«Не чужие» и другие истории, стр. 33
БЕАТРИЧЕ
Торжественно отпели тело,
В семейном склепе положили,
Облили ладаном и маслом,
Чтоб чудотворным объявить.
А в дом прекрасной Беатриче
Явились тут же кавалеры,
Чтобы вдову утешить в горе
И на повторный брак склонить.
Появляются юноши.
АЛЕССАНДРО
К лицу вам траур, донна Моско.
Но соблюдение приличий
Вам не мешает присмотреться
К тому, кто вас боготворит!
ГВИДО
Нет в мире больше наслажденья,
Чем нежным окружить вниманьем
Того, что дорог больше жизни
И грезой сладостной манит.
РИНУЧЧО
Хоть обыщите вы всю землю,
Нигде столь преданного сердца
Вы не найдете, о синьора!
Любовь и страсть во мне кипит!
БЕАТРИЧЕ
Вам, господа, я благодарна,
Что вы приходите так часто,
Оставив личные заботы,
Утешить бедную вдову.
Ведь вскоре всё мое богатство —
Вы слышали, по завещанью,
Пойдет на поминанье мертвых
И монастырские дела.
АЛЕССАНДРО
Да всякий будет рад, синьора,
Вас в жены взять и без наследства!
Вот Гвидо…
РИНУЧЧО
Или Алессандро!
ГВИДО
Или Ринуччо, верю я…
Выразительная пауза. Беатриче прощается, уходит. С поклонами юноши удаляются. У дверей их встречает Аникино.
АНИКИНО
А если кто-нибудь научит
Вас получить и то и это?
И милую жену, и деньги —
Что вы мне скажете, друзья?
РИНУЧЧО
Я напою тебя, пройдоха!
ГВИДО
Я приглашу тебя на свадьбу.
АЛЕССАНДРО
В честь друга назову сынишку —
Вот это обещаю я!
Аникино что-то шепчет юношам, они внимательно слушают.
Ночь, фамильный склеп. Из темноты выходят Гвидо, Ринуччо и Алессандро.
ГВИДО
Я одного не понимаю —
Зачем он нас заставил тело
Обмазать черною смолою
И вверх ногами повернуть?
АЛЕССАНДРО
Я думаю, он чернокнижник
И ворожбою промышляет.
Мне приказал он в руки трупа
Две черные свечи воткнуть.
РИНУЧЧО
Нечисто дело, если просят
Нетопыря, змею и кошку
Живьем под крышку гроба сунуть.
АЛЕССАНДРО
Тут колдовство, об этом речь!
ГВИДО
Я весь пропах смолой, как плотник.
РИНУЧЧО
Мне кошка покусала руки.
АЛЕССАНДРО
Увидим, что же он задумал —
Надеюсь, дело стоит свеч.
Утро. К склепу направляются Епископ и монахи в облачениях, тут же Гвидо, Ринуччо и Алессандро, а также Беатриче, Аникино ижители города.
ЕПИСКОП
Уж третий день идут калеки
В обитель нашу, извещая,
Что стали на могиле Моско
Производиться чудеса.
Вот этот мальчик излечился
От глухоты и от проказы.
Прозрел слепой, и двух убогих
Гильермо Моско исцелил.
А эта дева получила
Во сне видение святое.
Ей Богоматерь сообщила,
Что жизнью праведной своей
Гильермо Моско удостоен
Венца и золотого нимба.
Среди заступников высокий
Теперь он занимает сан.
Приняв к свидетельству явленья,
Столь очевидные для смертных,
Капитул наш причислить Моско
К святым угодникам решил.
И мощи нового святого
С почетом и благоволеньем
Открыты будут перед вами
Для совершения чудес.
Толпа окружает склеп.
ТИНДАРО
Готовые для исцеленья,
Калеки потянулись к гробу,
И, ожидая представленья,
Толпа придвинулась вперед.
Толпа окружает склеп. Епископ и монахи поднимают крышку гроба.
РИНУЧЧО
Тогда из гроба с громким воем
Наружу выскочила кошка,
И нетопырь взлетел, пугая
Простой и набожный народ.
ГВИДО
Крестясь, бежали горожане,
Завидев голову, где ноги,
Змеей обвитую макушку
И черный облик мертвеца.
АЛЕССАНДРО
Свечей никто и не заметил,
Хотя истратил Алессандро
На них последнее богатство —
Два полновесных медяка.
Беатриче обнимает Аникино.
АНИКИНО
Признать святым Гильермо Моско
Епископ всё же попытался,
Но слухи быстро докатились
До Ватиканского дворца.
БЕАТРИЧЕ
Неоспоримым завещанье
Признали видные юристы.
Святым не стал Гильермо Моско,
Ни с чем остался монастырь.
ГВИДО
Ринуччо, Гвидо, Алессандро
Язык держали за зубами.
РИНУЧЧО
Поняв, какую Аникино
Над ними шутку учинил.
АЛЕССАНДРО
К тому же денежные траты,
И даже с небольшим прибытком,
Троим приятелям веселым
Наследник Моско возместил.
АНИКИНО
Оставив дом на попеченье
Нетопырей, ворон и кошек,
Виконт…
БЕАТРИЧЕ
…и виконтесса Бронзо…
АНИКИНО
…перебрались в тосканский край.
БЕАТРИЧЕ
С тех пор их жизнь была как рай.
В согласье и любви имели
Трех славных сыновей супруги —
АНИКИНО
Ринуччо, Алессандро, Гвидо —
Назвать их в шутку я хотел,
Но, поразмыслив, передумал.
БЕАТРИЧЕ
Про жизни прежние обиды
Не поминал никто друг другу.
Уходят.
ПАНФИЛИО
Амур — дыхание вселенной,
Движенье мысли, радость жизни!
Ты вдохновляешь жалких смертных
На труд, на подвиг, на стихи.
СИРИСК
Об этом знал поэт старинный,
Джованни мудрый, сын Боккаччо.
Он жил в Италии прекрасной
Почти семь сотен лет назад.
ФЬЯМЕТТА
Так воздадим хвалу, синьоры,
Далекой древности поэтам,
Что научить нас постарались
Искусству пылкому любви.
ЭМИЛИЯ
Неугасим огонь в крови —
Как бы мы с вами ни пытались.
ЛАУРЕТТА
(Тиндаро)
Судьба печальной Беатриче
Меня ужасно взволновала.
Прошу, синьор, простить жестокость
И равнодушие мое.
Теперь я вижу — не богатство,
Но ум, и страсть, и благородство
В любовной схватке побеждают.
Вы доказали это нам.
ТИНДАРО
Меня счастливейшим из смертных
Вы сделали, моя мадонна,
Позвольте преклонить колено
И руку вам поцеловать.
Тиндаро целует руку Беатриче.
Панфилио подает лавровый венок, Пампинея награждает Тиндаро.
ПАМПИНЕЯ
На этом наше состязанье