Его прозвали Сильнейшим (СИ), стр. 11
— Ассоциации с Песьей Ямой? Хочешь отказаться от прошлого?
— Вроде того. Мне всегда нравилась магия, и я ей неплохо владею. Мечник Бешеный Пес останется в прошлом, в Песьей Яме. А у мага пока нет имени.
Оттянув руку назад, Бешеный Пес швырнул меч вперед — и клинок ушел в землю в тысяче шагов от костра. Оружие Бешеного Пса стоило хороших денег, он мог его продать, чтобы неплохо заработать, раз уж отказался от пути меча. Но это был акт отречения, выбросив меч, Бешеный Пес выбросил прошлую жизнь.
Стояла тишина, и ее нужно было нарушить. Вода в котле закипела, и Фердинанд отставил его в сторону. Засунув руку в сумку, рантарец достал оттуда сверток ткани. Внутри лежал чай, который Фердинанд кинул в котелок.
— Чай?
— Купил у деревенских, со смородиновым листом. О, есть у меня один анекдот! Мастер как-то пил свой любимый чай, а к нему пришел ученик. «Мастер, в чем жизнь отличается от существования?», — спросил ученик. «Сейчас объясню, — ответил мастер. — Принеси мой чайник и две чашки». Ученик так и сделал. «Теперь налей в обе чашки одинаковое количество чая, но в одну положи сахар, а в другую — нет». Ученик так и сделал, а мастер выпил обе чашки. «Теперь сделай одну чашку с горячим чаем, другую — с холодным». Все повторилось, мастер снова выпил обе чашки. «А теперь в одну положи смородиновый лист, а в другую — цедру лимона». Ученик сделал это, мастер выпил две чашки и сказал: «Вот это я чая напился». Ха-ха-ха!
— Забавно.
— Ты даже в лице не поменялся! Не понравилось, так и скажи.
— Это определенно не лучший анекдот в моей жизни.
— Звучит как вызов! Я тебе покоя больше не дам!
— … А он им говорит: «Вы или держите дольше, или окунайте глубже: дно мутное, ничего не видно!».
— Хах. Этот был забавным.
Фердинанд вытер со лба испарину. Уже давно рассвело, и рантарец с Бешеным Псом шли рядом четвертый час. Все это время Фердинанд без остановки рассказывал анекдоты, и только сейчас смог добиться хоть какой-то реакции.
— Куда мы идем? — спросил Бешеный Пес после минуты молчания.
— Только сейчас спросил? — усмехнулся Фердинанд.
— Тебя было не заткнуть.
— Ха-ха, привыкай, таков уж я! Куда мы идем… Я рад, что ты присоединился. Мне нужен сообщник.
— Сообщник?
— Да, — серьезным тоном ответил Фердинанд. — Я планирую проникнуть в Школу Сизого Камня.
Бешеный Пес остановился как вкопанный и уставился на Фердинанда.
— Это самоубийство.
— У меня есть план. Понимаешь, я — вне закона, ты и вовсе из Песьей Ямы. Мы сможем прославиться, если проникнем туда и украдем пару артефактов… Да шучу я! Ха-ха, поверил?
Несколько раз моргнув, Бешеный Пес помотал головой.
— В Рантаре тебя недолюбливали?
— Как ты догадался? — улыбнулся Фердинанд. — У меня есть цель — стать одним из Четырех Священных Зверей. А еще Хозяин Песьей Ямы посоветовал найти человека по имени Сагранеф, хотелось бы на него посмотреть.
— Второе звучит реальнее.
— Знаешь что-то про Сагранефа?
— Нет. Найти кого угодно реальнее, чем стать одним из Четырех Священных Зверей. Куда сначала?
— Конечно в Район Войн! А за ним — в Район Ста Школ. Не знаю, кто такой этот Сагранеф, но он должен быть сильным! Всех сильных бойцов западного Централа я знаю, на юге есть всего один такой, на востоке — тоже. Остается только наведаться в Район Войн и Район Ста Школ, там сильных мастеров — пруд пруди.
— Это так. Но ты не думал, что он может быть Бессмертным?
— Тогда стать одним из Четырех Священных Зверей будет реальнее, — усмехнулся Фердинанд. — А ты? Идешь со мной или разойдемся?
— Не думаю, что заскучаю, если пойду с тобой, — ответил Бешеный Пес. — До тех пор, пока не ввяжешься во что-то серьезное.
