Его прозвали Сильнейшим (СИ), стр. 38

Наблюдавший за этим Зен нагнулся и поднял с земли деревянную веточку. Маньяк швырнул ее в барьер, и ветка пробила Зеркало Аркадии, застряв в технике.

— Плотность разная. Есть слабые места, — пояснил Зен.

— Это да, есть над чем работать, — пожал плечами Фердинанд. — Чем больше яри, тем лучше барьер получается. Нужно только научиться за раз выбрасывать много внутренней энергии. Тогда и щит можно будет крепким сделать, и размеры получатся — ого-го.

Техника только казалась простой. В свои руки Фердинанд получил то, в чем так нуждался: Зеркало Аркадии могло спасти и от невероятно мощных атак, и закрыть союзников от атак послабее.

От услышанного Сизый Камень едва не потерял дар речи. Он смотрел на посыльного с неверием, и только секунд через десять глава Школы Сизого Камня смог махнуть головой и сказать:

— Собрать элитную группу! Всех мечников из сотни, кто окажется рядом! Направить их туда немедля!

Так происходило не только в Школе Сизого Камня. В Полном Разрушении Готт, услышав новости, ударил кулаком по столу, обращая его в пыль.

— С предателями разберемся позже. Послать туда Тарана, он рядом.

Каждая крупная школа спешно посылала людей. Слухи разносились быстро, и даже малые школы пусть и запоздало, но собирали отряды. Жадная лихорадка захлестнула Централ — и остановила войны, которые кипели столетиями. Резня могла подождать, ведь на горизонте появился большой куш.

Потому что руины Аттик наконец-то показались.

Мимо Фердинанда, Бешеного Пса и Зена пронеслась группа мечников. Рантарец присмотрелся. Белые одежды с синими поясами, длинные одноручные клинки: такую форму носила школа Небесный Путь — та самая, которая отделилась от школы Небесный Порядок.

— Спешат куда-то, — сказал Фердинанд. Он передвигался не на полной скорости, подстраиваясь под Бешеного Пса.

Но чем ближе они становились к равнине Лида, тем больше встречали идущих. Бойцы и ученики разных школ и сект проносились мимо, спеша куда-то, а на крики Фердинанда даже не реагировали: им было не до этого.

На повороте очередной отряд идущих столкнулся с одиноким путником. Тот упал в пыль и едва избежал травм, а отряд идущих пронесся дальше.

— Ты как? — спросил Фердинанд, протягивая руку.

— Спасибо, нормально, — ответил идущий, принимая помощь. — Лерий, ученик Школы Тихого Пруда.

— Впервые слышу.

— У нас небольшая школа неподалеку, всего восемьсот километров отсюда, — сказал Лерий, махнув в нужную сторону. — Эх, понимал, что такому, как я, здесь ловить нечего, но разве мог пропустить такое?

— Такое?

— Ну да, такое событие! Весь Централ гудит, все школы шлют своих людей. Думаете, я слишком горделив? Не спорю, понадеялся, что смогу урвать что-то полезное. Тут куча больших школ. Они возьмут самое ценное, а на мелочь не посмотрят… Да, знаю, многого хочу.

Фердинанд взял Лерия за плечи и слегка встряхнул.

— О чем ты говоришь, дружище? Я не понимаю ни куда идешь ты, ни куда идут все остальные.

— Что? Как можно не знать? — удивился Лерий. — Весь Централ…

— Лерий!

— Руины Аттик поднялись из-под земли!

Разжав ладони, Фердинанд сделал шаг назад. Он неверяще смотрел на Лерия, а потом перевел взгляд туда, куда спешили все идущие. Где-то там и поднялись руины Аттик.

— Невозможно… Почему сейчас? — пробормотал Фердинанд. Лерий тем временем побежал вперед.

— Что будем делать? — спросил Бешеный Пес. — Там много полезного, как я понял. Но и конкуренция немаленькая.

— Слабо сказано, — вздохнул Фердинанд. — Но разве я из тех, кто откажется от такого? Курс на руины Аттик! Сядем кому-нибудь на хвост и узнаем, где они.

Уже через пять часов Фердинанд стоял в толпе, глядя вперед. Посреди степи появились два ряда статуй воинов в доспехах. Ряды статуй оканчивались двумя стелами и циклопическими ступенями шириной в три десятка метров, ведущими вниз. Где-то на глубине пятидесяти метров виднелись гигантские ворота — и они пока не спешили открываться.

