Рыжий (СИ), стр. 71

Что касается меня, то я окончательно решил, что тёплый южный климат мне наскучил. Потянуло, знаешь ли, на историческую родину. Сейчас я обосновался на весьма живописном и тихом курорте с чудесным видом на одно очень знакомое большое озеро. Обслуживание здесь, конечно, оставляет желать лучшего, а кровать жестковата, зато свежего шотландского воздуха хоть отбавляй. Мой внутренний пёс просто счастлив снова побегать по старым охотничьим угодьям и погонять местных кроликов.

До меня тут дошли слухи, что в вашей закрытой школе скоро намечается грандиозное представление. Говорят, должны нагрянуть важные заграничные гости с севера и юга, а по этому поводу в одной очень известной деревеньке неподалёку планируется весьма шумный праздник. Думаю, это отличный повод наконец размять лапы и ненадолго выйти в свет.

В большой и весёлой толпе довольно легко затеряться даже самому приметному лохматому бродяге, особенно когда все вокруг будут увлечённо глазеть на заезжих фокусников и их летающие кареты. Постарайтесь обязательно выбраться на эти гуляния. Я планирую насладиться атмосферой где-нибудь неподалёку от того места, где обычно продают лучшие сладкие напитки в деревне.

И сделайте одолжение: захватите с собой чего-нибудь существенного пожевать. Местная горная диета, состоящая преимущественно из подножного корма, совершенно не способствует поддержанию моей и без того сомнительной аристократической фигуры.

Береги себя, Гарри. И постарайся не ввязываться ни в какие неприятности… по крайней мере, до нашей встречи, чтобы я тоже успел в них поучаствовать.

Твой крёстный,

Бродяга"

Я отложил письмо обратно на стол и посмотрел на Гарри.

— Ну вот видишь. А я ведь говорил, что с ним всё в полном порядке. Жив, здоров, не пойман, да ещё и своё специфическое чувство юмора не растерял. Так что, думаю, ты можешь немного успокоиться.

Однако моего оптимизма Избранный явно не разделял. Гарри покачал головой и принялся нервно расхаживать по пустой аудитории.

— Нормально? Рон, о каком порядке ты вообще говоришь? С ним физически не может быть всё нормально. Ты хоть читал между строк? Он пишет про «курорт с видом на озеро» и «жёсткую кровать». Это значит, что он сейчас живёт в какой-нибудь сырой пещере где-то в окрестностях Хогвартса. Прячется в лесу, спит на голых камнях в такую отвратительную погоду и буквально питается тем, что удаётся найти вокруг.

Гарри резко остановился и развернулся ко мне.

— И при всём этом он ещё собирается прийти на праздник в Хогсмиде! Это же абсолютное безумие. Я, конечно, больше всего на свете хочу его увидеть, но это не просто плохая идея, это настоящее самоубийство. В деревне соберутся сотни людей, туда прибудут официальные лица из Министерства, там будет Дамблдор, и я готов поспорить на что угодно, что для охраны иностранных делегаций притащат целый отряд мракоборцев. Если его поймают… если кто-нибудь из них просто обратит внимание на слишком крупную собаку, его даже слушать не станут. Сириуса либо сразу отправят обратно в Азкабан, либо отдадут дементорам для Поцелуя.

Гарри на секунду замолчал и взъерошил волосы рукой.

— И эти его слова насчёт еды… Сириус слишком горд, чтобы шутить о подобных вещах. Если он прямо написал об этом мне, значит, он действительно голодает.

Сейчас Гарри выглядел так, будто был готов сорваться с места, наплевать на все школьные правила и отправиться прочёсывать окрестные горы в поисках своего непутёвого крёстного.

В этот момент Гермиона тихо вздохнула, подошла к нему со спины и мягко обняла, сцепив руки у него на груди и успокаивающе прижавшись щекой к его плечу.

— Гарри, пожалуйста, постарайся успокоиться, — негромко и очень тепло произнесла она. — Сириус двенадцать лет выживал в Азкабане, а потом ещё целый год успешно скрывался от Министерства. Он не дурак и прекрасно понимает, на какой риск идёт. К тому же он анимаг. На обычного бездомного пса среди толпы студентов и зевак вряд ли кто-то обратит внимание, особенно когда у мракоборцев и без того будет достаточно других забот.