— Дружище, поверь, тогда будет еще веселее! Разок встрянешь со мной в передрягу, больше никогда не пропустишь. А пока… Урму.
— Так и думал.
Вдалеке показались распаханные поля, телеги на дорогах и высокие городские стены. Это был Урму — Город Тысячи Языков.
Глава 6
Ночь огня
В книге «Древнейшие города Централа» Урму занимал почетное седьмое место. Урму стоял еще при Империи Священного Орла — а может, даже раньше. Из-за своего возраста город разросся до неприличных размеров и форм, население было большим, но визитной карточкой Урму стали целые кварталы, близкие к состоянию руин. Здесь красота древности давно переросла в ее опасность, без должного ухода многие здания рушились, покрылись грязью и неистово воняли, если подойти близко.
Впрочем, не весь Урму был таким — только треть. Здесь были свежие красивые районы и ухоженные древние здания. Были и настоящие руины, в которых ютились бездомные. Приземистые добротные домики, сложенные из камня, резные веранды деревянных усадьб, трехэтажные съемные квартиры, шпили высоких резиденций, дома, больше похожие на личные замки и даже древние строения в виде пирамид: Урму умел впечатлять своими формами и видами.
Но вторым названием города было не Город Тысячи Построек, а Город Тысячи Языков. И тому были причины.
В Централе говорили на одном языке. Были свои особенности в разных частях — местные словечки или, например, слова кочевников в западной части Централа. Но язык, как считалось, все равно был один.
На самом деле их было больше. Когда-то в Централе говорили сотнями языков, и все они растворились в реке времени. Урму основали несколько народов Централа, и каждый из этих народов владел своей частью города. И языки сохранились. В стенах Урму до сих пор можно было услышать слова, исчезнувшие в Централе пару столетий назад.
— Чудо, а не город! Настоящий магнит для путешественников, — широко улыбаясь сказал Фердинанд.
— Похоже на Песью Яму, — сказал Бешеный Пес.
В Урму сходились многие дороги, через него ехали путешественники с Юга и южного Запада. К странным ушедшим языкам добавлялись и наречия других краев.
— Сначала узнаем про Сагранефа. Информаторов здесь хватает, — сказал Фердинанд и быстро нашел одного. К Бешеному Псу он вернулся через две минуты с растерянным видом.
— Надо же, ничего. Продолжим.
Ни второй, ни третий информатор не смогли ничем помочь. Про загадочного Сагранефа не знал никто. Следующие пять часов Фердинанд шатался по информаторам разного уровня — от филиалов организаций до одиночек в плащах в дальних углах таверн — и результатов это не дало.
— Эй, — шепнул кто-то в подворотне, и Фердинанд посмотрел туда. Там стоял мужчина в коричневом шерстяном плаще с вышитыми цветными нитями краями. Лицо незнакомца скрывал капюшон.
— Что такое? — спросил Фердинанд с улыбкой, уже зная, что сможет услышать полезную информацию.
— Я знаю человека, который слышал это имя. Приходи в Квартал Джутовых Веревок, — сказал незнакомец и пошел прочь.
— Может, с тобой пойти? — спросил Фердинанд, на что не получил ответа.
На улице дожидался Бешеный Пес. Когда Фердинанд подошел к нему, гладиатор сказал:
— Урмуит.
— Что?
— Их зовут урмуитами. Местное население.
Бешеный Пес слышал разговор, объяснять ничего не стоило. Квартал Джутовых Веревок был одним из заброшенных кварталов, в которых почти никто не жил. Местные просто обходили его и уже давно не обращали на квартал никакого внимания, будто его не существовало.
За одним из больших, полуразрушенных домов стояли семь человек в шерстяных плащах. Из-за капюшонов казалось, что здесь собрался культ, Фердинанд усмехнулся, но шутить не стал.
— Кто-то из вас знает о Сагранефе? — спросил он.
— Да, но это неважно, — с акцентом ответил один из урмуитов и сделал шаг назад.
Первым отреагировал Бешеный Пес. Вскинув руку в сторону, он коротко сказал: «Бохэм», и из ладони выстрелил алый конус.
Магии не хватило доли секунды.
«Магическая формация! Засада, как есть», — подумал Фердинанд, ощущая, как его силы слабеют. Шестеро урмуитов скинули плащи — они оказались идущими на уровне Столпов и ранних Мастеров.