Его прозвали Сильнейшим (СИ), стр. 19

Третье место занял Черный Дракон — Торсон Баждан Третий. Король Бажданской империи, а заодно и организатор Небесной Тысячи. Именно люди Торсона меняли таблички каждый день, и за долгие годы никто ни разу не усомнился в честности Черного Дракона.

На четвертом месте десятилетиями находился Белый Тигр. Но Белого Тигра не так давно убил Золотой Лев из Школы Сизого Камня, заняв его место. Несколько раз Золотому Льву бросали вызов, всем казалось, что нельзя было победить Белого Тигра честно — идущие почувствовали шанс прославиться. Увы, все они проиграли: Золотой Лев убил каждого, доказав Централу, что он достоин четвертого места в Небесной Тысяче.

— Я знаю, куда нам сдать нашего маньяка, — улыбнулся Фердинанд.

— Подумал о том же, — кивнул Бешеный Пес.

В мире идущих нет места праведности и абсолютной честности. В какой-то мере такими были охиронцы, просто потому что держались вдали от конфликтов. На Плато Трех Истин жили монахи, но и они не подходили. Новый вариант не приходил Фердинанду в голову, потому что бывший рантарец шел в Район Ста Школ. Но для того, чтобы наказать такого человека, как Зен, идеально подходил первый из Небесной Тысячи — Красный Журавль.

Его знали за честность, за абсолютный нейтралитет ко всем школам и сектам. Красный Журавль был лучшим вариантом, только путь до него был неблизким.

— Что насчет тюрьмы? — спросил Бешеный Пес, и Фердинанд сразу понял, о чем речь.

— Ты про Осецин? Я без понятия, как самому привести туда преступника, — пожал плечами рантарец. — Так просто в Осецин не попасть.

— Тогда Красный Журавль, — кивнул Бешеный Пес.

Идти на юг Централа — долго. Но Фердинанд и Бешеный Пес не спешили. Гладиатору требовалось лечение, он не мог перешагивать десятки километров за секунду техникой передвижения. Да и Зен не собирался убегать.

— А Сагранеф? — спросил Бешеный Пес.

Фердинанд кивнул. В Район Ста Школ они пришли за информацией о Сагранефе. Удачу можно было попытать и в Неакастроне, чем Фердинанд и занялся. Он обошел всех информаторов, которых смог найти — и ничего. Никто даже не слышал такого имени.

Иногда информаторы действовали скрытно. Таких Фердинанд и искал, гуляя по Неакастрону, пока не попал в совсем тихое место, куда редко заглядывали горожане.

— Оценочный дом «Золотой Фазан», — прочитал Фердинанд табличку.

Оценочный дом — это для богатых. А еще такие услуги редко когда пользуются спросом, поэтому принять пару клиентов за целый день — абсолютно нормально для оценочных домов.

Немного подумав, Фердинанд уже собирался толкнуть тяжелую дубовую дверь с ручкой в форме головы волка, когда к нему подошла молодая девушка с волосами, собранными в пучок.

— Здравствуйте, я работница оценочного дома, вы по делу? — сразу спросила она.

— Здравствуйте, я хожу по Централу и собираю шутки с анекдотами. Такой вот у меня жизненный путь, — улыбнулся Фердинанд. — Еще я ищу одного человека, но все, что мне известно — только имя. Увы, информаторы ничего о нем не знают, но в оценочном доме работают с редкими специалистами своего дела. Может, вы слышали о человеке по имени Сагранеф?

Работница приложила палец к нижней губе и посмотрела куда-то вверх, над головой Фердинанда, пытаясь вспомнить имя.

— Знаете, мне нужно свериться с записями, — сказала она. — Подождете? Только не входите в оценочный дом, я еще не начала работать.

— Хорошо, — улыбнулся Фердинанд.

И каково было удивление бывшего рантарца, когда через пять минут работница открыла дверь и сказала:

— Я не могу сказать, кто такой Сагранеф. Зато знаю, кто знает его.

— Расскажите.

Работница не взяла ни одной таблетки аркюса. Уже через полчаса Фердинанд с Бешеным Псом вышли из города и направились к небольшой горной речушке Айла.

— И зачем мы здесь? — со скепсисом в голосе спросил гладиатор.

— Пойдем вниз по течению, — кивнул Фердинанд.

Только сегодня возле Айлы можно было найти нужного человека. Работница оценочного дома сказала: «Вы сразу все поймете», и Фердинанд крутил головой, пытаясь отыскать нужного человека.