Она слегка сжала руки у него на груди.

— Мы заранее соберём столько еды, сколько сможем незаметно вынести из Большого зала, встретимся с ним и проследим, чтобы он не наделал глупостей. Всё будет хорошо.

Я молча наблюдал за тем, как эти двое стоят, обнявшись, и совершенно не обращают на меня внимания. На языке уже вертелась очередная ехидная шутка, но… я всё-таки благоразумно прикусил язык и решил промолчать. Думаю, с этим пора было завязывать. Подколоть друзей раз или два — это забавно, но если делать это постоянно, шутка очень быстро превращается в банальное издевательство. А они всё-таки мои лучшие друзья, и портить этот момент искренней поддержки мне совершенно не хотелось.

К тому же у меня из головы совсем вылетела одна очевидная мысль, о которой наш очкастый Избранный в пылу переживаний либо просто забыл, либо почему-то сразу отбросил этот вариант как недоступный.

— Да и к тому же нам совершенно не обязательно таскать всё это на себе, — заметил я, нарушая их трогательное уединение. — Сумок с чарами Незримого расширения у нас, к сожалению, пока нет. А пытаться втроём незаметно вынести из Большого зала столько еды, чтобы взрослому мужчине её хватило хотя бы на неделю… Скажем так, даже с мантией-невидимкой это далеко не самый удачный план.

Они нехотя отстранились друг от друга и перевели на меня взгляды.

— И что ты предлагаешь? — нахмурился Гарри.

— Ты, мой дорогой друг, из-за переживаний совершенно забыл об ещё одном своём верном товарище. О том, кто души в тебе не чает и ради тебя готов на любой, даже самый безрассудный подвиг. Просто потому, что ты — великолепный, несравненный Гарри Поттер, самый благородный, великий и добрый волшебник современности, — с максимально наигранным, почти религиозным воодушевлением произнёс я.

Гарри ожидаемо скривился.

— Я говорю о Добби, — уже нормальным тоном пояснил я. — Ты же сам недавно обмолвился, что наткнулся на него в Хогвартсе. Он теперь официально работает на здешней кухне вместе с остальными домовыми эльфами. Если ты его попросишь, он сможет совершенно спокойно, регулярно и, что самое главное, абсолютно незаметно доставлять Сириусу еду. Домовые эльфы пользуются собственной магией, и им, по большому счёту, совершенно безразличны школьные барьеры, патрули и мракоборцы.

— Правда, эту гениальную службу доставки всё же стоит сначала обсудить с самим Сириусом при встрече. А то ещё аппарирует к нему посреди ночи какой-нибудь неожиданный домовик, а наш загнанный и нервный беглец с перепугу случайно его оглушит. Или, чего доброго, с голодухи попытается откусить ему ногу в собачьем обличье. Рисковать Добби нам тоже совершенно ни к чему.

И после этого я всё же не удержался. С широкой улыбкой подошёл к ним и демонстративно развёл руки в стороны. Гарри, всё ещё стоявший рядом с Гермионой, подозрительно посмотрел на меня.

— И? Чего ты хочешь?

Я демонстративно надулся.

— А может, я тоже требую обнимашек. А то, знаешь ли, даже немного обидно. Я тут подсказываю, как абсолютно безопасно и без всякого риска доставлять еду твоему крёстному, а ты мне даже спасибо не сказал. Гермиону вот обнимаешь, а про меня совсем забыл.

Гарри невольно улыбнулся.

— Был бы ты милой и красивой девушкой, я бы, может, тебя и обнял. А так… — он скептически окинул меня взглядом. — Нет, вряд ли.

Мы оба не выдержали и рассмеялись, а Гермиона, как и ожидалось, слегка покраснела. Впрочем, по её лицу было видно, что ей приятно слышать, как Гарри назвал её милой и красивой.

— Ладно, пойдёмте, мне ещё нужно заглянуть в библиотеку за… некоторыми книгами, которые теперь неожиданно стали для меня очень важны.

Я тяжело вздохнул, прекрасно понимая, что ближайшие несколько дней снова проведу, зарывшись в книги. Хотя для Гермионы это, пожалуй, вообще можно было бы считать идеальным времяпрепровождением.