно заплатить нужным людям и болтливая шлюха исчезнет. Но тогда надо заботиться, чтобы молчали они. А, главное, надо будет искать новую шлюху, которая устроит господина и обучать её. Расходы, расходы, расходы.

Поэтому нашлись люди, предложившие сэкономить. Они предложили платежеспособным господам укромное местечко, не очень далеко от цивилизации, но в достаточно тихом месте, где нет лишних людей, в котором можно расслабиться с полностью покорными и хорошо выдрессированными рабынями. Или сдать туда на «содержание» слишком много возомнивших о себе любовниц, которые уже никогда не расскажут о вашей связи.

А главное — все это по твердым, заранее оговоренным расценкам, которые, в отличие от выплат шантажистам, предсказуемы, регулярны и респектабельны. Взнос за членство в клубе — об этом не стыдно сказать в банке. Как своеобразный бонус — в таких местах можно познакомиться с полезными людьми. Ведь ничто так не сближает как хороший отдых в приличном месте и чувство принадлежности к одному клубу. Элитному клубу, на минуточку!

Человек, которому представили, точнее, продемонстрировали Принцессу, выглядел дорого. По-детски чистые, не знавшие солнца и ветра щеки, холеные руки, сшитый на заказ костюм, туфли ценой с автомобиль и сигары ручной работы. Она быстро научилась понимать стоимость людей в денежном выражении, и этот весьма молодой господин с надменным и немного брезгливым лицом имел за собой миллионы. Проклятье! Да она бы легла под него просто так, без принуждения, так как это был её излюбленный типаж — молодой и платежеспособный богач. Подобные парни считают себя избалованными, так что заводят себе пристрастия, должные подчеркнуть их искушенность и пресыщенность. Принцесса относилась к этому, как к способу «срезать угол». Лучше дать сынку банкира в задницу, после чего тот от счастья кончит через тридцать секунд, чем за те же деньги три часа мусолить вялый член его папаши.