— Добр-ро пожаловать! — рявкнул мужчина в трико прямо перед бывшим рантарцем, отчего все трое — Фердинанд, Бешеный Пес и Зен — подскочили на месте. Они вообще не заметили незнакомца.

На протянутых вперед ладонях мужчина держал две гири. Незнакомец с легкостью поднял их над головой, а потом и вовсе подбросил, поймав секундой позже.

— Если вы сильны и смелы — пройдите испытание Весовщика!

«Бессмертный», — сразу понял Фердинанд.

Глава 10

Дым и талант

О Весовщике Фердинанд не слышал ничего, кроме имени. Мало того, что он никогда не сталкивался с Бессмертным, тут как раз ничего удивительного не было, Фердинанд даже не слышал об идущих, которые встречались с Весовщиком.

В мире идущих существует Система Двенадцати. Название она получила по числу уровней силы. В самом низу находятся Адепт, Претендент и Зарница. За ними идут Чемпион, Эксперт и Столп. Достичь даже уровня Эксперта в крупной школе со всеми ее ресурсами бывает непросто, что уж говорить про малые школы. Лишь немногие достигают уровней Эксперта и Столпа, и даже из этих избранных единицы перешагивают дальше.

Мастер, Великий Мастер и Просветленный. Эти три уровня силы — вершина видимого мира боевых искусств. Сам Фердинанд был пиковым Мастером. За уровнем Мастера идет Великий Мастер — и до него добираются только светила Централа. В рейтинге Небесной Тысячи хватает Мастеров, ведь Великих Мастеров — по крайней мере тех, кто показывал свою силу — слишком мало, чтобы заполнить целую тысячу табличек.

Просветленных на весь Централ не больше десяти. Уровень их силы безграничен, и даже Мастера могут только мечтать о том, чтобы когда-то достичь просветления.

Но это только девять уровней силы в Системе Двенадцати. Ведь следующие уровни легендарны даже для известных идущих.

Мудрец. Фердинанд не знал ни одного. Мудрецы живут скрытно, да и мало их. Когда-то Фердинанд слышал, что Мудрецов — не больше пяти на весь мир, по одному на континент, не считая исчезнувшего острова Моку. Хотя, может, в те времена там тоже жил Мудрец.

И только потом шли Бессмертные. Свое название они полностью оправдывали: Бессмертные жили вечно. Всего их сто, но по именам знают едва ли треть. Бессмертные полностью отрешились от мира боевых искусств, а если они и взаимодействуют с кем-то из идущих, то только ради развлечения или чтобы ненавязчиво подтолкнуть человека к нужному решению.

Сейчас одна из этих легендарных личностей стояла перед Фердинандом, и бывший рантарец с трудом верил своим глазам.

— Что нужно делать?

— Я дам вам две гири, monsieur! Попр-робуйте их удержать!

Пожав плечами, Фердинанд протянул две ладони и улыбнулся:

— А давайте.

— Эта гиря — гиря собственных сил! — объявил Весовщик и водрузил гирю на ладонь Фердинанда.

От веса рука едва не ушла вниз. Мышцы взбугрились, и Фердинанд с трудом удержал гирю.

— Держу, — проскрипел зубами бывший рантарец, стараясь сохранить спину ровной.

— Тогда вот вам вторая гиря, monsieur! Гиря амбиций!

На ладонь Фердинанда будто опустили целую гору. Вес был таким огромным, что рука опустилась вниз сантиметров на десять. Фердинанд тут же пробудил Волю Тела, делая себя сильнее, но от этого держать гири легче не стало. Мышцы вышли на свой предел и начали рваться от нагрузки, бывший рантарец выжимал из себя всё, а гиря амбиций продолжала двигаться вниз. Только чуть выше пояса Фердинанд смог ее остановить, хоть и на пару секунд.

«А ведь я похож на весы», — подумал он в этот момент. Бессмертный в трико довольно кивнул, и гири исчезли.

— Удовлетвор-рительно! — прокричал Весовщик, взмахивая руками, будто закончив номер. — Кого вы ищете, monsieur?

— Человека по имени Сагранеф, — тяжело дыша, ответил Фердинанд. — Вы знаете, как его найти?

— Идите в горы прямо отсюда, — сказал Весовщик, показав себе за спину. Фердинанд моргнул, и от Бессмертного не осталось и следа.