Вход в руины Аттик окружили плотным кольцом тысячи идущих. Здесь собрались в основном малые и средние школы, но среди слабаков Фердинанд видел и сильных одиночек, и сектантов. Кто-то хотел ворваться в руины, а кто-то собирался отобрать добычу на выходе.

Ближе ко входу, у статуй толпились бойцы из крупных школ. А сам спуск заняла всего одна школа. По росту и внушительной мускулатуре сразу было ясно, что это клан Дано: Школа Полного Разрушения решила монополизировать добычу.

Все это Фердинанд разглядел ярью, глазами увидеть было невозможно — слишком много собралось людей.

— Почему не входят? — раздавался тут и там в толпе вопрос.

«Посмотрим», — подумал Фердинанд, растягивая свое ощущение яри.

Вниз спустился боец Полного Разрушения. На закрытых воротах не было ни петли, ни ручек, поэтому сначала боец толкнул дверь, а когда ничего не получилось — ударил кулаком со всей силы.

Ответный удар отбросил бойца вверх по лестнице. Толпа увидела, как в небо взмыл воин с переломанными костями и плашмя рухнул на землю.

«Понятно», — подумал Фердинанд.

Раздался громкий скрежет, от которого слабые идущие позакрывали уши ладонями. Через минуту скрежет прекратился, и каждый чувствительный к яри человек увидел время.

Над входом в руины Аттик висели цифры. С каждой секундой число уменьшалось, и Фердинанд быстро прикинул, что число дойдет до нуля ровно через трое суток.

И никто даже не сомневался, что означает этот отчет.

— Через три дня руины Аттик откроются!

Люди не спешили расходиться. Кто знает, что еще случится? А если уйдешь, то твое место в десятом ряду сзади могут занять! Фердинанд же сразу развернулся, и за ним пошли Бешеный Пес и Зен.

— Уходим?

— Да, ближайшие три дня ловить нечего. Лучше сходим в то место, где Вульпис технику нашел.

До «гробницы» с техникой от руин Аттик было километров двадцать. Быстро добравшись туда, Фердинанд огляделся: хвоста не было. «Кто вообще пойдет за нами в такой момент?», — с улыбкой подумал рантарец и прошелся взглядом по земле.

— А вот и он, — сказал Фердинанд, когда увидел каменный куб, выступающий из травы на длину ладони. Рантарец опустился на колено и провел пальцем по камню. Земля затряслась, расходясь в стороны, чтобы обнажить ступени — совсем не такие огромные, как у руин Аттик. Всего лишь обычная лестница, где не разойтись даже двум.

Без раздумий Фердинанд спустился. Каменная плита, закрывающая саму «гробницу», ушла вниз, и рантарец оказался внутри.

— И правда похоже на гробницу.

— Никогда не видел гробниц, — сказал Бешеный Пес.

— Тоже, — добавил Зен.

Само устройство помещения намекало на «гробничность»: специальное возвышение ближе к концу, росписи, полуколонны, жертвенник и десяток масляных ламп, которые должны были гореть, пока в гробнице не закончится воздух.

— Здесь стояла техника, — сказал Фердинанд, подойдя к возвышению из белого песчаника. На всякий случай рантарец обошел всю «гробницу», но ничего интересного не нашел.

— Хон, — сказал Бешеный Пес.

На его ладони вспыхнул огонь. Зачем свет идущему, который и так отлично видит в темноте? Но под всполохами пламени на стенах проступили тайные символы.

— Лампы горели здесь не просто так, — задумчиво проговорил Фердинанд.

— В символах разбираешься?

— Немного, до Эзарха далеко, — ответил Фердинанд, изучая письмена.

Минут через пять он закончил. Еще какое-то время рантарец сверялся с чем-то в своей памяти, и только потом сказал:

— Все, идем отсюда.

— Польза от этого будет?

— Кто знает, — с улыбкой пожал плечами Фердинанд. — Но я не прочь выпить! Как насчет зайти в Карат? Помню, бывал здесь разок — между второй и третьей улицей есть замечательный трактирчик.

Через три дня Фердинанд, Бешеный Пес и Зен стояли возле руин Аттик. Ярь-число быстро заканчивалось: оставалась всего минута, и люди не моргая глядели в небо, чтобы увидеть заветный ноль.